Вообще, рейтинг на данный момент — это большая условность. Прошло всего три месяца, поэтому расстановка сил может кардинально измениться. Мне нужно постараться, потому как в Звёздном городке готовятся лучшие кандидаты в космонавты, и просто быть в их числе недостаточно.

Плотников подошёл ко мне ближе и посмотрел сверху вниз, не скрывая пренебрежения.

— Знаешь, почему ты пыжишься? Потому что хочешь славы и известности. Я раскусил тебя ещё на олимпиаде. Ещё тогда всё с тобой было ясно. Но знаешь, в чём проблема? Ты никто и ничего не добьёшься, потому как не представляешь из себя ничего особенного.

— Я уже добился победы в командной олимпиаде, призовых мест в индивидуальных соревнованиях, а также выиграл с нашим конструкторским бюро конкурс по разработке космического аппарата. Что бы не ждало меня в будущем, я уже вписал своё имя в историю, чего нельзя сказать о тебе. И даже в рейтинге я выше тебя, что говорит о моей значимости и уровне подготовки.

— Эти ваши рейтинги полная чушь, — отмахнулся Плотников. — Я бы мог взять первое место, но зачем? Зарплата кандидата в космонавты составляет сто двадцать девять тысяч, космонавта — сто тридцать пять, а тем, кто совершил полёт, поднимают ставку всего на четыре тысячи. Да, с надбавками за полёт можно и по три сотни в месяц получать, а домой вернуться дважды миллионером, но стоит ли оно того, чтобы так рисковать? Можно оставаться на Земле, работать и получать неплохие деньги.

— Не всё измеряется деньгами, Рома. Я тебе даже больше скажу. Если бы Гагарин, Леонов или кто-то другой думали как ты, не было бы ни первого полёта человека в космос, ни первого человека в космосе, ни других научных достижений, потому как все подобно тебе сидели бы на зарплате и имитировали активную деятельность. Скажу честно, после этого разговора мне искренне жаль, что ты смог пробиться в отряд, ведь на твоём месте мог бы оказаться кто-нибудь из тех, кто действительно хочет лететь.

Я развернулся и отошёл от Романа, не желая продолжать разговор. Для меня он перестал существовать и как товарищ по команде и как человек.

Но определённые выводы из сегодняшней тренировки я всё-таки сделал. С этих пор я решил не пускать подготовку на самотёк и разбираться по факту. Раз информация о тренировках есть в открытом доступе, можно проработать их заранее и успеть подготовиться. Да, к центрифуге мне никак не подготовиться раньше времени, но можно ведь разобраться что и как устроено в сурдокамере и как выживать в различных условиях после посадки на спускаемом аппарате. Например, я бы знал, что в изоляцию можно брать с собой домашние котлеты, как это сделал Абрамов, или узнал все секреты для выживания.

Да, на занятиях всё расскажут и научат, но когда даже к теоретической части подходишь со знанием дела, результат и оценка может быть куда выше.

Всего за пару дней до Нового года у нас появилось несколько дней передышки, и мы с Дашей решили рвануть домой, чтобы провести праздники в кругу семьи. Ехать пришлось на автобусе и платить в три дорога, потому как все билеты на поезд оказались проданы. Но оно того стоит. Особенно начинаешь скучать по семье и ценить каждый момент, проведённый с ними, именно в то время, когда они далеко, и увидеться с ними не было никакой возможности. У меня ситуация была особенная — я не испытывал крепкой привязанности к людям, которые были семьёй Михаила, но не моей собственной.

А вот Даша сильно скучала по дому. Конечно, годы учёбы в университете и ординатура немного закалили её характер и научили самостоятельности, но с Ворошиловграда и даже с Ростова-на-Дону была возможность примчаться домой хотя бы на выходные или важные праздники, а вот с Подмосковья добраться домой куда сложнее. Двух дней выходных хватит только на дорогу в оба конца, а на повидаться времени совсем недостаточно.

Новый год мы планировали встречать дома у Дашиных родителей. Клавдия Семёновна передвигалась с большим трудом, а мы хотели, чтобы бабушка присутствовала на празднике, потому не стали возражать против приглашения. Тётя Марина хлопотала на кухне, Вика помогала с готовкой, а в свободное время зависала в новеньком смартфоне, а Игорь Константинович отпускал шутки и поддевал членов семьи.

— Мишка, когда в космос-то полетишь? Мужики не верят, что у меня зять космонавт. Вот когда по телеку покажут, тогда другое дело!

— Всему своё время. Вот как закончу обучение и пройду все тренировки, так и полечу.

Разумеется, я не стал уточнять, что есть шанс пройти тренировки, но всё равно не полететь. Незачем отцу Даши лишний повод для волнения.

— Да сколько можно учиться-то? — негодовал мужчина. — Десять лет в школе, пять лет в академии, теперь опять учёба!

— Как говорится, век живи — век учись.

— Не, век учиться не надо, я же столько не проживу. Ты шустрей там давай. И обязательно как в ракету будешь садиться помаши ручкой на камеру и передай привет мужикам с моей бригады. Они столько лет усердно трудились, так что заслужили.

— Игорь, хватит болтать! — пристыдила отца семейства тётя Марина. — Лучше помоги накрыть на стол.

— Сейчас принесу шампанское! — оживился Павлов.

— Игорёш, не начинай! — насупилась женщина, бросив на мужа недовольный взгляд.

— Да я помню: космонавту не наливать, детям тоже. А мне что, в честь праздника нельзя? Вон, ко мне дочь приехала на целую неделю!

— Даше, кстати, тоже нельзя, — приказала тётя Марина.

— Та-а-ак! Я что-то пропустил? — удивился Игорь Константинович, и присел обратно на стул.

— Нет, не пропустил. Или ты не думал, что твоя дочь рано или поздно подарит тебе внуков? А здоровье нужно беречь, потому как это очень важно для будущей матери. Нечего всякую дрянь в себя заливать. Вон, я после беременности Викой до сих пор со спиной маюсь.

— Эх, дождёшься тут с вами, — пробормотал Павлов и поплёлся на кухню.

Через полчаса вся семья собралась за праздничным столом. Моя мама успела как раз к столу. У неё сегодня была дневная смена на заводе, а потому она сразу с работы заскочила домой, чтобы переодеться, привести себя в порядок и примчалась к нам. Сколько я не уговаривал её поискать работу попроще, она всё время отказывалась.

Новый год принёс приятные впечатления: бой курантов, загадывание желания, поцелуй