ринулись в бой. Оно и понятно, столько потратили времени, чтобы до меня добраться, разворачиваться как-то стыдно. Моя броня за время монолога отразила пару десятков болтов, но любой латник знал, что самого бронированного противника можно повалить на лопатки и убить в сочленение доспеха. Меня, конечно, они повалить не могли — но знание об этом добывалось исключительно в бою.

Полэкс подцепил край щита ближайшего ко мне безголового, и я рванул его на себя, заставив потерять равновесие. Один лежит, пятнадцать на очереди. Алебарды по бокам ударили одновременно, скользнув по артефактному шлему и наплечнику, пока я разбирался с двумя щитоносцами по бокам. Прикончить их полэксом было бы несложно, а при желании я мог разобрать весь отряд голыми руками. Но этот вариант не стоял на повестке ночи — поскольку тогда они попросту возродятся завтра, с той же навязчивой идеей в отсутствующих головах.

На меня навалились скопом — почти все, кто ещё остался стоять, пытаясь оттеснить, сбить с ног, обнаружить уязвимое место. Могущество Авалона заполнило меня до краёв, и я подался вперёд, сделав несколько коротких движений. Удар плечом, локтем, полуразворот, подсечка, бросок! Половина латников отлетела к ближайшим стенам, половина просто посыпалась на пол. На ногах остались двое арбалетчиков, которым просто не хватило место в изначальной куче-мале. Выглядели они не слишком уверенно, хотя без голов было сложно представить выражения лиц.

— Последний шанс, — коротко сказал я. — Не вставайте.

Первый арбалетчик вскинул оружие в третий раз за последние пять минут. Видимо, ему никто не объяснил, что безумие — это повторение одного и того же действия, в надежде на иной результат.

БАБАХ!

Райнигун загрохотал, наполняя коридор пеплом и бледными огоньками душ. Из шестнадцати дуллаханов девять попытались встать и продолжить сражаться — включая первого арбалетчика. Остальные остались на полу, благоразумно не двигаясь. Второй стрелок медленно отпустил арбалет и столь же медленно пошёл вперёд. Остановившись в паре шагов, он опустился на одно колено и вынул из ножен кинжал, протягивая его мне на вытянутых ладонях.

— Встань, воин. Тебя будут звать Джерард.

Похожие столкновения прямо сейчас проходили по многим очищенным местам Полуночи — одурманенные дуллаханы рванулись на штурм одновременно. С каждым отрядом защитников, будь то гвардия или рыцари Авалона, шёл кто-то из ключевых слуг — Кас, Луна, Лита, Терра. Они предлагали атакующим то же, что и я — развернуться и продолжать не-жизнь, поступить на службу или быть уничтоженными. Полноценное испепеление мог обеспечить лишь Райнигун, но я не поленился лично пройтись по местам обороны, чтобы избавиться от самых буйных латников, пока тех удерживали на месте. Не самое приятное дело, как и любая казнь, но почти все они давно потеряли последние капли человечности. Остаётся лишь надеяться, что Полночь принесёт покой их несчастным душам.

— Лорд Виктор. Разрешите доложить обстановку.

Александр дважды ударил левым кулаком по правому плечу. Командир моей гвардии выглядел не лучшим образом — щёку рассекал глубокий порез, белые волосы были испачканы кровью. С другой стороны, это лишь подчёркивало, как далеко прошёл бывший иссохший по пути возвращения человеческого облика, пусть и только в стенах Полуночи. Никто бы не заподозрил в нём живого мертвеца.

Я коротко кивнул в ответ.

— Вражеские атаки отражены по всему периметру очищенной зоны. Я отметил на карте места, где противник может возродиться следующей ночью.

— Благодарю. Но также должен спросить — как мы упустили угрозу такого масштаба?

— Виноват, лорд Виктор. Разрешите объясниться?

— Слушаю.

— Сперва мы не придали значения снам, поскольку даже дуллаханов они скорее удивляли, чем беспокоили. Остальная гвардия спала спокойно.

Я ещё не до конца успел привыкнуть, насколько разрослись силы обороны Полуночи за эти полтора года. Изначально в них состояли лишь восемь иссохших — Александр и горстка избранных бойцов, постепенно вернувших себе человеческий облик. Затем на службу пришли гноллы, Кара и Кром, а после и добрый десяток их сородичей. Альвы-наёмники из Ноарталя, три десятка, Аллуин и Нидрэ, цверги-инженеры, бывшие узники из темницы, боевые автоматоны… И, разумеется, дуллаханы — в количестве пятнадцати латников. Точнее, теперь уже двадцати, поскольку за последние сутки набралось пятеро новых бойцов, решивших-таки попытать счастья у разговорчивого хозяина.

— Тем не менее, — продолжал Александр. — Я подготовил для вас подробный доклад, собираясь вручить по вашему возвращению из последнего похода. Когда сны повторились, мы обратились к госпоже Лите и госпоже Лаахизе. Но даже тогда в них не содержалось никаких призывов к действию — до вчерашнего дня.

Почти сразу после того, как Лаахиза и Джулиан посвятили меня в курс дела, Наблюдатель усилил давление. Похоже, что те, кто откликнулся на зов в прежних снах-видениях, получили приказ атаковать — и исполнили его с рвением, достойным лучшего применения. Поскольку никто из действующих гвардейцев не поддался, о подробностях придётся расспрашивать новых рекрутов — когда к ним вернутся головы. А этим, в свою очередь, придётся заняться в самое ближайшее время.

— Кей? — я поднял голову на рыцаря Авалона, который сопровождал отряд Александра, и теперь стоял неподалёку.

— Да, мой благородный брат? — в глухом голосе из-под закрытого шлема звучала легчайшая ирония.

— Как насчёт тебя и других… наших братьев? Мучили дурные сны?

Лаахиза упоминала, что жители Авалона не получили весточки от Наблюдателя, но те не были воинами, в отличие от рыцарей. А рыцари однажды уже стали жертвами похожих козней и манипуляции сознанием.

— Если бы мы просто могли заснуть, мы бы вкусили величайшую благодать за многие века. Нет, лорд Виктор, враг не решился беспокоить нас ни снами, ни видениями.

Хорошие новости — если бы Мордред с собратьями вдруг обратили оружие против меня, это стало бы проблемой похуже, чем целая сотня дуллаханов. Рыцари давно носили с собой обереги от воздействия на разум, но что Наблюдатель умел, так это подкидывать сюрпризы. Пока что оставалось лишь вовремя на них реагировать, нейтрализуя последствия. Что до контратаки… это могло оказаться куда как сложнее, чем даже наведаться в самое сердце Йхтилла и сместить Князя. Придётся решать проблемы по мере их поступления, а свершения оставить на будущее.

Через дальний зов я передал сигнал сбора и направился в сторону тронного зала.

В трапезной собралось много народа — все, кто услышал сигнал и все, кто просто решил поучаствовать. Какое-то время ушло на введение моих друзей и союзников в курс дела. Многие из них знали часть истории и догадывались об остальном, но полную