— А где насадка с точильным камнем на болгарку? — спросил я, задрав голову. Уже весь в пыли, еле сдержался, чтобы не чихнуть и не поднять ещё больше пыли.

— Вон! — отец наклонился, чуть не упав в подвал, и указал рукой на полку. Я схватил требуемое и старую лопату, которой мы иногда территорию ровняли.

— Стальную подложку сам вытаскивай, — прокряхтел я выползая. Треск дерева и шум штурмующих дом тварей стал уже просто фоном. Болгарку мама догадалась воткнуть в розетку, я мимоходом чмокнул её в щёку и забежал в ванну.

Диск закрутился. Как бы от брызг не коротнуло. Ладно, была не была. Авось выживу!

Тонкую ПВХ трубу водоснабжения я перепилил легко. А вот из толстой всё же вода ударила. Я прищурился, ожидая разряд тока, но ничего. Быстро обтёр болгарку, чтобы внутрь не попало, и убрал инструмент в сторону.

— Пластиковую полторашку! Бегом-бегом! — закричал я, чувствуя, как время утекает. Я мгновенно вырезал ножом нужную деталь и вручил маме бутылку, сказав:

— Вот такие штуки выстригай ножницами. Аккуратно, но быстро.

Она лишь кивнула.

Отец выскочил из подвала и положил на пол железную подложку, на которой он обычно гнул старые гвозди, если нормальные кончались.

— Верёвку! — сказал я ему. Он снова прыгнул вниз и выкинул моток паракордов разной степени убитости и диаметра.

Я быстро принялся искать нужный. Навык крафта чётко подсвечивал необходимую толщину и длину, уже с учётом двух петель на концах. Я махнул ножом.

— Ты зачем трубы срезал⁈ — заорал отец, заглянув в ванну.

— Смотри, — сказал я, врываясь на кухню. Бросил шило на горящую конфорку, и когда оно раскалилось, проплавил две сквозных дырки на концах трубы. Веревка бы слишком растягивалась, поэтому пришлось её скрутить, как бы вычерпав слабину. Я продел её в петли и завязал с одного конца.

— Клей! — крикнул я, отец сбегал без вопросов, начиная понимать задумку. Я закрепил узел минуткой. На всякий случай. — А теперь помогай, мне силы не хватит.

— Давай я сам. А ты поможешь.

— Мам, на секунду, — позвал я. — Проденешь, — вручил ей свободный край верёвки.

Я на миг замер прислушиваясь. Брат колотил без устали с бешеной скоростью.

Тем временем папа взял трубу, упёр её нижний край в порог и навалился всем весом, крякнув от натуги.

— Ещё! — скомандовал я и напрыгнул сверху, как бы стараясь скрючить отца. — Давай! — прокряхтел я, чувствуя, как вены вздуваются. И мама продела верёвку. Я быстро сплёл узел. — Отпускай, — выдохнул я, и мы чуть ли не отстрелились от лука. Я закрепил клеем второй узел.

— Теперь стрелы, — сказал я, ловя ртом воздух. — Обколоти всё с электродов, потом кончик аккуратно откуси по диагонали и на точильном круге до ума доведи.

Я взял болгарку и быстро напилил удочки на нужные куски, причём все они были одинаковой длины. Что бы я сейчас делал без навыка?

Я показал, как клеить оперение из пластиковой бутылки, и мама начала лепить хвостовики. Сам в это время принялся выпиливать и выстругивать ложе для арбалетов. Пашка всё ещё делал гвоздевые ловушки. Я уже слышал, как он шумно дышит, так торопится. Несколько раз ему приходилось отвлекаться и заколачивать досками новые пробоины в двери.

Навык чётко показывал, где пропилить направляющую. Я снова спрыгнул в подвал. Взял подходящие полоски металла для дуги. Чтобы согнуть их, снова понадобилась помощь отца.

— А тетива из чего? — спросил он, смотря на паракорд.

Я отрицательно покачал головой и схватил велосипедный тормоз.

— Надо дырки просверлить, — указал на края будущих дуг.

Отец тут же принялся за работу. А я взялся сооружать наконечники для стрел. В ход шло всё: тонкая арматура, что с помощью зубила и молотка превращалась в острый наконечник, лезвие рубанка, ножи, половинки ножниц, куски электродов. Всё это дотачивалось точильным камнем на болгарке. Несколько раз вспыхивал пол от искр, но мама оперативно успевала залить всё водой.

Сложнее всего пришлось со штапиками, они круглые только с одной стороны или вообще полностью квадратные. Я как мог обточил на круге. Но всё равно баллистика будет так себе. Благо дистанция стрельбы метров пять-семь по прямой. Мне тут спортивный норматив сдавать не надо.

Наконечники ставились в распил на клей или рядом с концом стрелы. Обматывались проволокой, а потом ещё немного клея или армированного скотча, смотря что попадало под руку.

— Я глазам своим не верю, — бормотал отец, видя результат.

Лезвие лопаты я тоже обкусил зубилом под широкий листовидный наконечник копья и заточил. А во вторую ПВХ трубу просто вставил нож, заточив клинок с двух сторон.

Остались последние приготовления. Я на всякий случай поставил на стиралку баллон отравы от насекомых и зажигалку. Если что, струя огня в рыло как последний аргумент. Пашка успел понизу и по бокам обоих наших комнат присверлить бруски. Если придётся захлопнуть дверь, можно будет быстро прихватить полотно к ним.

Когда мы собрались в коридоре, брат шумно дышал, вытирая пот. Руки его немного тряслись. Пара пальцев набухали. Кое-где кожа была сорвана.

— Оборону держим тут, — сказал я. — Я стреляю с лука в щели. Встречаю вместе с отцом копьём. Мама и Пашка стреляют из арбалетов, — я вручил им стреломёты. — Обработать не успел, осторожно, сто процентов будут занозы. Но ничего страшного. Паш, у тебя руки сильные, если мама не сможет взвести — поможешь. И не цельтесь, с вашим навыком и нашим оружием в этом смысла нет. Наставили на цель, выжали спуск. В силуэт засадить с пяти метров можно и не глядя.

Все звуки с улицы затихли.

— Началось, — сказал я, проверяя положил ли в карман нож на крайний случай. Да, всё на месте. В другом бинт и жгут.

Батя тоже шарил руками по поясу и карманам. Плоскогубцы зачем-то прицепил ещё.

Мы уже были в такой ситуации. Только вот тогда в наш дом твари так и не нагрянули. Всю ночь мы просидели у дверной баррикады, вздрагивая от каждого шороха. Но теперь всё иначе. Я совсем другой.

Тогда мы готовились к тому, что отец останется биться, пока мы втроём убежим. Сейчас же и мысли не было отступить. Каждая тварь, что сунется к нам, сдохнет.

Брат нервно сжимал арбалет. Отец решительно встал у косяка между кухней и входом, готовый ринуться и туда и сюда. Мама намеренно держала стреломёт так, чтобы ненароком не нажать на спуск раньше времени.

Я достал бамбуковую стрелу и приготовился. Бить начали в дверь. Очень ритмично. Раз! Раз! Раз! Раз! Словно подбегали и