– А я смотрю, ты решила мне свой острый язычок показать? Ну, давай, – усмехнулся принц. – Страсть как люблю покорять строптивых барышень.

– Я тебе не барышня! – буркнула я.

– Верно, ты моя невеста, – миролюбиво согласился мужчина.

– Это мы ещё посмотрим, – не став дальше развивать тему «покорения строптивых барышень», фыркнула я.

Уверена, что он от меня этого ожидал. Но нет, дорогой мой принц, не дождёшься. Не буду я больше потакать твоим манипуляциям, которые за версту чую!

Потому что это ты, принц, привык, что твои «барышни» ведут себя прилично, редко с тобой спорят, постоянно тобой восхищаются... и не пытаются сбежать от кавалера. И притворно смущаются, едва заслышав о собственном «покорении».

Но я-то не такая. Стоит тебе оставить меня тут на ночь… Вон какие удобные карнизы и узоры! С любого этажа сбежать смогу через окно!

Когда мы вошли внутрь, я не могла не отметить красоту интерьера. Всё-таки есть у этого принца тяга к прекрасному! И вкус.

Высокие потолки, украшенные лепниной, мраморный пол, картины на стенах, вазы с цветами и мягкий свет, исходящий от старинных люстр, – всё это создавало атмосферу уюта.

Что резко контрастировало с моим восприятием этого места как тюрьмы. Хватит пялиться на всё, Келли. Вон уже попала из-за этого в очередную кабалу, раззява!

Шестеро слуг – двое мужчин и четыре женщины – ждали нас, выстроившись по обе стороны прохода.

Я даже не стала смотреть на них. Это – мои тюремщики. Главное, не привязываться ни к кому здесь.

Пока мы поднимались на второй этаж, я старалась запомнить каждый поворот и каждую дверь. Зачем? Не знаю, а вдруг пригодится.

Ричард остановился перед одной из дверей и повернулся ко мне.

Сердце ёкнуло.

Так, я надеюсь, он не собирается прямо сейчас меня в постель тащить?! Есть же у этого принца какие-то нормы и рамки?!

– Это пока что будет твоя комната, – сказал он, открывая дверь и пропуская меня внутрь.

«Пока что». Звучит не очень. Звучит так, что скоро это изменится.

Особенно меня напрягло это «пока что», когда я зашла внутрь. Потому что центральное место в комнате занимала гигантская, круглая кровать под балдахином и с изголовьем, обитым бархатом.

Всё это было глубокого тёмно-красного цвета. Прямо-таки «ложе любви», чтоб его!

Приглушённый свет от настенных светильников и наглухо закрытые шторы завершали образ.

Ах да, в углу стоял старинный комод, а рядом с ним – роскошное зеркало в золотой раме, отражающее моё слегка обалдевшее выражение лица.

– Как тебе твоя комната? – снова нормальным, мягким тоном спросил меня Ричард.

– Просто мечта, – мрачно прокомментировала я и повернулась к мужчине. – Ричард, ты же не собираешься оставаться? Я устала и очень хочу спать. Условия моего пребывания в этой роскошной тюрьме обсудим завтра, так как всё равно я ничего изменить не могу. Всё, пока, спокойной ночи!

– Почему это ты так быстро своего жениха выпроваживаешь? – усмехнулся принц и шагнул ближе ко мне, вставая почти в упор. – Без поцелуя я не уйду.

– Какого ещё поцелуя?! Ты совсем совесть потерял?! – недовольно сложив руки на груди, рявкнула я. – Что за наглые приставания?! Я приличная девушка и до свадьбы...

– Я не знаю, о каком поцелуе ты подумала, – ехидно ответил Ричард, – хотя нет, знаю, и мне приятны твои мечты, но я имел в виду поцелуй твоей очаровательной руки на прощанье. Уж в этом ты мне не откажешь?

Глава 17

– Откажу! – отчеканила я и выразительно кивнула в сторону двери. – Спокойной ночи!

– Разве ты не хочешь экскурсию по дому? – любезным тоном спросил меня Ричард.

«Ой, не надо вот этой напускной внимательности теперь, когда я знаю твоё истинное лицо, принц», – фыркнула я про себя.

– Нет, – отчеканила я. – не хочу никаких экскурсий. Спокойной ночи

– А поужинать не хочешь? – продолжил «уговаривать» меня принц.

По его выражению лица и тону было очевидно, что специально испытывает моё терпение, хоть и завуалированно.

– Нет, спасибо, ты меня уже накормил гребешками! – процедила я.

– Мы ехали два часа, разве ты не проголодалась? – с притворным изумлением спросил мужчина.

– Нет!!! – рявкнула я.

– А переодеться ты разве не хочешь? Или ты в этом собралась спать? – усмехнулся мужчина. – Давай позову твоих горничных, и они помогут тебе переодеться, в гардеробной полно другой одежды твоего размера, ещё с обед Элоиза отправила сюда коробки.

– В чём я буду спать не твоё дело, – процедила я и язвительно добавила, махнув в сторону двери: – Пора вам и честь знать, принц. До свидания, Ваше Высочество!

«В этом я сбежать от тебя собралась, а не спать, и горничные мне здесь твои не нужны!» – мрачно подумала я.

– И умыться на ночь даже не хочешь? – продолжал веселиться этот мерзавец.

– Не хочу. УЙДИ! – взвыла я.

– Нет, – с усмешкой ответил мужчина и прошёл к креслу, столь неприметно стоя́щему в углу, что я его даже не заметила из-за размеров этой кровати.

– ЧТО?! – взревела я.

– Ну раз ты не собираешься ни переодеваться, ни умываться, то какой мне смысл выходить? – ровным тоном начал рассуждать принц. – Здесь ночь и покараулю, чтобы тебя, такую драгоценную, никто у меня не украл. За свою честь не бойся, я в кресле посижу, да ещё двух слуг дежурить приглашу, чтобы, если я усну, они были настороже.

– Ты издеваешься? – не на шутку разозлившись, прошипела я. – Может, ещё весь дом позовёшь смотреть, как я сплю? Я не смогу уснуть не то что при трёх людях, даже при одном! Никто здесь караулить меня не будет, стойте все у двери, бога ради.

– Ну уж нет, раз тебе не нужно делать разные интимные процедуры, то я глаз с тебя не спущу, – усмехнулся мужчина и сел в кресло.

Свет, кстати, сразу зажёгся, едва он приблизился к креслу. «Какая дорогая бытовая магия», – отметила я про себя.

Если уж она тут есть, то и окна скорей всего защищены от проникновения извне, так что никакой почётный караул мне и не нужен!

И изнутри, правда, скорей всего, тоже тогда не выберешься, но, не попробовав, не узна́ю. А для