Не успела Лиз ему возразить, как Рэндал уже встал и зашагал из лагеря. Никто из часовых не остановил его, не спросил, почему он уходит из лагеря после наступле­ния темноты — его темная мантия с капюшоном слива­лась с ночной мглой, и потребовалось лишь небольшое заклинание, чтобы в нужный момент направить взгляды возможных наблюдателей в другую сторону. Вскоре па­латки и лагерные костры остались далеко позади, перед Рэндалом выросла стена густого леса. Он вошел в лес­ную чащу, двигаясь в ту сторону, откуда доносилось не­знакомое магическое эхо.

Пройдя довольно большое расстояние, юноша очу­тился на узкой тропинке. Она вела именно туда, куда ему было нужно, поэтому Рэндал пошел дальше по ней. Вскоре послышалось журчание бегущей воды. Обогнув большой валун, юноша вышел на лесную полянку и ос­тановился.

Перед ним, преграждая путь, серебрился в лучах лун­ного света широкий ручей. Из воды поднимались тем­ные камни, окутанные тонким белым кружевом пены. Затем поток низвергался с обрыва небольшим водопа­дом и растворялся в туманной голубой дымке.

Чуть ниже водопада через ручей был перекинут дере­вянный мостик — всего пара грубо выструганных досок. На дальнем берегу виднелся каменный домик под трост­никовой крышей — в таких обитают свободные кресть­яне или зажиточный деревенский люд.

«Но возле этого дома не видно возделанных земель, — заметил Рэндал. — И других строений поблизости тоже нет. Только лес... и ощущение магической силы». Он чувствовал присутствие этой силы в воздухе, оно было терпким и густым, как запах полыни и пряных трав, до­носившийся из крошечного садика возле дома. Рэндал понял: он нашел то, что искал, — источник неизвестной магии.

Глава 3

Домик в лесу

Рэндал постоял немного возле бегущего ручья. Здесь, на этом берегу, он был в относительной безопас­ности — насколько вообще можно говорить о безопас­ности посреди безлюдного леса в разгар войны. Но ручей обозначал границу владений незнакомого волшебни­ка — обозначал отчетливо, как магический круг или за­пертая дверь в потайную мастерскую. Перейдя на дру­гой берег, он окажется во власти неведомой силы, и вернуться назад будет гораздо труднее.

Собрав все свое мужество, Рэндал ступил на мостик и перебрался через ручей. Подошел к домику и увидел, что окна в нем не закрыты ставнями, а дверь распахнута. Внутри дом казался пустым и темным. Юноша обошел здание кругом и не обнаружил ничего, кроме садика да нескольких грядок с овощами.

Не успев закончить обход, Рэндал почувствовал, что за ним следят. В то же время он был убежден, что на ма­ленькой поляне нет ни одного человека, кроме него. Но он знал: у волшебника повсюду бывают глаза и уши, его жилище охраняет немало живых существ. Снова при­близившись к парадной двери, юноша постучал по де­ревянному косяку, но, как он и предполагал, ответа не было.

На всякий случай Рэндал подготовил защитное за­клинание и заглянул в открытую дверь. Внутри домика было темно, лишь через окошко проникал тонкий лун­ный луч, и в его свете Рэндал различил единственную комнату, очаг в одном ее конце и полати для сна — в дру­гом. Никакой мебели, если не считать стола и стула, — хозяин дома, видимо, не любил принимать гостей.

И до сих пор Рэндал не мог отделаться от ощущения, что за ним следят. Юный волшебник отошел к краю по­ляны, сел на камень и приготовился ждать.

Он не знал, долго ли просидел там: мягкий, напоен­ный ароматами трав ночной воздух навевал сон, юноша задремал и потерял представление о времени. Наконец прилетела сова. Покружив над домиком, она спустилась на поляну и села на подоконник напротив Рэндала.

Юный волшебник хотел пошевелиться, но руки и но­ги обмякли, налились тяжестью и стали неподатливыми, словно мешки с зерном. «Магия!» — предостерегаю­ще воскликнул разум; Рэндал попытался стряхнуть чары, но не сумел. Он не мог прикоснуться к странному заклинанию. Как он ни старался ухватиться за него, оно ускользало и с каждой попыткой только становилось сильнее. Вскоре все тело юноши онемело, и он беспо­мощно сидел, не в силах шелохнуться.

Сова была крупная, с темными перьями. Она повер­нула голову к Рэндалу и заглянула ему прямо в глаза. Внезапно руки и ноги юноши снова обрели чувстви­тельность. Птица вспорхнула с подоконника и исчезла в глубине домика. Через минуту за распахнутой дверью замерцал желтоватый огонек свечи.

В дверном проеме появилась женщина. Волосы у нее были длинные, рыжие — того же оттенка, что и совиные крылья, отметил Рэндал. Поверх рубахи из желтоватого полотна было надето коричневое шерстяное платье. При первом взгляде Рэндалу показалось, что женщина молода, не старше его кузена Уолтера. Но тут пламя све­чи вспыхнуло ярче, и юноша разглядел на лице женщи­ны морщины, следы тревог и забот. Однако точный ее возраст было нелегко определить.

С минуту женщина вглядывалась в Рэндала, потом сказала:

— Заходи, гостем будешь.

Рэндал осторожно поднялся на ноги. Очнувшись от парализующего заклинания, он до сих пор чувствовал себя скованно и неуверенно. Он догадывался, что, если попытается бежать или сделает хотя бы одно резкое дви­жение, женщина мгновенно пригвоздит его к месту сво­им завораживающим взглядом, и он снова станет беспо­мощным.

— Кто вы? — только и сумел спросить он.

— Я не желаю тебе зла, — ответила женщина. — Но у тебя хватило смелости прийти к моему дому и спросить мое имя, не назвав себя.

— Я Рэндал из Дуна, — ответил юноша. Потом добавил на Древнем Наречии — старинном языке колдовства, на котором разговаривают между собой волшебники: — Я окончил Школу два года назад.

Но женщина лишь озадаченно взглянула на него, как будто он говорил на языке неведомой страны. «Она не понимает, — догадался Рэндал. — Она училась волшеб­ству не в Школе».

— Меня зовут Данна, — ответила женщина после не­долгого молчания. — И, раз уж мы познакомились, поз­воль пригласить тебя в дом.

Рэндал вошел вслед за женщиной. Просторную ком­нату заливал теплый желтоватый свет, но юноша не заметил ни одной свечи; огонь в очаге тоже не горел. На деревянном блюде на столе лежала буханка мягкого хле­ба. Хотя всего минуту назад очаг был холоден и стол пуст, в воздухе витал аромат свежей выпечки.

Данна указала на единственный стул.

— Садись, поешь, — велела она и, заметив неуверен­ность Рэндала, засмеялась. — Не бойся, юный Рэндал, это не страна