Войр и в следующий миг крепким хватом подгрёб меня к себе: – Крепко держись! – распорядился, и пока я в шоке от его неандертальских манер оборотня хлопала ресницами, словно заправский скалолаз, начал спуск по отвесной скале!

Хотя вру, не верю, что существуют такие уникумы!

Я в ужасе вцепилась в Крома и руками и ногами, обвивая его, точно Коала бамбуковое дерево. А Войр, ловко и быстро перебирал конечностями, приближая нас к пещере.

Я зажмурилась, чтобы не видеть высоты и бушующего моря ниже. И лишь вздрагивала от звука воду, бьющейся о скалу и шероховатому скрежету камня под руками и ступнями Войра.

А потом мы зависли… правда, зависли в воздухе. Кажется, все внутренности от страха подскочили в район глотки, но в следующий миг… бах – ухнули в пустоту. И сердце биться перестало на короткое мгновение.

– Трусиха, – раздался хрипловатый голос Крома, вторинный тихим, гулким эхом.

Только сейчас поняла, что буквально липну к горячему и обнажённому телу оборотня. А ещё… что ему это… нравится…

Теперь хотелось сгореть от стыда, но желание поставить наглого парня на место, заставило открыть глаза.

Я с деланным спокойствием отлепилась от него и, скрывая, медленно утихающую дрожь в коленках, холодно отозвалась:

– Боюсь! В отличие от тебя я не обладаю такой ускоренной регенерацией. В отличие от тебя…

– Ты по-прежнему боишься себя и реакции на меня, – не менее спокойно перебил меня Войр. – Меня это забавляет, ничего более, – качнул головой.

– Ну, знаешь ли?! – раздосадовано всхрапнула я, не зная, что ему сказануть более едкое, но Кром как всегда меня опередил:

– Не трать силы на пустые разговоры, я уже знаю всё, что меня интересует, – отвернулся, с гордым видом направляясь к тёмному проёму пещеры.

– Напыщенный индюк! – буркнула под нос, презирая себя за слабость и ненавидя оборотня за его… железобетонное самообладание.

И как бы меня не снедало негодование и раздражение, осторожно шагнула за Войром.

– Это нужный тебе мох! – Кром остановился у самого входа в пещеру. Не углублялся, ступил в сторону и ковырнул пальцем в почти незаметной щели в камне.

Я немного опешила:

– Это он? – не придиралась, просто была озадачена: и количеством растения и видом. – Невзрачный… – пояснила мысль.

– Фокус в другом, – Кром схватил меня за руку и, не спрашивая желаю ли я узнать, в чём дело, потянул за собой, углубляя в пещеру.

– Мы куда? – невнятно запротестовала я.

Моё сердце ненормально билось, я уже засомневалась в адекватности Войра, как оказавшись в полной темноте, он остановился:

– Вот, смотри…

Я ещё хлопала ресницами, пытаясь сообразить, что должна увидеть во мраке пещеры, кроме его ненормально сверкающих зелёных глаз, и даже было подколола оборотня, мол, моё зрение не такое острое, как у него, как вдруг… темноту нарушило ещё одно светло-зелёное свечение, будто светодиодная капля.

Крошечный огонёк.

– Он… светится? – почему-то с улыбкой озвучила очевидное, неожиданно восхитившись открытием. И пусть оно было не столь важным и громким, но от поступка Войра и его желания показать мне секрет мха, веяло… чем-то милым и романтичным.

– Можно использовать как фонарик, – Кром осторожно передал мелкий пучок мха мне, аккуратно пальцем переложив на ладонь.

– Это… мило, – покивала я, не зная, как ещё выразить чувства.

– Ага, – угукнул Войр. – Я сейчас, – ворчливо бросил, и пещеру нарушила его мягкая поступь.

– Кром! – сглотнула я, в очередной раз испугавшись его поступка: – Если ты меня бросишь… я… тебя убью! – смехотворно пригрозила, с дико бьющимся сердцем прислушиваясь к повисшей тишине. А потом смекнула: я же сила!!! Покосилась на мох в руке, сосредоточилась и велела ему разрастись.

– Ух ты! – поперхнулась восторгом, когда мох заполнил всю мою ладонь и светил ярким пятном, охватывая часть пещеры. Я крутанулась, пытаясь разглядеть, где выход из каменной залы и куда, чёрт подери, делся Кром.

Не успела крикнуть Войру, он появился из темного проёма, который я и не заметила.

Правда, вначале появились зелёные и красноватый огоньки, а потом я уже углядела очертания силуэта. Чем ближе был Кром, чем отчётливее я видела в его руке цветок:

– Это… тебе! – остановились рядом, протянул растение мне.

Я изумлённая его очередной романтической выходкой, сморгнула:

– Откуда он? И что… – не решалась взять.

– Его нет ни в одном учебнике по растениям и травам земли! Я назвал его «Разум в огне»… Если его смешать с этим мхом в пятидесяти миллилитрах воды и добавить туда несколько капель валерьяны и полученное зелье настоять три дня, это пойло поможет забыться… Разум будет пылать в огне. Настоящий, кромешный ад для испытуемого! Но зато он больше не будет думать ни о чём, кроме как избавиться от этого огня! Так что, да, оно поможет… – убил откровенностью Войр. – Но прежде, чем ты опробуешь это на мне, знай, нет ничего, чтобы я не пробовал, чтобы тебя забыть! Я сам создавал рецепты, но ничего… ничего не действует вечно! Рано или поздно я вновь тебя нахожу!.. Рано или поздно, природа берёт вверх! – его голос становился всё более тихим и хриплым.

Я слушала признание Войра, затаив дыхание и страшась пошевелиться.

Боль…

Я чувствовала его боль так ярко и нестерпимо, что у меня глаза обожгло слезами.

– Ты можешь меня отвергать, я даже позволю меня травить, – насильно всучил дивно красивый цветок в мою свободную руку, – но боюсь, ты для меня самая сильная отрава…

– Прости… – мой голос прозвучал жалко и сипло. – Я не… – умолкла, понимая, что мне нечего сказать.

Глупо всё получилось.

Я в очередной раз показала себя с этой нелепой/не лучшей стороны. И это только моя вина, ничья более…

Я дура!

Как зачарованная смотрела в дивные глаза Войра и, кажется, дышала с ним унисон, страшась отвести взгляд и потерять невидимую нить, связывающую нас. Мы были так близко: в зыбкой тишине и в проникновенной интимности светло-зеленоватого свечения мха, что от волнения у меня пересохло в горле, а ноги стали ватными и непослушными. Руки дрожали.

– Только не плачь, Лиса. Пробуй, – мягко шепнул Кром, подступив ещё ближе. – Я приму любой яд из твоих рук… – шероховато бормотал, склоняясь ко мне.

Я была под его гипнозом, даже не смогла шарахнуться или возразить. Да и остро осознавала, что сопротивляюсь только от глупости и упрямости.

А на деле, уже давно была ЕГО. И Войр умело рушил песочные барьеры, продолжая меня покорять. И если вначале казался грубым, самодовольным, наглым и неотесанным, то теперь я видела, насколько он романтичен, чуток и внимателен…

Он не пытался надеть шкуру другого зверя, но при этом не отступал.