будет спасать, или мне тут так и валяться до прибытия спасательной службы.

— Придётся спасать, а то что я Кире потом скажу? — подшутил я над Абрамовым, а заодно напомнил ему о том, что дома его ждёт жена. Уж слишком он дал себе волю.

— Давайте быстренько спасать нашего раненого, а потом займёмся демаскировкой, — спохватилась Ратошная. — Мёрзнуть здесь совсем не хочется.

Я взял топорик и принялся орудовать им, чтобы срубить достаточно крепкую ветвь для того, чтобы наложить Абрамову на ногу шину. Пока я возился с шиной, Лина успела перебинтовать Тёме голову и напоить его горячим чаем.

— Дровишки-то откуда? — поинтересовался я, глядя на небольшой костерок, который соорудили ребята.

— Из носимого аварийного запаса, — призналась девушка. — Кстати, спички тоже оттуда. Присаживайся, будем чаем греться.

— Успеется! — отмахнулся я и вернулся к работе. Это после предельных перегрузок я был мокрый от пота, а сейчас мы спускались с небольшой высоты, поэтому я даже не вспотел. Температура держалась около трёх градусов мороза, а ветер практически не пробирался сквозь пушистые сосны, поэтому теплозащитного костюма было вполне достаточно, чтобы согреться. А если орудовать топориком, так ещё теплее становится.

Раз Тёма решил изображать раненого, работать над демаскировкой нашей позиции пришлось мне. Через полчаса все нижние ветви вокруг места нашей посадки были срублены. Я решил, что не стоит добру пропадать и оттащил их к нашему аппарату. Небольшое укрытие от ветра лишним не будет.

Попутно подмечал сухие ветки, которые можно было использовать для розжига костра. Уже в процессе смастерил небольшой шалаш из веток, добавил сухих листьев и поджёг их. К счастью, сухая листва быстро загорелась, выдавая огонёк, который лизнул по веткам и выбросил вверх языки пламени высотой с полметра.

— Есть контакт! — обрадовался Абрамов, которому мы поручили заниматься настройкой радиосвязи.

— Приём, космонавты! Как там у вас на свежем воздухе? Не дует? — поинтересовался Панкратов, когда нам удалось установить связь с базой.

— А вы заходите к нам на чай, заодно и проверите, — пригласил Филиппыча Артём.

— Завтра, всё завтра, ребята! Пока справляетесь своими силами, а утром мы начнём вас искать. Аварийного запаса вам должно хватить на трое суток, но мы не будем вас сильно мучать. Сутки продержитесь, и хватит. Да и нашим поисковикам не помешает тоже немного размяться, а то группу Плотникова два часа искали. Их угораздило приземлиться почти на самом краю леса, поэтому пришлось прочесать весь массив.

Если бы не оболочка спускаемого аппарата, скафандры, свёрнутые руликом и стропы от парашютов, на которых мы спускались на Землю, мы бы походили на обычных туристов, которые выбрались в подмосковный лесок на выходные, чтобы отдохнуть от мирской суеты. Вот только случайных туристов на закрытой территории возле Звёздного городка никак быть не могло, поэтому нам предстояло ночевать в гордом одиночестве. Разумеется, если так можно сказать, ведь уже к вечеру к нам примчался любопытный заяц, а на рассвете вокруг нашей стоянки мы нашли следы лисицы.

— Доброе утро, молодёжь! — произнёс Панкратов, когда мы вышли на связь. — Сейчас мы будем вас искать. Ребята уже выдвигаются на позиции.

Мы ожидали увидеть большой отряд, который растянулся цепочкой и прочёсывает местность, но на деле всё оказалось куда проще. Где-то через полчаса над местом нашей стоянки пролетел беспилотник. Я схватил сигнальную ракетницу, которую заранее успел зарядить, и подал сигнал. В небо устремилась ракета, оставляя за собой дымовой оранжевый след.

Беспилотник вернулся, сделал над нами круг и ушёл обратно, а минут через сорок к нам добрались спасатели. Как и полагается, прислали несколько единиц техники и с дюжину специалистов. Медики отработали диагностические процедуры, спасатели сделали свою работу, и мы отправились на базу. Всего через час после встречи со спасательной бригадой о том, что здесь приземлился спускаемый аппарат, говорили лишь следы на снегу, выжженное пятно костра и срубленные ветви.

На этом наши практические испытания временно закончились. До конца года нам предстояло сдать экзамены на знание устройства космического корабля и орбитальной станции, а также пройти на симуляторе процесс полёта, выхода на орбиту и стыковки с орбитальной станцией.

— После праздников будем учиться устранять аварийные ситуации на орбитальной станции и проводить исследования, — анонсировал Анатолий Филиппович.

Я был готов приступать хоть сейчас, но время близилось к Новому году, а потому настрой у всех был предпраздничный и серьёзной работы не планировалось. В один из последних рабочих дней Лина подозвала нас к мультимедийной доске.

— Ребята вы уже видели? Вывесили первый рейтинг на основе трёх испытаний, результатов физической подготовки и экзаменов.

— Сейчас поглядим кто у нас первый в очереди на полёт в космос! — оживился Абрамов и помчался к стенду.

Глава 7

О человеческих качествах

Я смотрел на рейтинг и не мог сдержать разочарования:

Коляда Денис Михайлович. Средний балл: 4.95

Абрамов Артём Эдуардович. Средний балл: 4.91

Ратошная Лина Юрьевна. Средний балл: 4.90

Чудинов Михаил Игоревич. Средний балл: 4.87

…

Четвёртый в рейтинге? Это совсем не тот результат, на который я рассчитывал. Так выкладываться на тренировках, и попасть всего лишь в верхнюю часть рейтинга, которая совсем не гарантирует мне полёт в космос. Конечно, всему своё время. Не полечу сейчас — сделаю это позже. Но в том-то и проблема, что времени на раскачку у меня нет.

Понимаю, что меня здорово подвела центрифуга. По оценкам специалистов я напортачил с отключением лампочек и не смог продержаться до максимальной нагрузки. У Артёма и Лины по этому экзамену ситуация куда оптимистичнее. А вот с остальными задачами я справился не хуже, а где-то даже лучше. Но общая картина вышла смазанной.

Меня беспокоил ещё и тот факт, что на Марс с большой вероятностью полетят те, у кого больше опыта. Если это будут не наши ветераны, а кто-то из молодняка, то вполне логично, что возьмут лучших. И в этой ситуации я останусь не у дел.

— Чудинов, что с лицом? Не ожидал, что первое место достанется не тебе? — не упустил возможности поддеть меня Роман.

— Я бы на твоём месте задумался о своих результатах. Девятое место в рейтинге означает, что ты можешь вообще никуда не полететь, пока не настроиться на серьёзную работу.

Я не мог понять, как можно проходить испытания хуже Плотникова, который проходил их, спустя рукава. Видимо, в чём-то он всё-таки хорош,