ты? — как только фигура выходит из тени, я узнаю голос Джо.

— Боже, Джо, — я выдыхаю тяжело и прерывисто. — Ты меня до смерти напугал.

— Прости! — он усмехается.

Открывает холодильник, достает пиво — будто это его дом и не три часа ночи.

— Не ожидал тебя увидеть. Разве ты не должна быть в Сент-Луисе до завтра вечером?

Я нервно переминаюсь с ноги на ногу, не в настроении объяснять всё Джо прямо сейчас. — Планы изменились.

— Надо было позвонить. Роман не любит, когда планы меняются без предупреждения.

— Я звонила. Он не отвечает, всё уходит в голосовую. Он злится на меня, поэтому и игнорирует, — складываю руки на груди. Если уж меня собираются отчитывать, пусть хотя бы знают причину.

— Эм… не думаю, что это причина, — сухо говорит Джо и делает большой глоток пива.

— Что ты имеешь в виду?

— Роман в больнице, — спокойно отвечает он, сминая в руках комок бумажных полотенец, оставшихся на столешнице. Ни деталей, ни пояснений — просто вот так, как будто ничего.

— Почему? Что случилось? — грудь сжимает, когда я замечаю кровь на бумаге в его руке.

— С ним всё в порядке, — быстро добавляет Джо, заметив мой взгляд. — В дом проник злоумышленник. Завязалась драка, и Романа ранили ножом. Но, правда, всё хорошо, Мэдди.

— Тогда почему он в больнице? — я почти не дышу. Я знаю Романа — он бы не поехал туда сам, если только не было бы совсем плохо.

— Потому что, когда я приехал, он был уже слишком без сознания, чтобы спорить со мной, — спокойно говорит Джо.

— Джо! — я взрываюсь. — Он потерял сознание? Куда его ранили? Почему мне никто не позвонил?!

— Спокойно, Мэдди, — поднимает он руки. — Он потерял немало крови, но мы вовремя его отвезли. Сейчас всё хорошо. Его уже обработали, и его оставили на ночь только на наблюдение.

— Я хочу к нему, — говорю я, чувствуя, как дрожат губы. Не верится, что всё это происходит.

— Конечно, — Джо берёт сумку со стола. — Я как раз пришёл собрать ему кое-что. Тай у меня дома, с моей женой.

Я киваю, не находя слов. Сегодня и так был чудовищно тяжёлый день, а теперь ещё и это — Роман ранен. Мы и так толком не разговаривали последние дни, а теперь кто-то напал на него в собственном доме, пока его сын спал наверху.

Мы с Джо едем в тишине. Мысли путаются, одна громче другой. Я рада, что Роман жив и будет в порядке, но он должен был мне позвонить. Даже если злился.

Я не должна узнавать об этом вот так. Всё закончилось благополучно, но это болезненное напоминание: опасность всё ещё рядом. Безопасных мест нет.

Джо паркуется у больницы, и мы быстро идём внутрь. Он проводит меня по коридору до палаты, и я врываюсь внутрь, едва успевая осознать, что делаю.

Роман сидит на кровати, печатает что-то на ноутбуке. Когда я бросаюсь к нему, он поднимает глаза — удивлённые, растерянные.

— Мэдисон?

Не говоря ни слова, я обнимаю его, прижимаюсь всем телом, утыкаюсь лицом в его грудь. Он крепко обнимает меня в ответ, целует в макушку и гладит по спине.

Слёзы текут потоком — за всё сразу: за усталость, за страх, за боль, за облегчение.

— Всё в порядке, детка, — шепчет он тихо. — Всё хорошо.

Что бы между нами ни происходило, стоит оказаться у него в объятиях — и весь мир снова становится на место.

Я отстраняюсь, чтобы вдохнуть, и сажусь на край кровати. Он вытирает слёзы с моего лица, а я накрываю его руку своей, просто держу. Его прикосновение уже успокаивает моё разбитое сердце.

— Я кое-что нашёл для тебя дома, думаю, тебе понравится, — усмехается Джо, бросая сумку Романа на кровать. — И я тайком подложил туда пару бутылок пива, если вдруг захочешь снять стресс.

— Спасибо, Джо, — Роман отвечает усталой улыбкой. — Иди домой. Напиши, как там Тай, ладно?

— Конечно, — кивает Джо. — Отдыхай. Похоже, ты в надёжных руках.

Он коротко обнимает меня и уходит, тихо закрыв дверь за собой.

— Ты ведь должна быть в Сент-Луисе, — Роман снова притягивает меня к себе, освобождая немного места, чтобы я легла рядом. Кровать узкая, неудобная, но сейчас — самое уютное место на свете.

— Планы изменились. Я могла бы быть здесь раньше, если бы ты мне позвонил. Я узнала только от Джо, когда вернулась домой.

Роман хмурится.

— Подожди… То есть ты летела домой посреди ночи по другой причине? Я сказал Джо не звонить тебе, но когда ты появилась, я решил, что это он. А это было что-то другое?

— Это сейчас неважно, — я делаю резкий вдох. — Расскажи, что случилось.

Он будто хочет задать ещё вопросы, но передумывает. Пока.

— Это ерунда, Мэдди. Я же сказал, всё в порядке. Просто царапина, — он старается казаться спокойным, но лицо бледное, глаза усталые. Он выглядит измотанным.

— Ерунда? — я резко смеюсь. — Роман, тебя ранили ножом в собственном доме, пока твой сын спал наверху! Тем человеком, который охотится на тебя уже месяцами! Ты потерял столько крови, что потерял сознание!

Он закатывает глаза, проводя рукой по волосам.

— «Потерял сознание» — это громко сказано. Я просто немного закружился и… отключился на пару минут.

— Почему ты мне не позвонил? — я прикусываю губу, сдерживая дрожь в голосе.

— Потому что я собирался рассказать тебе, когда ты вернёшься завтра. Я знал, что ты занята, и, честно говоря, не особо-то хотела со мной говорить.

— Боже, Роман! — я с трудом сдерживаюсь, чтобы не ударить его, и, если бы он не лежал на больничной койке, наверное, так бы и сделала. — Даже если мы ссоримся, это не значит, что я не хочу знать, что ты пострадал — что на тебя напали! Ты хоть представляешь, как мне было страшно, когда Джо всё рассказал? Представь, что это была бы я и не сказала тебе. Ты бы не отнёсся к этому спокойно.

— Ты права, — он сглатывает. — Я был бы в ярости.

— Да уж, взаимно, — я злюсь, скрестив руки на груди. — Иногда ты просто невыносим. Это глупо и по-детски — не рассказать мне, что ты чуть не умер, только потому что мы немного поссорились.

— Эй... — Роман приподнимается и отбрасывает с моего лица прядь волос. — Ты абсолютно права. Это было глупо. Прости. Так больше не будет. В следующий раз ты будешь первой, кому я позвоню. Обещаю.

«В следующий раз». Никогда ещё эти два слова не звучали так тяжело.

Слёзы снова подступают.

— Не говори это