читалось во взгляде этого зверя, опрокидывающего в себя один кубок эля за другим.

Я снова оглянулась назад, на Рейвена, размышляя, как бы с ним поговорить?! Но возможности для этого пока не видела.

Подписание брачного договора сделали показным.

На середину стола вынесли тяжёлый свиток. Рядом поставили песочные часы и подставку с двумя длинными перьями, переливающимися золотым напылением в последних солнечных деньках осени.

Выглядело безумно пафосно.

Короли поднялись и обменялись речами. В словах было слишком много обещаний мира, но слишком мало доверия.

Эрик подписал уверенно, поставил печать и отстранился. Его взгляд был холодным и внимательным, словно он подписал не союз, а отсрочку… что в принципе, так и было.

Майрос — следом. Он улыбался шире, чем нужно, поднял кубок и произнёс тост о «верности трону» и «прочности будущего».

Многие склонили головы. Некоторые аплодировали слишком громко.

Финал пикника завершили музыкой и общим выходом королей.

Солнце сползало к лесу, и парк наливался янтарём осени.

Кареты одна за другой потянулись к выезду.

Мы тоже отчалили в крепость, едва Эрик лично сопроводил меня до высокомерной семейки аристократов.

Он довольно ясно подчеркнул, насколько я важна для него, и громогласно приказал своему лучшему телохранителю отчитываться каждую неделю, желая знать о каждом моём шаге…

Вот такой вот заботливый братец у меня нарисовался!

Пока герцог клятвенно заверял, что с «драгоценной новоприобретённой доченьки» будут сдувать пылинки и безо всяких отчётов, герцогиня с улыбкой позвала меня в свою карету, чтобы я вернулась в крепость вместе с ней и Изарой.

Обняв на прощание Лирена и ещё раз склонившись перед Эриком в реверансе, как должно регламенту, я забралась в экипаж… ПЕРВОЙ! По той де причине — сестра короля выше жены герцога и тем более его дочки!

Сопение Изары было слышно аж на тот конец лесного массива!

«Кажется, этот статус аукнется мне совсем скоро!»

Я думала, что, герцогиня начнёт завуалированно угрожать мне прямо здесь и сейчас — сразу, как только лакей закроет дверь, а возничий ударит хлыстиком по крупу лошадей!

Но — нет.

Мы погрузились в тишину.

И она была особой формой пытки.

Изара вздыхала демонстративно. Леди Элиана сидела с ровной спиной и смотрела в окно, стиснув чуть ли не до хруста челюсти.

Иногда она переводила взгляд на меня, словно говоря: «Ну, же! Спроси меня: что не так?!».

Но я упрямо «не видела» этого, опустив взгляд на свои пальцы, спокойно покоящиеся на коленках. Сидела так же ровно, как меня заставляли, обучая этикету, и спокойно дышала холодом герцогини и приторно сладкими духами Изары.

Скрип колёс звучал слишком отчётливо.

Я понимала одно: теперь моё выживание зависит от собственной осмотрительности и… от реакции Рейвена.

Через занавеску я видела его. Он скакал рядом с каретой и держался на уровне окна.

Рей не приближался лишний раз, но оставался там, где его можно было заметить одним движением глаза, ясно демонстрируя всем: теперь «безродная деревенщина» — не такая и безродная! За ней приставлен первый рыцарь Веридана!

Едва наша процессия достигла крепостного дворика, и экипаж остановился, леди Элиана натянула улыбку на губы, привставая первой и протягивая руку к дверце кареты.

— Дитя… позволь, на правах хозяйки, пренебречь этикетом.

Очень хотелось сказать — «не позволяю»! Но, чтобы не начать открытое противостояние прямо сейчас, я покладисто кивнула, мягко улыбаясь.

— Конечно, Ваша Светлость… ма… матушка.

«Матушку» перекосило, но она виртуозно преобразила оскал в широкую признательную улыбку.

— Благодарю, дитя.

Изара, возмущённо сопя, вышла, но после меня.

А на порожках уже выстроились в две шеренги все слуги замка.

«Зачем?» — я мало что понимала из происходящего, потому как законы и правила аристократов в большинстве своём оставались в тумане. Кира знала только общие положения по стране. А пара уроков дворцового этикета, которую я получила, тоже самое, что капля в океане!

Моё внимание привлёк разговор герцога Маркела с Рейвеном.

Они обсуждали мою безопасность и комнату, в которой будет проживать Рейвен.

— … на этаже госпожи! Это не обсуждается, — чеканил каждое слово Рей, не реагируя на тихий, но быстрый шёпот моего свёкра, недовольного таким поворотом событий. — Нет, — строго отбрил страж очередное предложение, бросив тяжёлый взгляд на меня. — Я отвечаю перед королём головой за Её Высочество.

— Высочество?! — пискнула Изара, зеленея от зависти. Видать, до сих пор не могла смириться с широким жестом Морталиса.

— Тц! — шикнула на дочь Элиана, жестами приказывая слугам помочь вытащить из третьей кареты наследника.

Кажется, Дориан дрых, пока Балтус, морщась, передавал его подскочившим слугам.

«Муженька развезло конкретно!»

— В моём замке ничто не грозит дорогой Кире! — тем временем возмутился Маркел.

На лице Рея не дрогнул ни один мускул.

— Никто не ставит это под сомнение. Но я должен находиться поблизости от Её Высочества — таково правило магического контракта, который заключили венценосные лорд и леди. Если вы не верите мне, я могу прямо сейчас отправить вестник Его Величеству Морталис. Он вам всё популярно объяснит, как только приедет, и…

— Не надо никого никуда отправлять! — побледнел герцог, сдаваясь. — Мистер Торн!

— Да, господин? — подскочил к мужчинам сухопарый старший дворецкий.

— Разместите рыцаря Эра в соседних с леди Кирой покоях. Двух стражей на дверях оставьте. Теперь мою невестку надо беречь с удвоенным рвением.

Последнее прозвучало как-то угрожающе и с намёком.

«М?»

— Отличное решение, — кивнул Рей, как будто не замечая двойного дна в словах Его Светлости. — Только не двух, а четырёх. Именно столько мне требуется по условиям контракта, чтобы выполнять хорошо свою работу… и не беспокоить по пустякам своего господина. Все четыре стража должны отчитываться сначала передо мной, а потом перед вами — особенно, если случится любая малейшая неприятность у принцессы Киры!

Тут герцог мог только хватать ртом воздух и… уступить позиции, ведь нарушение магического контракта — это буквально приглашение к своему порогу для Эрика… и его воинов! А за них Майрос Викенский точно Маркела по головке не погладит!

Поднимаясь на свой этаж, мысленно качала головой:

«Каким образом я оказалась в самом эпицентре политических интриг?!»

— Хорошо хоть с брачной ночью на сегодня отбой.

— Не отбой, — мрачно хмыкнул Рейвен, проходя в мою спальню первым.

— Я что? Вслух сказала?

Рей мрачно окинул меня недовольным взглядом, цокнул, раздражённо возвёл глаза к лепнине на потолке, как будто спрашивая: «За что мне это?!»

Затем осмотрелся, потом поднял руку и взмахнул в сторону, приказывая бледной горничной:

— Принеси стул из соседней комнаты. Поставь его возле двери… пока уходишь, дверь распахни настежь.

Она испуганно поклонилась и выскочила, оставляя нас