стрелы, от яда, в пещере сходил с ума, от отчаяния, что сжёг кого-то и так далее.

И тогда я понял, что мне кого-то не хватает, и понял, что неведомая сила, что возвращает меня из раза в раз, чего-то хочет от меня.

Следующие разы я посвятил выяснению того, кто это всё затеял. И вот раз на седьмой я понял, наконец, что это Саймон.

И что больше всего на свете он любит «играть», развлекаясь с людьми, заставляя их разгадывать его безумные загадки и скрытые намерения.

К тому моменту время уже откатывалось на три с половиной года назад, но победа мне так и не светила.

Я уже понял, что мне нужна истинная любовь, понял, что это ты и начал за тобой наблюдать.

А после заключил пари с богом времени: если он вернёт тебя, и ты разгадаешь его с первого раза, он позволит нам спасти родителей.

Потому что каждый раз умирал и мой отец, а подлый братец приходил в итоге к власти.

Драйкан сказал, что вероломную натуру Вернона не изменить, и всё равно, чтобы я не делал, восстание будет.

Но я понимал, если у меня будешь ты, то ты сможешь во время исцелить меня от их прокля́той тёмной магии, и мы сможем остановить этот их безумный цикл.

– Мне, конечно, лестно, – протянула я после долгого монолога Ричарда, – но у меня, дорогой муж, всё же есть вопросики. Почему ты мне просто всё не рассказал, почему так верил в меня и почему ты за меня решил, что я захочу маму вернуть?

– Я же объяснил, – улыбнулся мужчина. – Не рассказал – потому что в этом была суть пари с Саймоном.

– То есть ты судьбу всего мира поставил на то, что я должна была сама всё разгадать без подсказок? – сурово нахмурив брови, спросила я.

– Говорю, я наблюдал за тобой, – ухмыльнулся Ричард. – И понял, какая ты.

– Я работала продавщицей на ярмарке! Какие судьбы мира?! – возмутилась я.

– На то я и принц, чтобы сокровище видеть, – ухмыльнулся мужчина. – Годы управления людьми не прошли даром – я отлично научился видеть талантливых людей.

Маму попросил твою вернуть, потому что тебе предстояло совершить трудный выбор и осуществить невозможное: без подготовки снять проклятие тёмной богини, да ещё и с первого раза.

Неужто ты награду не заслужила? А что может быть для тебя лучшей наградой, чем то, что твоя мама осталась жива? При условии, что у тебя лучший в мире муж и самая классная едироножка в боевых подругах?

– Ага, лучший, – буркнула я. – А почему ты так в меня верил?

– На этот вопрос, я уже много раз отвечал, – улыбнулся мужчина. – Ты вот вроде такая умная и догадливая, а это никак не усвоишь. Ты же моя истинная любовь, в кого мне ещё верить?

Я подняла на него взгляд, чтобы возмутиться, но осеклась.

Его насмешливые глаза вдруг стали такими тёплыми, такими бездонными, что у меня перехватило дыхание.

Я видела в них всё – и благодарность, и восхищение, и ту самую страсть, которую, похоже, он так долго сдерживал.

Я замерла, поражённая внезапной бурей чувств в его взгляде. Я будто снова оказалась в его сердце, как в тот раз, в пещере.

Только теперь тут всё искрилось и переливалось от счастья, страсти и желания.

Я как заворожённая смотрела, как Ричард медленно наклоняется к моему лицу.

Его дыхание обожгло мои губы. Сердце застучало так бешено, что я боялась – он его услышит. А почему нет, кстати? Этот мужчина поставил всё, что было у него, на меня.

Вот уж действительно, весь мир к моим ногам положил. Не шутил он тогда, похоже.

В последний момент я зажмурилась, чувствуя, как всё внутри замирает в сладком предвкушении.

И тогда его губы коснулись моих.

Это был не просто поцелуй. По сравнению со всем, что я испытывала до этого – это был взрыв. Откровение. Правда.

Это было признание, обещание, клятва.

Его руки обняли меня так крепко, будто он боялся, что я исчезну.

А я... я таяла в этом поцелуе, теряя голову, забывая обо всём на свете. Всё смешалось - тепло его тела, запах дыма и кожи, вкус его губ...

Когда мы, наконец, оторвались друг от друга, мы оба были со сбитым дыханием, но абсолютно счастливые.

– Ну что, теперь поняла, что ты значишь для меня? – хриплым от эмоций голосом спросил Ричард, медленно начав расцеплять крючочки моего корсета, благо они были на груди.

А ведь это он мне платье выбирал... Случайность или...?

Я могла только кивнуть, потому что слова застряли в горле.

В голове почему-то крутилась только одна идиотская мысль: «Если бы здесь была Луна, она бы громко фыркнула: «Ну наконец-то!»».

– А ты знаешь, что нас дальше ждёт, Ричард? – задумчиво спросила я, чувствуя, с какой нежностью он касается меня.

Внутри уже всё томительно ныло, и мне хотелось уже быстрее перейти к следующему этапу, но я боялась всё испортить, спугнув эти первые моменты чуткого изучения друг друга.

– Да, – с придыханием произнёс Ричард. – Счастье и четверо детей.

– Четверых?! – дрогнувшим голосом переспросила я.

Все мысли о чём-то «большем» тут разлетелись.

– Да, я уточнил у Саймона, – заметив моё замешательство, Ричард остановился и лукаво посмотрел на меня. – У нас будет трое мальчиков и очаровательная крошка, а назовём мы их…

– Стоп! Ричард! Ты врёшь? – нахмурилась я. – Если да, прекрати. Если нет, то я хочу сама имена выбрать, а не чтобы Саймон за меня решил!

– Да ладно, тебе понравится его идея…

– Ричард!

– Шучу-шучу, назовёшь сама всех четверых, – примирительно улыбнулся мужчина. – Но я уверен, что всё сбудется. Могу даже сейчас на листочке имя каждого нашего ребёнка написать, запечатаем в конверт и спрячем. Спорим? Бога времени я уже обыграл.

– А я обыграла тебя, не забывай!

КОНЕЦ