мальчишка сразу расположил к себе всю семью. Правда, в начале встречи все как-то растерялись. Сонечка подошла, посмотрела на внимательно наблюдающего за ней Виталика и вдруг забралась к нему на колени, обняла за шею и что-то зашептала на ухо. Виталик улыбнулся, покивал. И все сразу расслабились. Паша принесла заранее испеченный пирог, Туся спросила, как он относится к животным. А Никита молчал. Он только тогда понял слова Паши об ответственности и испытании — и испугался. А вдруг и правда Виталику будет лучше не у них, а у тех, кто еще захочет его усыновить? В другой семье. Никита поймал внимательный взгляд Паши и качнул головой, соглашаясь с тем, что она говорила раньше.

Когда они возвращались к Айше, Виталик ровным голосом сказал:

— Мне мама велела согласиться на твое предложение. Сказала, что ты справедливый. И что мне будет лучше с тобой, чем в детдоме. А тебе это зачем? У тебя нормальная семья, дочка классная.

И Никита, вначале обалдевший от взрослых рассуждений шестилетнего пацана, ответил серьезно:

— Потому что я чувствую, что так будет по совести.

Помолчав, Виталик все так же ровно спросил:

— Я должен буду называть тебя папой? Я бы не хотел.

— И не надо. Я как-то и не думал об этом. Зови нас с Тусей по именам. Друзья иногда обращаются ко мне «Коломбо», это из-за работы. Был такой старый сериал. В школе, кстати, тоже так дразнили.

И дальше разговор перешел на школу, Айше и ее здоровье, Сонечку и ее проблемы с драчуном Сережкой.

Виталик приходил к ним в гости еще несколько раз, а переехал совсем только после похорон Айше. К тому времени Никита решил все вопросы с опекой, Виталику обустроили комнату в доме, разделив большую Сонину спальню напополам. Быт устроился. Постепенно ушел страх у Туси, что она может не справиться со взрослым сыном, и развеялись сомнения Никиты, правильно ли он поступил. А вот Паша и Сонечка ничего не боялись. У Паши уже был опыт, а Сонечке очень нравился старший брат. У которого, между прочим, были свои деньги и который постоянно покупал ей шоколадки и мороженое тайком от взрослых.

— Извините, я опоздал, — равнодушно покаялся Никита, отпирая дверь кабинета. — У меня было важное дело.

Он уселся в свое кресло и, пользуясь тем, что со стороны посетителей стол был закрыт, скинул влажные кроссовки, оставшись в одних носках. Очень хотелось зажмуриться от удовольствия, но Никита сдержался.

— Анастасия, вы такая официальная. Я слышал, вы продаете акции заводов Сергея его заместителю Юрию. Что так?

Настя вздохнула.

— Я же ничего в этом не понимаю. Дивиденды на акции, скважина, подстанция. А Юра все устроит правильно. Мы с ним согласовали график выплат. Илья Олегович мне помог грамотно составить документы.

— А Илья Олегович теперь ваш адвокат?

— От добра добра не ищут, Никита Алексеевич. Я как-то внезапно осталась одна с проблемами бизнеса Сережи. А у меня ребенок. Илья Олегович предложил помощь, я навела справки. В общем, мы подписали договор. Не поверите, как гора с плеч свалилась. Это он посоветовал мне продать акции заводов и охотничьи угодья. Вы думаете, я поторопилась?

Никита перевел взгляд на Карлова. Все такого же лениво-вальяжного, подтянутого и моложавого. Только смотрел он сейчас из-под полуопущенных век напряженно-предупреждающе.

— Не мне судить, — усмехнулся Никита, — откуда я знаю, как работает Илья Олегович.

Он переложил на столе папку с очередным делом, на этот раз об убийстве жены местного бизнесмена Зотова, и помедлил, не скажут ли еще чего-нибудь Настя или Карлов. Но оба молчали. А что им вообще нужно? Ну, не торопятся, значит, подождем. Никита пошевелил пальцами в носках, с удовольствием отмечая, как они согреваются.

— Мне вот что интересно. Вы продаете акции заводов, а что-то присмотрели для себя? Чем будете заниматься? Или просто жить на проценты со вкладов? Так вам посоветовал уважаемый Илья Олегович? — Никита наивно-насмешливо посмотрел на Карлова: что, даже сейчас ничего не ответит? Но тот почему-то молчал.

— Я покупаю у Лидии Самсоновой туристический бизнес. Ей в тюрьме он не пригодится. Я не буду подавать иск о потере кормильца, а она сделает мне скидку.

Никита замер. Вот почему Настя стала клиенткой Карлова. Огромные деньги и опасные связи эскорт-агентства не должны были уйти из цепких лап Самсоновых. А Настя все-таки была невесткой Анатолия, значит, членом семьи. А сама-то она в курсе, что скрывается под вывеской турфирмы «Визит»?

— А вы покупаете весь бизнес? И туристический, и эскорт-агентство? — Никита не стал церемониться. — Илья Олегович вам все рассказал?

— Да. — Настя смотрела прямо, даже вызывающе. — Я знакома с клиентами Лидии. Мы же из одной тусовки.

М-да. Все меньше оставалось от голубоглазой «лапушки» Насти, когда-то любимицы города, победительницы конных соревнований, которую обожали за историю Золушки, выбившейся из низов в жены миллионера.

— От меня-то что нужно? Я никак не пойму цели вашего визита.

Никита перешел от дружеского тона к официальному. Захотелось побыстрее отделаться от неприятных посетителей.

И тогда заговорил Карлов:

— На днях в Москве скончался Анатолий Самсонов. — Карлов сделал паузу, как бы давая Никите осмыслить новость. — Завтра в город прилетает нотариус для оглашения завещания. Мне поручено собрать на это мероприятие тех, кого это касается.

Карлов опять сделал паузу. И Никита вдруг насторожился. А он здесь при чем?

— Это законные представители Марины Самсоновой и двух родных внуков Анатолия Самсонова. Я связался с родителями Марины. Она, кстати, благодаря грамотному лечению идет на поправку, но пока врачи не рекомендуют ей самостоятельных действий.

— Это уже отличные новости, — осторожно прокомментировал Никита. Куда клонит Карлов?

— Представителем одного внука является Анастасия Звездина. Ее я тоже известил должным образом. А что касается сына Айше, тут я попал в затруднительное положение. Не нашел адреса, где сейчас живет мальчик. В квартире, которую Сергей Звездин купил и оформил на Айше и которая теперь принадлежит его несовершеннолетнему сыну, живут арендаторы. Они категорически отказались дать мне контакты Виталия и отослали за информацией к вам. — Карлов развел руками, как бы говоря: «И вот я здесь».

Лицо Никиты оставалось непроницаемым:

— Пришлите мне приглашение, адрес и дату встречи с нотариусом. Я обещаю, что в нужное время официальный представитель сына Сергея Звездина и Айше приедет.

— И все? Контакт этого человека вы мне не скажете и никакой другой информации не предоставите?

— Нет.

— Что ж, полагаюсь на ваше слово. — Карлов встал, положил на стол Никите запечатанный конверт, на котором красовался штамп нотариальной конторы Самсонова, и повернулся к Насте: — Вас подождать?

— Нет, мне нужно