— Да что же это такое!

— Слепая материнская любовь, Максим, вот что это такое. Думаете, легко отдать ребенка, а потом не иметь права даже приласкать его? Смотреть, как его презирает ненастоящий отец? Как не любит ненастоящая мать?

— Ты заразила отца… то есть Самсонова СПИДом, чтобы он умер и оставил мне наследство? Я думал, он от старости загибается. И про завещание сказала, что если мы Звездина посадим, то Самсонов перепишет все на меня.

— Еще одно дешевое кино, — устало вздохнул Никита. — Я же читал про ваш «второй вариант», не забыли, Максим? Вы были в курсе планировавшегося убийства вашего двоюродного, увы, брата, единственного на тот момент истинного наследника Анатолия Самсонова. И не забудьте про взрыв на заводе минвод, это же вы слили информацию своему секьюрити о том, что Сергей Звездин стал встречаться с Айше? И кстати, вы же в ночь после похищения Насти шли по городу в костюме и галстуке, будто Сергей? На том видео, которое появилось ниоткуда и опровергло алиби Звездина? Хоть двоюродные, но вы все-таки братья: одного роста и волосы одинаковые. Мы когда с вами первый раз встретились, вы собирались куда-то, при параде. И были в том самом галстуке, который попал на видео.

Все молчали. Никита посмотрел на часы, потом на Артема.

— Я думаю, на вертолете отправятся в город арестованные, Михалыч с опером и кинолог с Джеком. Михалыч, оформишь сам эту троицу в КПЗ?

— Я мечтаю об этом. А вы на чем вернетесь?

— Еще Айше возьмете, она…

— Возьмем и Айше. Думаю, лишнего пассажира пилот простит. А вы-то как?

— А мы на «буханке», Алексей нас домчит с ветерком. Часов за пять или шесть. Да, Алексей?

— Моя Ульянка домой полетит как на крыльях!

…Вертолет скрылся за горизонтом. Алексей, Артем, Никита и Толик вернулись на базу. И только тут заметили, что никто не видел Юрия с тех пор, как он с кинологом и опером вернулся из леса.

Алексей сорвался и побежал к домам. За ним потянулись остальные.

Юрия они обнаружили за дизельной. Уткнувшись лбом в грязную кирпичную кладку, он тихо плакал. Никита сделал знак, чтобы их оставили наедине, и присел рядом на корточки.

— Простите. Я что-то увлекся разоблачением. Надо было вас успокоить, а я… забыл. Сначала нужно было, чтобы никто не заподозрил Лидию и Михаила. Я специально вас с кинологом отослал в лес, чтобы вы сами увидели засаду и догадались, кто на самом деле стрелял.

— Я догадался. — Юрий повернул к Никите покрасневшее опухшее лицо. — Но до той минуты я считал себя убийцей. Это… страшно. — Он по-детски всхлипнул в последний раз, высморкался и припечатал: — Никогда больше. Никакой охоты. Никакого оружия. На даче буду тихо грядки копать в выходные.

— Ну, Юрий. Есть еще заводы. Ваши с Сергеем. А городу нужна вода.

— Вы не подумайте, Никита Алексеевич, те пункты в Уставе, их не я придумал. Это Сергей в Москву к юристам ездил, они и навертели, гонорар отрабатывали, Сергей просто хотел поменьше лазеек посторонним оставить. Я помогу Насте оформить акции Сережи. — Юрий вдруг замолчал. — Вы же ее отыщете? Настю?

— А вы все пропустили! Жива Настя, в больнице сейчас. И с ребенком все в порядке.

— Ребенок? Настя беременна? А вот это хорошо. Продолжение жизни Сережи.

Помолчали.

— Спасибо вам, Никита. Если бы не вы, эти гады меня бы посадили.

— Весь план заговорщиков строился на том, что вы обязательно отреагируете на шум. Такое ведь уже было? Но урок вы не извлекли. Вот и поплатились. Как бы Лидия замаскировала звук от своего ружья? Она видела из засады, как вы дернулись на хрюканье Максима, и нажала на спусковой крючок одновременно с вами. Два выстрела слились в один. Даже если и была маленькая разница во времени, никто не обратил внимания, потому что Звездин упал. На это и был расчет. Вот так все случилось. Такой вот «второй вариант». — Никита поднялся. — Пойдемте. Нам еще до города добираться. А это долго. Алексей, наверное, уже завел свою Ульянку.

Но ни Алексея, ни Артема с Толиком они не обнаружили. Лишь глухие голоса раздавались из погреба. Никита подошел ближе.

— Это тоже возьми, пропадет ведь. А где у них запасы спиртного? Или все тут пили самогонку, что егерь в дизельной держал?

— Я нашел! Смотри, какой коньяк. В подарочной упаковке. И еще бутылка. О, а вот и виски. Так что никакого самогона.

Дверь, скрипнув, приоткрылась, и из погреба вышли Толик и Артем. Первый нес кастрюльку со вчерашним шашлыком, на которой громоздились сыр и половинка окорока, а Артем прижимал к груди бутылку виски, банку с маринованными огурцами и хлеб.

Увидев Никиту, стоящего у них на пути, оба принялись оправдываться.

— А что такого? Продукты все равно испортятся. А мы не ели с тех пор, как поступило сообщение об убийстве.

— Это частная собственность. — Никита не сдавался.

— Чья? Насти Звездиной? Я думаю, она нас простит. Если вообще когда-нибудь сюда приедет. Я бы не стал. Продаст она эти угодья, попомни мои слова, Коломбо.

— В общем, ты как хочешь… — Артем решительно зашагал вперед, отодвигая с пути Никиту. — А я поем. Кстати, что это за мясо в кастрюльке? На свинину не похоже.

— Косуля. Михаил вчера привез, а Лидия пожарила на мангале. И не заговаривайте мне зубы. Продукты ладно, согласен, а алкоголь?

— Да что ж ты такой упертый! — теперь и Толик обошел Никиту и подтолкнул вперед остановившегося Артема. — Ну прикинь. Месяцев через семь или восемь прилетит сюда на личном вертолете новый владелец принимать хозяйство. Ты думаешь, в погребе хоть что-то останется? Местные наверняка тут все что можно вынесут. И в первую очередь именно алкоголь. Те, кто знают, где база. Думаю, такие найдутся. И хватит уже стоять тут, как памятник. Пошли, поедим. Сам-то когда последний раз питался?

— А Алексея куда дели? — Никита не двигался с места.

— Он как раз обходит частную собственность. Проверяет дома, отключает электричество в щитках, потом дизельную законсервирует. Хозяйственный мужик.

Юрий помялся и развернулся в сторону домиков:

— Пойду, помогу Алексею. Я пить не буду. Перекушу только.

Артем выложил на стол продукты и водрузил на середину его коньяк. Толик поставил кастрюльку с шашлыком, не утерпев, схватил кусочек мяса и отправил в рот.

— Приходите быстрее, — кинул он в спину удаляющемуся Юрию. — А то мы тут все съедим.

— Ну и циники же вы. — Вздохнув, Никита взял кружку и пошел вслед за Юрием через охотничью базу. —