— попросил их Джерри, — я хочу подробно побеседовать с ней чуть позже. И учтите, она весьма темпераментна!

Голова кадавра в этот же миг попыталась цапнуть за руку одного из инспекторов.

— Я же говорил! — сказал Джерри.

— Всё ваши шуточки! — раздражённо поморщился эксперт и кивнул напарнику: — Давай лопату! Ещё не хватало нам магического заражения.

Мы подошли к бессменному водителю Второго отдела, скучающему за рулём:

— Здорово, Редж! А объект Эванса уже забрали?

— Пока вызова не было, — мотнул он головой, выпятив подбородок. — Только эта и твои две, Уилл.

— Две? — удивлённо уставился на меня Джерри.

— Представь себе, прятались в кроне дерева. Но допрашивать там некого, пришлось уничтожить обеих. Ещё какие-нибудь новости есть, Редж? Что в больнице?

— Там была перестрелка. Двух ликвидировали, точно. Одна спряталась в подвалах, а одна, кажется, смешалась с пациентками в столовой, что дальше — пока не в курсе.

— Яс-сно, — протянул Джерри и спросил меня: — За Эвансом?

— Пошли.

— Побежали!

ГОЛОВА НОМЕР ДВА И, ВОЗМОЖНО, НОМЕР ТРИ

— Когда улица разделилась, кадавры кинулись в разные стороны, — пояснял Джерри на бегу. — Естественно, мы разделились тоже. Тот край идёт к морю.

— Надеюсь, близость воды хоть как-то помогла Эвансу…

Тут улица сильнее пошла под уклон и перспектива открылась почти до самого залива.

— Хо-хо! — радостно воскликнул Джерри. — Ещё как помогла!

Снизу поднималась одинокая фигура, в которой мы узнали Эванса. Он тащил что-то вроде бака для краски. Довольно тяжёлого бака, судя по его движениям.

Мы прибавили ходу. Эванс тоже увидел нас и остановился, отдуваясь.

В баке, частично заполненном присохшей краской, тоже лежала голова! Залитая водой, обрубленная наискосок примерно на треть, но свирепо сверлящая нас единственным сохранившимся глазом. Она ещё и открывала рот — видимо, ругалась.

— Уже две! — обрадовался Джеральд. — А где остальное?

— В полосе прибоя валяется. Не знаю, представится ли возможность всё собрать. Она бежала в море.

— В смысле — хотела поплыть? — удивился я. А Джеральд сразу прокомментировал:

— Понятное дело, у неё ничего не вышло!

— Естественно! — согласился Эванс. — Но она продолжала туда бежать, как будто собралась уйти по дну.

— Ну исключено, что так оно и было бы, — хмыкнул я. — Давай, я понесу.

— Мы вдвоём, — предложил Джерри, — дужка позволяет. А ты пока передохни.

Мы пошли вверх по улице.

— Она бы и убежала, не будь я водник, — сказал Эванс. — А так мне удалось захватить её струями.

— Довольно аккуратно отделена голова, — заметил я.

— Вода позволяет работать весьма точно, — согласился Эванс. — Я нашёл на берегу этот бак и хотел сложить её. Чего я не ожидал, так это того, что она вцепится зубами мне в ботинок, когда я подойду. Выстрелил совершенно автоматически, не помню даже, как револьвер выхватил. Но, как видите, даже отколотая она весьма разговорчива.

— Там что-то шуршит на дне? — я прислушался к шороху в покачивающемся баке.

— Осколки, — пояснил Эванс, — я собрал всё, что смог.

Так мы дотащились до автобуса Второго отдела, который всё ещё стоял на прежнем месте, сдали добычу Эванса и максимально подробно описали, где следует искать тело без головы.

— Не исключаю возможности, что оно всё же ушло в глубину, — предположил я, — если учесть, что подобное тело без головы вполне сохраняло способность к перемещениям.

Надо было видеть, какими взглядами одарили нас парни из экспертного отдела!

Впрочем, нам было не до того. Операция в больнице ещё не закончилась!

* * *

Извозчиками и такси на этих скромных улочках даже не пахло, так что мы опять отправились пешком.

— Чувствую, физкультуры сегодня мне досталось на целую неделю, — проворчал Джеральд.

— Надеюсь, сегодня нас хотя бы освободят от вечерних допросов? — вслух пожелал я.

— О, небо! — тяжко простонал Эванс. — Не напоминай!

А автобус нашего отделения всё ещё стоял у ограды больницы, явственно показывая, что дело не кончено!

— Пирсон, где все? — спросил Джерри у нахохлившегося за рулём водителя.

— Спросите в холле! — оживился он. — В подвале уже чисто, ту прижучил Тодс. Последнее, что я слышал — с той, что в столовой, пытались вести переговоры. У неё явно что-то сдвинулось в стеклянных мозгах. Твердит, что она простая несчастная девушка, но никому не даёт покинуть помещение. Одна из заложниц пыталась выбежать, так эта стекляшка сломала ей руку. И всё равно не выпускает! Флетчер собирает какую-то установку для максимальной накачки маной всех инспекторов, хотят ударить общим стазисом по всей площади столовой…

— Тогда чего стоим, парни? Пошли! — Джерри заторопился в клинику. Я шёл следом, досадуя, что так и не овладел заклинанием стазиса. Но, может быть, я смогу помочь как-то по-другому?

Мы проходили через двор, когда огромное окно на первом этаже со звоном разлетелось, и на дорожку выкатилась фигура в пижаме, мгновенно вскочившая, и, увидев нас, устремившаяся прочь, как хороший спортсмен.

РШ сами прыгнули мне в руки. Как хорошо, что двор пустой!

Я успел подумать, что выстриженные из кустов фигуры будут безнадёжно испорчены… и всадил убегающему кадавру два выстрела в спину. В разные стороны полетели оторванные конечности. Облако красных осколков на секунду повисло в воздухе, переливаясь.

Что ж. Надеюсь, на этот раз мне удалось сохранить голову для допросов?

Глава 31

ПО СЛЕДАМ КАДАВРОВ

КРАСНЫЕ СТЕКЛЯШКИ

Следующие дни и недели слились в сплошную череду допросов, произведённых по их результату облав, обысков и арестов и снова допросов. Митчелл отказывался от столичной помощи, никому не доверяя и боясь утечки информации.

Несколько арестов вышли весьма скандальными.

Следом было вскрыто несколько притонов для любителей читаньской дряни, охранницами в которых служили «стеклянные кадавры», как их стали называть. Или (с лёгкой руки Пирсона) — просто «стекляшки». Третий из этих эпизодов закончился смертью двадцати двух присутствующих при задержании — в их числе были и хозяева притона, и посетители, и уборщики, и «бармены».

— У кого-то есть версии о том, что случилось? — спрашивал Харрисон на общем совещании Второго отдела в тот же вечер.

— Она испугалась? — предположил кто-то. — Сочла всех убитых опасными для себя?

— Я скорее поверю в то, что она