они уже практически обсудили дату свадьбы, произошло восстание в горном княжестве, и местного князя едва не сместили. И на помощь к нему пришел его сосед из другой империи, которому очень уж нравились земли этого князя. Помочь-то помог, но вот плату за это потребовал большую и сроку дал не больше года. Или все можно решить браком — как раз у него и дочь подходящая имеется, а у горского князя сын красавец — тот самый, средний. И вроде как хорошо все, да понимал князь, что стоит этому произойти, как он сразу лишится всего. Год в раздумьях пролетел быстро, пришло время решать.

И так он думал, и эдак, но все же решил возобновить сделку со столичным князем, которую пока откладывал, выбирая из двух зол меньшее. Потому как глупцом не был и догадался, что столичный князь не просто так желает породниться. Пусть и запоздало, до него все же дошло, что рано он полез в эти игры.

А тут, видишь, какая незадача — за дочкой-то стал ухаживать сын другого князя — более влиятельного, чем первые два. И тут уже перед столичным встал выбор — откажешь одному, обидится второй. И не понятно, что хуже. Хотя, это как раз таки и понятно, потому как влиятельный князь — вот он, огненным шаром достать, а горский далеко. И что делать?

И задумал он их свести вместе — мол, сами разберутся, кто мил его дочке. Если что — это все она, а отец вроде как не при делах. Молодые, они родителей не слушают, творят что хотят. Можно будет в конце голову посыпать пеплом, ругаясь на нынешние нравы. Так он и не поссорится ни с кем, и сможет продолжить свою работу как в столице, так и вне ее.

И вот это «вне ее» и сыграло с князем злую шутку — тот, который иностранец, даже слушать нашего князя не стал. Знатней он его, целый султан, а этот так… Пусть и приближен к власти, но далеко от его двора и потому неинтересен. Спесив султан, не просчитал все ходы вперед, не посоветовался с мудрыми визирями.

Обиделся наш-то, затаил обиду, но это потом — сейчас надо было что-то решать с молодыми. Узнал он — по долгу службы он все знал, — что сын влиятельного князя вернулся в столицу, и сразу понял, что приедет он к его дочке. Дал инструкции жене, пригласил сына горского князя и принялся ждать.

Но вот тут все пошло не по плану — не учел он, что жена не любит его дочку, нагулянную от другой женщины, распалит она молодого, заведет, да в комнату девушки и отправит, где уже сидел новоявленный жених. Ну, а дальше ты знаешь, что было. Какой из этого вывод можно сделать?

— Что Скуратов переиграл сам себя?

— Именно. Он даже не догадывался, что обо всех его делах я знал. Как и знал, что ты у него встретишь Акопа Багратуни. Правда, не думал я, что до дуэли дойдет — уверен был, что раньше приеду. Но так даже лучше вышло. Догадываешься, почему?

— У нас тоже есть интересы в этом княжестве?

— Мелко мыслишь, да и не слишком оно нам нужно. Хотя и идешь в правильном направлении. Дам тебе подсказку — ты не удивился, что я так быстро приехал? Из дворца, да по московским пробкам, несмотря на выделенную полосу. Ты позвонил тогда, когда я уже был в пути к поместью Скуратовых. Сам, заметь, приехал, хотя мог послать бы кого-то из нашей СБ, чтобы разобраться с ситуацией.

— Турция?

— Или османы, как они себя называют, — кивнул он. — Молодец, можешь, когда захочешь. Армянское княжество — это лишь повод, тем более Багратуни реально заигрались, и пришла пора их сместить. Ты же не думаешь, что-то восстание произошло без нашего участия? По нашему мнению, во главе княжества будет куда лучше смотреться род Атанянов. Давно пора покончить с этой вольницей.

— Не слишком это…

— Нет, не слишком. В княжестве турецких шпионов едва ли не больше, чем его населения. Скупают землю, создают анклавы. Еще сотня лет, и там останутся одни турки. А оно нам надо? Кавказ — ключ ко многим дверям, и потерять его было бы верхом глупости. Ну, и щелкнуть по длинному носу султана хочется, чтобы впредь не совал его куда не надо. Хотя, не до нас ему сейчас — они с персами опять закусились. Того и гляди, до полномасштабной войны дойдет.

— Не верю я, что Скуратов — опытнейшей начальник Тайной Канцелярии — этого не понимал.

— И правильно делаешь, что не веришь. Всё он понимал и сделал бы то же самое, что и мы. Он предан империи, но усиления его мы не желаем.

— Однако его игра со мной и Никой была грязной. Простить такое…

— А кто сказал «простить»? За игру с сыном Великого Канцлера можно и на кол сесть. Поэтому теперь он будет нам должен, очень сильно. И делать будет все, что скажут, даже слова поперек не сказав. Клятва магией, она такая… безжалостная к нарушившим ее.

— Он дал клятву? — охренел я. — Это же почти рабство!!!

— А что было ему делать? Жить-то хочется. Ну, и со своей женой разведется — впрочем, я думаю, он ее уже прогнал. А мог бы и убить, но добрый слишком. Ну да ладно, это не наша теперь забота.

— Что насчет Ники?

— А что с ней не так? Кажется, у вас все хорошо, ночь вон вместе провели.

— Ты не против нее?

— Почему я должен быть против? Хорошая девочка, маг в потенциале сильный. А то, что бастард — так это и к лучшему, кровь чуть разбавится. А то все эти знатные рода за столько лет все давно друг на друге переженились. Того и гляди, из-за границы невест придется завозить, а туда своих дочерей отдавать. К тому же я чту наши договоренности — третью жену и последующих, если захочешь, ты выбираешь сам.

Кстати, о них — не забудь, что к тебе на день рождения приедет твоя потенциальная невеста.

— Только потенциальная?

— Переговоры еще идут, но близятся к финалу. Познакомься, пообщайся — твое мнение мне так же важно. Посмотрю, сможешь ли ты просчитать все плюсы и минусы этого брака.

— И минусы есть?

— А куда ж без них, — усмехнулся он.

— Кстати, а что там у нас с Америкой? Левчик мне, конечно, рассказал эту страшную тайну, но там больше восторгов было, чем информации.

— Да особо рассказывать