растянулся прямо за стеной. Чтобы затеряться среди деревьев, пришлось свернуть с аккуратных дорожек и мчаться по дороге.

Попытался снять браслет, но не вышло. Это в нашем мире видел кучу фильмов, где крутые парни выкручивают себе большой палец и снимают наручники, а вот провернуть такое в реальности не вышло. Или нужно знать как это делается, или просто духу не хватило. Хотя вполне может быть, что конструкция наручников совсем другая, и хоть все пальцы переломай, но снять не получится.

Итак, проблема с тем, чтобы выбраться из Смоленска, решена. Теперь нужно придумать как сбежать из Москвы. Вот же западню мне устроил Меркулов! Мой фантом видели все, только в суматохе немногие заметили, что это был ненастоящий человек. А теперь еще одна проблема – смерть Конюхова мне точно не простят. Конечно, если император жив, и у власть имущих не появились более важные проблемы, в свете которых смерть придворного ищейки – совершенный пустяк.

Вспомнил старого дознавателя и прям зубы свело. Есть люди, которые приходят в нашу жизнь и остаются в ней навсегда. Есть те, кто периодически появляется в ней и оставляет значимый след, а есть лишь прохожие, кто появляется однажды и исчезает навсегда. Очень надеюсь, что Конюхов именно такой человек, и мы с ним больше никогда не встретимся. Не могу поверить, что старику удалось выжить после такого.

Возвращаться на вокзал было просто невозможно, поэтому пришлось продираться через весь парк на другую сторону города. Услышал голоса впереди и присел за кустами у самой ограды.

– Гриня, айда за сивухой к бабе Мане.

– Не, я к этой старой ведьме больше ни ногой. В прошлый раз после ее пойла голова весь день болела и из кустов не вылезал.

– Ага, помню как ты тогда мотался! – заржал напарник из числа княжеской гвардии.

– Э, парни! Вы куда? Совсем с ума сошли? – тут же одернул их товарищ. – Если Жуковский увидит, что вы оставили пост, три шкуры сдерет.

– Отвали, Олежка, мы только туда и обратно! Что может произойти в доме психов? Понятия не имею зачем нас сюда приставили.

Двое стражей направились прямо в мою сторону, а я слишком поздно заметил тропинку, ведущую через парк.

– О, а ты еще кто? – оба уставились на меня и заметно напряглись. Нужно было срочно придумывать как разрядить ситуацию. В таком состоянии двух имперских стражей я точно не потяну.

– Мужики, не подскажете как попасть…

– Ха, ты что, из этих что ли? – хохотнул Григорий и кивнул в сторону дома душевно больных. Видимо, вид у меня был настолько потрепанный, что я легко смахивал за парня, у когорого проблемы с головой.

– Из кого «этих»?

– Гринь, он точно не в себе. Чтобы оттуда пытались сбежать, видел, не раз. Но чтобы туда вот так торопились… В общем, парень, тебе вот в это здание надо. Поднимаешься и сразу по лестнице на второй этаж. А там уже подскажут куда.

– Ага, благодарствую! А я-то искал!

Вышел из парка и уверенно направился к психушке. Если с этой парочкой прокатило, может, и с теми у входа получится? Вот что значит я – любимчик самой Удачи и победитель по жизни. К счастью, они не узнали во мне одного из опаснейших людей во всей империи по версии бояр. Так, и куда же они меня отправили? Дом для душевнобольных… Кхм… конечно, это не совсем по адресу, но если сейчас сверну, ребята могут насторожиться, да и эти двое у входа заметно занервничали.

А вообще, нужно как можно скорее убраться с открытого пространства, потому как в любое мгновение могут появиться преследователи, и тогда мне точно не поздоровится. Не прыгать же мне через заборы на глазах у стражи? Это явно вызовет подозрения.

Ладно, психушка так психушка. Если не окажется выхода во двор, просто выберусь через окно. Хотя, решетки на окнах вряд ли позволят выбраться бесшумно. Ладно, разберусь. Все равно поблизости нет ни одного подходящего здания, где можно поискать укрытия.

– Молодой человек, вы к кому? – сразу возле входа располагалась регистратура, где восседала бабушка божий одуванчик. Такое ощущение, что она отработала здесь всю свою жизнь и у руководства просто не поднялась рука подписать приказ об увольнении, поэтому подобрали ей максимально легкую работу.

– Простите, я проведать на второй этаж.

– У нас посещения запрещены для тех, кто лежит на втором этаже! – бабулечка даже подскочила с места и собралась устремиться за мной, но у госпожи Удачи наконец-то появилась совесть, и она решила мне подыграть. Чувствую, ей самой интересно поглядеть чем закончится мой фарс.

– Михайловна, успокойся! Небось очередной ухажер к нашей Светлане. Она ведь сегодня работает.

– Ходють тут всякие, сквозняки устраивают! – бабулечка вернулась на место и не стала поднимать на уши всю больницу.

Так, пока все идет по плану, кроме того, что я послушал стражей и попер на второй этаж. И какого рожна я там буду делать? Прыгать со второго этажа совсем непросто, да и нужно еще умудриться это сделать.

– У нас посещения запрещены, – тут же насупилась миловидная девушка с длинной челкой. Видимо, та самая Светлана.

– А если я к девушке, о чьей красоте слава идет далеко за пределы Москвы?

– Сейчас два кубика успокоительного вколю и отправлю в палату к императору, – пригрозила девушка и насупилась. Ясно, фокус не прошел.

– Света, я не понял! Он что, к тебе клинья подбивает? – один из медбратьев тут же подскочил и направился в мою сторону, а его напарник спешил следом. А Светка-то, оказывается, не сторонится служебных романов! Нет, с этими бугаями точно справлюсь. Ухажер силен, но вряд ли с поставленным ударом, а второй сольется сразу, как упадет его дружок. Вот только парни при исполнении, а значит им на помощь кинутся другие санитары, а там и стражи подтянутся.

Ладно, если драки не избежать, нужно бить первым. Ухажер неуклюже махнул рукой, намереваясь отвесить мне оплеуху, но я нырнул под рукой, дал в печень и перекатился ему за спину прямо под ноги второму.

– Держу! – заверещал его напарник и вцепился мне за воротник, но удар в бороду быстро его успокоил.

Шарахнул по всем ментальной атакой. Пусть из-за титанового браслета вышло не самым лучшим образом, много ли надо простолюдинам? Плохо стало обоим санитарам и даже медсестра сползла со стула и растянулась на полу. Ох, как же наследил! От самого вокзала прям красными нитками дорожка тянется сюда. Дознаватели могут даже не напрягаться, чтобы меня отыскать.

Так, надо скорее отсюда выбираться. Рванул к первой же