— Насчет Гурской, значит, вопросы у тебя не возникают? — Збышек улыбнулся, даже не пытаясь изображать искренность. Но подвыпивший Мачек намека не увидел.

— Да какие вопросы? Гурская, конечно, зануда, но… — Мачек нарисовал в воздухе что-то вроде гитары. — Главное в женщине не юмор, а сиськи. Пошутить я и сам могу, — Мачек заржал, не обращая внимания на тяжелый взгляд Збышека. — В общем, с Гурской все понятно. Но Нейман тебе нахрена? Гони его в шею. И веди Гурскую сюда, пусть полюбуется, как мы медикам наваляем.

— Кого и куда мне гонять, я сам решу. Без советчиков, — Збышек говорил тихо и медленно. Так же, как говорил отец, когда одергивал зарвавшихся подчиненных. Так же, как говорил отец, объясняя, почему баскетбол — это не профессия.

Ссориться с Мачеком Збышек не собирался. Но есть вопросы, на которые просто нельзя отвечать. Да какое там отвечать — нельзя позволять их задавать. Потому что если человек требует от тебя объяснений — значит, он думает, что имеет на это право.

В этом вся суть иерархии. Есть люди, которые требуют объяснений — и есть люди, которые объясняются.

Мачек растерянно моргнул, широкая улыбка сползла с его лица.

— Да ты чего… Я же так… По-дружески… Ну правда — чего ты с Нейманом путаешься? Он на голову простуженный.

— Зато в чужие дела нос не сует, — Збышек шагнул вперед, бесцеремонно вторгаясь в личное пространство, и Мачек, поморщившись, отступил. — Это ты мне сейчас указываешь, с кем общаться, а с кем не общаться?

— Я? Нет. Ну чего сразу указываю… — Мачек, сообразив наконец, что разговор принимает неприятный оборот, неловко развел руками. — Я ж просто так. К слову пришлось… А вообще я против Неймана ничего не имею. Парень как парень, в технике рубит. Мне тачку за вечер починил, батя даже не узнал, что проблемы были.

— Вот и я так думаю, — Збышек кивнул, не отводя от Мачека пристального недоброго взгляда. — Парень как парень. В технике рубит.

— Во-во! Нормальный парень, — Мачек, облегченно вздохнув, оглянулся на кусты. — Ну, я пойду? Ребята заждались уже…

— Ага, иди, — Збышек, солнечно улыбнувшись, хлопнул Мачека по плечу. — И мне пора. Не люблю опаздывать. Удачи с медиками!

Углубившись в парк, он свернул на боковую аллею и обошел изрядно полинявшую за зиму концертную ракушку. Сирень за ней разрослась так густо, что скрыла узкую дорожку. Пригнувшись, Збышек нырнул под нависающие ветви — и оказался на небольшой полянке. Дворники о ней то ли не знали, то ли плевать хотели — но косы произрастающая здесь трава, кажется, с мая не видела. Через высокие, по колено, заросли вилась протоптанная многочисленными паломниками лента тропинки, упираясь в облезлую лавочку. Яська сидела на ней, обняв себя за колени. В траве розовели сброшенные босоножки.

Лесь, естественно, сидел на другой стороне лавочки. Именно там, откуда можно, лишь немного скосив глаза, таращиться на мягкую линию бедра, уходящую в складки юбки. Збышек понимающе ухмыльнулся, и этот придурок тут же выпрямился, позорно порозовев ушами.

Как малолетка, ей-богу. Подумаешь, великий грех — под юбку симпатичной девчонке заглянул. А куда еще заглядывать прикажете? Под сутану ксендзу?

— Привет. А я вот чего принес, — Збышек потряс мороженым, сглаживая неловкость ситуации. Лесь, нервно дернув ртом, поднялся, взял эскимо и передал фруктовый лед Яське.

— Держи, это точно тебе.

— О, апельсиновый! Мой любимый! — по-детски обрадовалась Яська и тут же начала раскручивать узелок жесткой бумаги. Лесь повертел в пальцах подтаявшее мороженое и вопросительно поглядел на Збышека.

— А ты, я смотрю, не спешил.

— На парней нарвался. Они с командой медиков схлестнулись — тут, недалеко, на старой волейбольной площадке. Хотите посмотреть?

Яська, не задумываясь, энергично замотала головой, а Лесь вдруг насупился.

— Это на Хасса, что ли? Делать мне нехрен — любоваться, как этот придурок скачет.

На Збышека вдруг навалилось лютейшее, чудовищное дежавю. Как будто смотришь кусок своей жизни на повторе.

— Мачек нормальный, — почти дословно повторил он, заменив в реплике только имя. — Просто бесится, что я играть меньше стал.

— Зато оценки поднялись, — пожала плечами Яська. В ее мире высокие оценки компенсировали любой ущерб, до потери конечностей включительно.

— Но вряд ли Хасса такой аргумент убедит, — раздраженно скривил рот Лесь. — У этого жирафа мозгов полторы чайных ложки.

— Зато он играет хорошо, — попыталась смягчить ситуацию Яська, но не угадала. Лесь полыхнул, как спичка.

— Вот именно! Скачет по площадке, как гребаный кузнечик, и руками машет. Подумаешь, талант! Мачек тупой, как обух, а выдрючивается, будто с золотой ложкой в жопе ходит.

— Ну спасибо, — криво улыбнулся Збышек. — Так приятно слышать.

— Да я не про тебя, ты нормальный… Я про Хасса! — Лесь смутился, но от позиции не отступил.

— И чем же я от Хасса отличаюсь?

— Ты не тупой, — выпалил Лесь и заткнулся. Ему явно хотелось как-то скруглить ситуацию, но Збышек действительно был социальным клоном Мачека Хасса — тоже баскетболист, тоже популярный, тоже богатый. А значит, пространства для маневра у Леся оставалось мало. Ну не говорить же, что Збышек хороший, потому что с ним, с Лесем, дружит. — Ты… ну… нормальный, — беспомощно повторил Лесь и окончательно заткнулся.

— Просто ты с Хассом постоянно цапаешься, — констатировала очевидный факт Яська. И провела языком по длинной оранжевой сосульке снизу вверх, быстрым движением облизав острую верхушку. Лесь шумно втянул воздух. Збышек тоже. — Вообще-то Мачек действительно нормальный, — продолжила Яська, наивно не заметив оглушительного эффекта. — Я с ним болтала пару раз. Парень как парень, выпендрежник, конечно, но забавный. Вот если бы вы не ссорились все время… Збышек, может, ты поговоришь с Мачеком? Вы же друзья. Пускай он Леся не задирает.

— Еще чего. Очень нужно, чтобы за меня Богуцкий вписывался, — немедленно ощетинился Лесь.

Эффект оказался оглушительным, но кратковременным.

— Согласен. Совершенно не нужно, — Збышек устало опустился на лавочку и начал разворачивать фольгу на своем эскимо. Из треснувшей шоколадной корки сочились густые капли пломбира.

— Но почему? — не поняла Яська. — Они же все время ссорятся.

— Во-первых — не все время, — Збышек, примерившись, откусил начавшую было клониться набок верхушку. Какое-то время он молчал, дожидаясь, пока онемевший от холода рот обретет чувствительность. И думал, как сформулировать мысль так, чтобы Яська поняла — а Лесь не дал в морду. — А во-вторых, Лесю моя помощь не нужна.

Потому что парни и так почти не цепляют Леся. Да, подкалывают, да, не слишком-то любят — но терпят. А это уже огромное достижение. С учетом того, что Збышек ломает давно сложившуюся иерархию.

— Но Мачек… — начала было Яська, которая, конечно же,