Войр! Главный из них…

Я ощущала, что не до конца перед ним извинилась, раскрылась и доказала, что больше не делаю глупостей! Мне хотелось заслужить его прощения и любви. Я, правда, хотела стать достойной его внимания. Я очень хотела ощущать, что достойна быть его Парой!

Шанс это доказать выпал на балу.

– Не провоцируй, Лиса, – прищурился Войр, когда  мы встретились в столовой за несколько дней перед праздником и на его прямой вопрос, иду ли я на бал, я чуть замялась. Для меня ответ был очевиден, а вот для оборотня, вероятно, нет. Это и сбило с мысли, я ведь была уверена на сто процентов, что с ним…

– Для всех будет безопасней, если мы туда пойдём вместе, –  прозвучало многозначительной угрозой.

Я бы рассмеялась его упрямой ревности и прежнему волнению за наши отношения, но еле удержалась от «игр» на его нервах.

– Конечно, Кром, – кивнула, не сдержав улыбки.

И мне вновь, если такое возможно, похорошело. Это было как в романах: весна на душе, бабочки в животе… Я хотела улыбаться и танцевать.

Я больше не опасалась близости оборотня, да и все сомнения растворились, когда позволила чувствам заполнить сердце. Теперь во мне бурлило желание и ему их доказать. Меня распирало сделать что-нибудь такое, чтобы Войр больше не сомневался на мой счёт. Моя душа требовала подчиниться Крому и я… ускользнула с бала, где мы словно играли друг с другом. Были вместе, но на расстоянии. Наблюдали друг за другом, но со стороны.

Я не выдержала напряжения.

Решила впервые сдаться первой.

И меня призвала Луна…

Даже не знаю, как очутилась на нашей поляне, но когда прозвучал голос Крома, я смотрела на небо и ждала своего принца.

– Сбежать решила? – его упрёк нарушил тишину леса.

– Вот ещё?! – с вызовом фыркнула я, поправив подол длинного в пол платья, слегка запутавшегося в травинках.

– Ты же не думаешь, что я позволю тебе передумать, и опять мной играть?

– Нет, – но в душе разгоралось волнение. Я до сих пор была под впечатлением от того, что когда-то призналась и в чувствах, и в парности оборотню. Но если глядя в лицо смерти, это казалось нормальным, то теперь… наедине, при Луне… в ночи… слишком личным, почти интимным.

– Хорошо, тогда помни, я не давлю, но больше не позволю меня задвигать в угол.

– Не собиралась, – я даже улыбнулась, стараясь скрыть чувства.

– Хорошо, – снова кивнул Войр. – Больше не отталкивай меня! Если возникнут недопонимания или вопросы, поговори со мной. Не хочу гадать, что случилось. Ненавижу, когда Зверь во мне беснуется, прислушиваясь к зову пары. Просто он не всегда верно может истолковать чувства, и тогда… могут полететь головы.

– Жуть, – деланно нахмурилась я. – Ты уж его придержи, если что, – попыталась свести к шутке разговор. – А то я… глупая и порывистая…

– Боюсь, это выше сил человека. Зверь в вопросах безопасности и личного куда отчаянней. Я бы сказал, без тормозов, – повинился Войр, а секундой погодя добавил: – Да ты и сама знаешь. Видела его много раз. Последний… так и подавно. Я чуть академию не разнёс, пока тебя искал, – недовольно пробурчал, словно не хотел признаваться, а вот ляпнул, и приходилось договаривать.

О том, что Войр порушил стены и двери, пока мчался меня спасать, было известно всем. Но я как-то не сопоставляла что, как и почему – приняла за факт, Кром вновь сорвался, и всё!

– Зверь как услышал твой зов, аж с другого конца территории академии бросился тебя спасать!

– Стой, – теперь не на шутку опешила я. – Я думала, это мой питомец и Сэм постарались. Ректор сказал, что они позвали помощь…

– Их – да, Рэйвен даже твои рисунки ректору приволок, показывая, что в них таилась разгадка. И вот-вот грядёт новое происшествие Тёмных. А в моём случае – той глас, – холодно заверил Кром. – Или ты не звала, а ему померещилось?.. – чуть озадачился.

– Звала, – смутилась признанию я. – Даже не знаю, с чего решила, что это сработает. Орала в отчаянии. Прости, – сглотнула пересохшим горлом. – Я втянула тебя…

– Я бы не простил, если бы промолчала или позвала другого. За тебя умирать должен только я! – припечатал значимо. – Ты – моё проклятие и дар! Если ты в беде – моя холка рядом! Если ты счастлива, то виновник твоего счастья – я! Я позволю тебе и впредь выбирать и решать, но отныне мы – Пара! Ты – часть меня, а я – твоя половина. Надеюсь, это понятно? – тоном, нетерпящим возражений закончил длинную речь оборотень.

– Д-да, – не знаю, почему не возмутилась такому прямому, граничащему с наглостью, заявлению, но меня… буквально накрыло благодарностью за подобную решимость и категоричность. Мне даже захотелось, чтобы мужчина был вот таким: самоуверенным и напористым. Чтобы мужчина был силён не только физически, но и волей. Чтобы решал, при этом делая вид, что позволял выбирать мне.

Это правильно!

Это делало и меня сильнее!

– Я пришла тебе сдаться, Кром Войр, – осмелела я. – Ты мой дневной и ночной кошмар. Ты говорил, что Луна нас соединит, мне кажется… я готова, – покивала мыслям я. – Я твоя вся… без остатка, только не предавай меня!

– Надеюсь, это, и правда, так, – показалось, что по губам Войра скользнула улыбка. – Ведь я тебя больше не отпущу. Всё, что моё… МОЁ!

Моё сердце чутьём не выпрыгивало из груди, я так волновалась, что задыхалась. И этот взгляд оборотня… делал нечто ненормальное с моим телом. Я задрожала, в животе не то пульсировало, не то горело…

– Не смотри так, – мой голос надломился. Я сглотнула, потому что горло дико сушило. – Прошу, – почти взмолилась. Кром как назло не делал ни движения в мою сторону. Смотрел… словно душу читал, и ждал… моего последнего, решающего слова.

– Ну же, – не выдержала напряжения и молчания. Даже сделала короткий шажок в сторону Войра. – Поцелуй меня, – просьба сорвалась с губ едва ли. Если бы другой момент, другая ситуация – я бы сгорела от смущения, но сейчас… мне куда важнее было заполучить поцелуй этого парня. Мне было жизненно необходимо оказаться в его объятиях и ощутить его вкус, его страсть, его желание. Я должна была найти подтверждение, что не одна я схожу с ума от чувств, что мы, и правда, ПАРА! Что он МОЙ!

– Я надеялся, что это случится скоро. Ещё больше мечтал, что поцелуешь сама. Но ждать, терпеть и спорить больше нет сил…

И Войр больше не мешкал. Поцеловал. Дёрнул меня за руку к себе, будто я безвольная