восседал в кресле за рабочим столом Серпухова и выглядел куда лучше, чем при нашей первой встрече в доме для душевно больных. Оно и понятно – лидер государства не имеет права показывать слабость, а если его власть пытаются оспорить, тем более.

Иван рассматривал карту, составленную на скорую руку участниками совещания. Заметив мой интерес к карте, он небрежно махнул рукой. И бумага тут же свернулась в трубочку. Чудеса владения даром, что ни говори.

– Андрей… Я благодарен тебе за помощь. Не знаю сколько бы я гнил еще в том доме. Что касается гибели Конюхова, мне придется принять меры. Сам понимаешь, император не может позволить безнаказанно устранять важных государственных деятелей. Думаю, это будет ссылка в любое место, куда ты захочешь. Можешь быть уверен, для тебя создадут комфортные условия на месте. Со временем я смогу создать легенду, что ты работал по моему указанию и восстановить твое доброе имя.

Отлично! То есть, я спасал псевдо императора, помог задержать его неудавшегося убийцу, а в благодарность за это меня собирались лишить рассудка пытками. Действительно, почему это я взбрыкнул и устроил Конюхову неприятную встречу в стиле Анну Карениной? Нет, благодарности от этих людей точно не дождешься. Если они узнают, что сжечь меня на костре – хороший политический ход, сделают это без колебаний. А значит вопрос спасения собственной шкуры – исключительно моя собственная задача.

– Ваше высочество, у меня есть некие соображения по поводу Архипова, – вмешался Жуковский. —Так уж вышло, что я в курсе истории этого парня и разбирался в его ситуации год назад, когда парень был секундантом в запрещенной дуэли. Так вот, думаю, он может нам помочь решить проблему с господином Вышенцевым.

– А что с Вышенцевым? – воспользовался возможностью и вклинился в разговор.

– Видите ли, Олег Эдуардович провозгласил себя главой правительства Новгородской республики, публично заявил о выходе из состава Российской империи и захватил все предприятия, которые были по дуправлением Картели.

– Может, не стоит торопиться с решением этого вопроса? Пусть себе воюет с Картелью. Нам же меньше мороки.

– Так-то оно верно, только промедление бьет по нашей репутации. Мы не можем допускать такого поведения от сюзеренов, иначе каждый из князей может решить поступить таким же образом. В общем, мы хотим, чтобы вы помогли нам справиться с Вышенцевым. Наверняка он захочет заполучить вас. Мы устроим вам встречу, а там уже будет действовать по обстоятельствам.

– Ловля на живца? – я ухмыльнулся, потому как прекрасно понимал, что наживкой быть мне.

Буквально следующим утром император выступил с официальным обращением, где обвинил Волконского и Чадаева в попытке переворота, Вышенцева назвал угрозой империи, которая должна быть устранена, а еще принял судьбоносное решение.

– Мир меняется, дамы и господа! – заявил император перед огромной толпой народа, собравшейся на одной из арен города. – Мы должны принимать во внимание желания людей и меняться в соответствии с требованиями времени. Чтобы избежать кровопролития, я принял решение сменить форму правления на конституционную монархию. Управлять государством будет парламент, в который могут войти как одаренные, так и простолюдины, независимо от наличия или отсутствия дара. Значение имеют лишь навыки руководителя. Во власти императора остается возможность оспорить решение парламента или распустить его с последующим созданием нового.

– Хороший ход, – прокомментировал Пётр. – Император одновременно угодил и простолюдинам, и аристократам. С одной стороны, уравнял всех жителей империи в правах и дал возможность каждому побороться за место в парламенте. С другой стороны – туда все равно войдут преимущественно аристократы или простолюдины, которые получили хорошее образование за счет сильного рода, который их спонсировал. По факту, аристократам нечего бояться за свои позиции.

– А простолюдины не почувствуют себя обманутыми?

– Нет! Как можно допускать к управлению страной тех, кто не имеет ни знаний, ни навыков? А то, что просто так никто эти знания не получит, совершенно другой вопрос. Кстати, император задал тренд в мировой политике, который поможет справиться с волнениями. Умные возьмут пример с нас, а идиоты будут упорствовать на своем и рано или поздно провалятся. При этом власть все равно останется в руках императора.

Я напрасно рассчитывал улизнуть под шумок, пока император занят более важными делами. На выходе из арены меня дожидался лично Жуковский.

– Господин Архипов! Следуйте за мной. Для вас есть персональное задание.

Шагая за имперским дознавателем, я прокручивал в голове разные пути отступления. Вариант с Конюховым тоже рассматривал, вот только поездов поблизости не оказалось, как грузовиков и любого движимого имущества, которое могло бы мне пригодиться.

– Что вы так оглядываетесь? Я же вас не на каторгу веду, – ухмыльнулся Жуковский, бросив на меня быстрый взгляд. – Мы почти пришли.

Скромная, почти неприметная комнатка в помещении арены освещалась лишь благодаря лампам, сюда практически не попадал солнечный свет. Жуковский снял с плеча небольшую сумку и небрежно швырнул ее на стол, устроился за столом и махнул мне рукой на стоящий напротив стул, приглашая сесть.

Тут же последовал его просьбе, хотя никого рядом и не было, кто мог бы меня поторопить. Я уже понял, что меня вызвали сюда на разговор, так зачем его оттягивать, если можно все решить быстро и поскорее убраться из этого места?

Жуковский достал из сумки запечатанный конверт, вскрыл его и выложил на столе его содержимое – несколько фотографий, писем и заметок из газет.

– Мы давно следили за Вышенцевым, пусть это и оказалось опасным занятием. Кое-что удалось накопать. Здесь фото с мест, где он останавливался, бывал чаще всего. Его любимая кофейня Терраса с видом на Морозовский ручей, склады в Трубичино, Новгородская академия. Твоя задача понятна, парень – ты привлекаешь внимание Вышенцева на себя, пока наши ребята работают. С тобой отправится трое профессионалов, но если окажется так, что они не справятся, устранить Вышенцева придется тебе.

Отличная идея! То есть, император не собирается кардинально решать вопрос, а пытается обойтись малой кровью. Нет Вышенцева – нет проблемы. Действительно, зачем успокаивать мятежный совет и решать проблемы с недовольными? Можно убрать зачинщика, пойти на уступки перед мятежниками и все само собой успокоится. Не удивлюсь, если нас еще и под суд отдадут за убийство ректора Новгородской академии.

Конечно, у меня к нему свои счеты – попадание в этот мир, несколько покушений, смерть Толика, но позволить использовать себя как расходный материал – нет, как-нибудь без меня. И самое печальное, что рядом нет Степаныча, который мог бы помочь советом, а связь с родом молчит.

В комнату вошли трое бойцов. Я чувствовал мощь их дара – каждый был не меньше