от мусора, оставленного там почти сто лет назад. А что касается космонавтики, я не позволю называть развитие этой отрасли напрасной тратой ресурсов. Благодаря исследованиям на орбите Земли нам удалось совершить массу полезных открытий. Даже у себя на кухне вы найдёте несколько таких, без которых уже нельзя представить свою жизнь.

Панкратов выпрямился и посмотрел на экологов с видом победителя, а затем продолжил.

— А теперь давайте поговорим о вашей позиции. Вы утверждаете, что защищаете природу, но приехали сюда на автобусе, который выбрасывает выхлопные газы в атмосферу. Не на электричке, а именно на автобусе — я этот момент сразу подметил, когда вы выгружали оборудование. Далее! Вы используете бумагу и пластиковые рукояти для своих плакатов. Бумагу, которую производят из спиленных деревьев и пластик, который при разложении отравляет почву и выделяет огромное количество метана, способствуя усилению парникового эффекта.

Активисты начали переглядываться друг с другом, девушка хотела поспорить, но Панкратов не давал ей произнести ни слова.

— Здесь, в Центре подготовки космонавтов, мы учимся беречь мир, а наши космонавты, находясь на орбите, проводят наблюдения за озоновым слоем и выбросами углекислого газа. Затем эти наблюдения передаются учёным, которые работают над решением проблемы. Так кто из нас делает больше для экологии? Глядя на вас, я понимаю, что вы никакие не экологи, а шарлатаны, поэтому дальнейший разговор с вами считаю бесперспективным и ваше присутствие на мероприятии нахожу неуместным, а потому вы останетесь за пределами пункта пропуска, где вам самое место. Надеюсь, мои слова заставят вас задуматься и сделать правильные выводы.

Судя по лицам некоторых активистов, они всерьёз задумались о своих действиях, но такими были далеко не все. Возразить, по существу, им было нечего, а потому они перешли на крики и скандирование заранее выученных кричалок. Оставалось лишь оставить их в покое и не обращать внимания.

— Анатолий Филипыч, вы теперь звезда! — хохотнул Абрамов. — Я видел репортёров по меньшей мере трёх новостных каналов, которые снимали ваш спор, так что по телевидению вас точно покажут.

— Пусть показывают! Может, у молодёжи мозги на место станут, — отмахнулся Панкратов.

— Беда только в том, что молодёжь не смотрит телевизор, а новости так тем более.

— Но смотрит ролики в интернете, — возразил я. — А наш Анатолий Филипыч точно станет звездой.

— Ладно, хватит болтать! Давайте за работу! — одёрнул нас командир.

— А что нам нужно делать? — оживился Плотников.

— Стоять ровно, молчать и улыбаться, — ответил Анатолий Филиппович, мгновенно разрушив надежды Романа как-то засветиться.

Нам пришлось поспешить, потому как автобус должен был приехать с минуты на минуту. Вот только пройти оказалось не так-то и просто. С обеих сторон дороги, ведущей к зданию Центра, собрались люди, чтобы поприветствовать экипаж, недавно вернувшийся с орбиты. Это были почётные гости, представители организаций, работающих в сфере космонавтики, родственники, которые встречали своих близких после длительной разлуки, пресса, а также студенты воздушно-космических академий. Ребят со всей страны приехало больше сотни. Я попытался рассмотреть среди них знакомые эмблемы ВВКА, но куда там!

— Мишка! Чудинов! — услышал я знакомый голос проходя мимо студентов и обернулся. В паре метров от меня махал рукой Быков. Я машинально потянул Абрамова за рукав и свернул с дорожки.

— Куда? — тут же прилетел мне в спину возмущённый голос Панкратова.

— Анатолий Филиппович, мы сейчас! — успокоил я командира и нырнул в толпу.

А молодым пацанам, желавшим узнать побольше о космосе и всём, что к нему относится, этого только и надо было. Они обступили нас с Артёмом и принялись засыпать вопросами.

— Ну-ка, молодые, дайте дорогу! — прикрикнул на них Валерий Дмитриевич и протиснулся к нам. — Вот, полюбуйтесь! Гордость нашей академии: Михаил Чудинов и Артём Абрамов.

— Да ладно, прям уж-таки гордость! — отмахнулся Артём, заметно засмущавшись.

— А то! — оживился Быков. — Я ребятам вас в пример ставлю. Участники и победители всероссийских олимпиад, отличники учёбы, а теперь ещё и будущие космонавты…

— Какие отличники? — смутился я. — У меня ведь три четвёрки в приложении к диплому.

— Так, а ну не разлагать мне дисциплину! — в шутку прикрикнул Быков, а стоящие вокруг ребята заулыбались.

Нам пришлось спешить, чтобы вовремя занять свои места, поэтому мы условились встретиться после пресс-конференции и пообщаться со студентами. По праву сотрудников мы стояли справа от дороги, у самого здания. Поймав на себе недовольный взгляд Панкратова, мы тихонечко стали с краю и сделали вид, что стояли здесь уже давно.

— Показуха! — пробормотал Плотников, чтобы его не услышали гости. — Космонавты спустились ещё пару дней назад, а встречаем их только сегодня. Сейчас пройдут свеженькие, отдохнувшие, будто в отпуск летали.

— Да, устроили они праздники и нам, и поисково-спасательной бригаде! — подхватил его слова Должиков, товарищ Романа по отряду.

— А как вы хотели? — вмешался Абрамов. — Нужно показать измотанных ребят, которые даже толком на ногах стоять не могут? Забыл, каким ты из центрифуги выбрался? А их так почти десять минут кружило, ещё и мышцы за полгода на орбите атрофировались. Хорошо, что хоть через два дня могут сами спокойно пройти и ручкой помахать.

— Ну, и показали бы! — огрызнулся Должиков. — Пусть знают насколько тяжело нам это всё даётся. А то думают, что мы дурака валяем, да в невесомости кружимся все полгода, а на Земле ничего не делаем.

— А зачем? — удивилась Лина, подключившись к спору. — Кому интересно, и так в курсе. А сегодня мы встречаем ребят в торжественной обстановке и поздравляем их с возвращением домой. Думаю, им куда приятнее принимать поздравления, находясь в хорошей форме, а не после спуска.

— Женская логика, — отмахнулся Роман.

— Разговоры прекратить! Ребята на подъезде! — рыкнул на нас Анатолий Филиппович, промчавшись мимо.

Стоило Панкратову добраться до выхода из Центра, на дороге показался автобус с космонавтами. Он проехал на территорию Центра, не останавливаясь для проверки. Всё было заранее обговорено и проверено специалистами.

Панкратов в числе руководства академии встречал космонавтов. Обменявшись парой слов, под громкие аплодисменты они направились по дороге славы к входу в главное административное здание. Иногда приходилось остановиться, чтобы пожать руку кому-то из гостей, дать автограф или принять цветы. По мере того, как герои этого дня шли по дорожке, из динамиков звучал громкий голос диктора, специально приглашённого для освещения мероприятия:

— Приветствуем