этой твари? — обратился я к своим спутницам, поймав их взгляды.

— Что же? — осторожно спросила Аранольд, потирая предплечье.

— Вроде как это… Норвар, — произнёс я, поднимая отрубленную голову с земли, чтобы подтвердить свою догадку.

— Ну да, это точно плохо, — подтвердила Вурса, невольно создавая ещё более неблагоприятную обстановку своей непосредственностью.

— Нужно найти сына Агаи, — произнесла Милени, её голос стал твёрдым, несмотря на потрясение. — Возможно, он ещё жив. Нам надо спешить.

— Взор Жизни! — выкрикнул я, повторяя заклинание, но уже без особой надежды.

Снова только птицы в кронах. Грызуны у нор. Ни людей. Ни крупных зверей: волков, оленей, медведей, лисиц. Лес — мёртвая зона для всего, что крупнее мыши.

— И как нам теперь найти мальчишку? — спросил я, чувствуя нарастающее раздражение. — Моя способность ограничена расстоянием. Я могу искать только в пределах определённого радиуса. — Вурса, может ты возьмёшь след?

— Я, по-твоему, собака?! — взбесилась Вурса, тут же надув губы. — Здесь воняет гнилью! Я не буду нюхать этот труп!

— Возможно, я могу помочь с этим, — неожиданно вымолвила Галара с серьёзностью в голосе.

— Как? — спросил я, сгорая от любопытства.

— Есть магический обряд на крови, называется — Узы Крови! — объяснила тёмная эльфийка. — Если он отец мальчишки, мы сможем его найти.

— Давайте попробуем! — сорвалось с губ Аранольд.

Она, не медля ни секунды, кинула тело мужчины у ног Галары, словно жертвенное приношение.

— А ты шустрая, — произнёс я, не ожидая такой прыти от обычно сдержанной женщины.

Тёмная эльфийка, не обращая внимания на нашу перепалку, достала острый кинжал и сделала свежий, аккуратный надрез на пальце, выпустив пару капель крови. Затем спутница капнула алую жидкость в маленькую ступку, добавив пару щепоток чёрного песка, и начала читать заклинание низким и напевным голоском. В какой-то момент ступка загорелась ярким синим пламенем, а затем со звоном разлетелась на мелкие осколки.

— Не понимаю! — взбешённо закричала тёмная эльфийка. — Если он отец мальчишки, то заклинание должно было сработать! Это невозможно!

— Видно, Агая не такая уж и верная жена, — произнесла Вурса с широкой, почти зловещей усмешкой на лице, явно наслаждаясь чужой драмой.

— И что теперь? — растерянно спросила Милени.

— Будем импровизировать! — произнёс я, принимая решение. — Левитация!

В одно мгновение я оторвался от земли, легко, без усилий, и взмыл вверх, пронзая густые кроны, которые ещё секунду назад казались непреодолимой стеной. Зависнув над лесом, я окинул взглядом горизонт. Огромные пространства. Леса, поля, далёкие холмы.

— Око Пространства! — снова команда сорвалась с моих губ, активируя новую способность наблюдения.

Магия сделала своё дело. Одно магическое око обнаружило множество разлагающихся трупов крупных животных, раскиданных по огромной территории. Проклятый лес больше не просто источал запах гнили. Он сам был гнилью. Её источником. Я тут же молниеносно спустился на землю, касаясь твёрдой почвы.

— Вокруг трупы, — бросил я спутницам, обводя рукой горизонт. — Много. Крупные животные. Может быть, здесь получится найти зацепки.

Ещё полкилометра — и мы ступили на место, похожее на бойню. Повсюду лежали разлагающиеся туши животных, уже частично сгнившие. Сладковато-приторный запах разложения переплетался с другим, более странным смрадом — тухловатым, отдающим прокисшим луком.

— Что за хрень здесь произошла?! — Вурса схватилась за свой нос, её звериное чутьё работало на пределе.

Для зверолюда любые запахи были в несколько раз чувствительнее, чем для других рас, и этот смрад явно был для неё невыносим.

— Думаю, дело в этой мерзости, — произнесла Аранольд, поднимая с земли мумифицированную, но всё ещё отвратительную личинку, похожую на ту, что мы видели ранее.

— Видно, это существо может как-то захватывать тела живых существ и питаться ими, а заодно и захватывать их разум, — произнесла Галара, задумчиво тыкая стрелой в мёртвую личинку. — Нужно быть аккуратнее.

— Вурса? С тобой всё в порядке?! — спросил я, заметив, что спутница куда-то уставилась, всё ещё крепко зажимая нос.

Вурса, не отрывая взгляда, указала дрожащей рукой в сторону густой чащи:

— Оттуда несёт смрадом смерти!

— Тогда не будем медлить! — скомандовал я, почувствовав, что мы на верном пути.

Пробираясь через шипастые, цепляющиеся кустарники, мы вскоре наткнулись на широкую, недавно вырытую в земле яму.

— Взор Жизни! — сразу же произнёс я, активируя магию.

На мгновение я смог уловить с десяток аур, что пульсировали где-то под землёй.

— За мной! Здесь есть проход! — крикнул я, немедля ни секунды, и спрыгнул в яму.

Там, на дне, зиял вход в туннель.

— Мне удалось уловить ауры живых! Скорее за мной! — призывал я своих спутниц к действию.

Мы оказались в длинном, поглощающем свете туннеле, полностью лишённом освещения. Деревянные балки невыносимо трещали от давления земли над головой, а под ногами что-то хрустело. Звук не оставлял сомнений — кости. И их было слишком много даже для самой страшной бойни. Слишком много, чтобы быть просто останками животных. Милени тут же призвала светлячка. Тот в мгновение ока осветил дорогу, отбрасывая призрачные тени на стены.

— Ай! — вскрикнула Аранольд.

— Что случилось? — с холодной тревогой спросил я.

— Ничего… показалось, — пробормотала она, пытаясь успокоить и нас, и себя.

Минут через пять в глубине туннеля мелькнул свет — тусклый, жёлтый, похожий на одинокую свечу. Мои кинжалы бесшумно скользнули из ножен. Спутницы сделали то же самое — каждая приготовила своё оружие. Мы все понимали: неизвестность — худший враг. И никто не мог сказать, чем обернётся конец этого проклятого подземелья.

Мы двинулись вперёд и оказались в огромной, жутковатой пещере. С потолка сквозь узкую расщелину пробивался лишь слабый лучик света. Основное освещение давали сотни свечей, расставленных повсюду. Здесь царил какой-то безумный хаос: алхимические столы были заставлены бесчисленными пробирками, ретортами и странными инструментами. Но самое жуткое — прямо из земли прорастали бледно-зеленоватые коконы, каждый размером с человека. И поодаль, внутри грубых клеток, я различил скованные цепями человеческие фигуры.

— Надо освободить заключённых! — Милени, не сдержав порыва, вскрикнула и рванулась вперёд.

Я успел лишь в последний момент одёрнуть торопыгу. Из тени, словно призрак, вышла человеческая фигура. Перед нами стоял пожилой седовласый мужчина. Борода — длинная, свалявшаяся, нечёсаная. Глаза впалые, усталые, безжизненные. Жуткая залысина открывала половину черепа, острый нос торчал из морщинистого, измождённого