— Ты же в курсе, кто такая Вивьен Ли? Пресловутая Скарлетт О'Хара. «Я подумаю об этом завтра»! Кстати, фразочку эту возьмём на заметку. Но это потом. Так вот! Вивьен Ли просто терпеть не могла свои руки. Потому надевала перчатки. Хотя, никто из её окружения не разделял её мнения. А Марлен Дитрих? Легенда, икона стиля, законодательница мод. Всю жизнь боролась с шириной своего носа. Изощрялась, как только могла! А Одри Хепбёрн — общепризнанный символ изящества, грации. Да она же терпеть не могла свой овал лица! И регулярно страдала по этому поводу. Открою тебе секрет, дорогая моя, что все мировые красотки имели изъян и никогда не были довольны собой на сто процентов. И это нормально! Ведь мы же не куклы, мы — женщины.

«Да, женщины», — думаю я, изучая своё отражение. И сама не замечаю, как начинаю ненавязчиво гладить себя. Свои бёдра, на которых растяжки и целлюлит. Свою задницу, в меру круглую, слегка отвисшую с возрастом, но всё же вполне аппетитную, стоит сказать. Талию, которой всегда отличалась фигура. Живот, ненавистный, но всё-таки мой. Грудь, пережившую столько…

— Ты красива во всём! — шепчет тренер, — Полюби себя такой, какая ты есть. Прими себя такой. Все изъяны у нас в голове. Я скажу тебе по секрету, что у меня целлюлит, волосатые ноги и ступня сорок первого размера. Разве бывают принцессы с такой огромной ногой? Кстати, ты в курсе, что Ума Турман имеет сорок второй размер обуви? Но это ничуть не мешает ей сниматься в кино и быть любимой актрисой Квентина Тарантино. Ты скажешь: «Конечно! Ведь я не актриса, не мировая звезда». А тебе и не нужно быть ею! Ты звезда для себя. Это главное. Все мы — звёздочки, только сияем по-разному. Так не дай же своим глупым комплексам погрузить мир во тьму.

Насмотревшись на себя, я сажусь на кровать. Я по-прежнему голая. Это ещё один совет от тренера — «почаще ходить голой по дому, если позволяют условия». И в зеркале видеть себя, а не свои недостатки. Пытаюсь! Ведь я ученица прилежная. С детства была такой.

— А теперь мы с тобой устроим маленький ликбез по косметике. Много её у тебя? А какой из них ты чаще всего пользуешься? Я проведу мастер-класс, перечислю всё то, что непременно должно быть в тумбочке у каждой женщины. Готова? Поехали!

Я, вооружившись блокнотом и ручкой, пишу. Изучаю новинки. Сегодня же устрою рейд по интернет-магазинам косметики, пополню запасы и обновлю ассортимент. Проведу полную ревизию своих косметических средств. Выброшу всё, где истёк срок годности. Это — часть процесса любви к себе.

— И перестань на себе экономить! — советует тренер, — Ты — это главный человек в твоей жизни. Не муж, и не дети, а ты. Запомнит, что любовь начинается с тебя. Полюби себя, а уж затем дели остатки любви между всеми, кто этого заслуживает.

Я ловлю себя на том, что киваю. И улыбаюсь при этом. Глупо, наверное? Но чувство такое, как будто она говорит это именно мне. Интересная женщина. Надо же! Темноволосая, стрижка каре. Очень красивая, верно, моложе меня. Но не то, чтобы очень намного. Будь она, к примеру, юной нимфеткой с надутыми губами и наращенными ногтями, я бы не купила этот курс. Но она — настоящая! Всё от природы. Уважаю таких.

Под конец коуч-сессии, я уже исписала блокнот. И это только один из уроков. Думаю, что к финалу курса, я наберусь женской мудрости и полюблю себя так, как никто не полюбит…

— Э… Марина? — слышу знакомое.

Поднимаю глаза. На пороге Борис. Он оглядывается по сторонам, словно хочет увидеть кого-то ещё. С опозданием я вспоминаю, что голая. Но вместо того, чтобы прикрыться, смеюсь. Бросаю блокнот на кровать. Надеваю пижаму.

— Привет! — говорю, — Почему без звонка?

— Ты одна? — хмурит он брови.

— Да, — отвечаю я, — Видео слушала.

— Ммм, — говорит, подойдя. Замирает при взгляде на экран моего ноутбука, — Аааа… это… это что?

— Борь! — отвечаю, — Тебе оно надо?

Беру с тумбочки серьги, резинку. А вот кольцо обручальное решаю не надевать. Незаметно кладу его в ящик. Попробую так походить, без кольца. Хотя, без него, пускай даже в одежде, я ощущаю себя словно голая.

Глава 38. Борис

Я пришёл без звонка, но с цветами и тортиком. Это не очередная попытка примирения с женой. Просто намёк на то, что я помню! Её любимые цветы, пепел розы. Её любимая выпечка — торт «Крем-брюле». Надеюсь, хоть чаем напоит? Не выгонит? Ведь я ничего не прошу.

Уже на пороге, решив появиться внезапно, я слышу знакомые нотки. И сердце сжимает в тиски. Это… Лида! Её голос, её интонации. Её смешливость и гордость не спутать ни с чем. Я оседаю на пуф, предназначенный для обувания.

— Ты — это главный человек в твоей жизни, — вещает она, — Не муж, и не дети, а ты. Запомнит, что любовь начинается с тебя.

Что это? Что? Она что, она здесь? У нас дома. И учит мою жену уму-разуму. Нет! Я не вынесу этого. Просто не вынесу, если Лида с Мариной подружатся. Если они будут против меня…

Ставлю туфли на полку, подальше от Маркизы. Она уже дважды нагадила в них! Раньше подобных привычек за ней не наблюдалось. Она вообще у нас — очень послушная кошка. С детства ходила в лоток. С ней и проблем-то особенных не было! А тут на тебе. Исполняет.

Задержав дыхание, оставив цветы и торт на комоде, я понимаю, что звук приглушённый. Он доносится из нашей спальни с Мариной. Сглотнув, представляю, как Лида сидит на тахте, нога на ногу. Одна рука небрежно лежит на колене. Другая жестикулирует. Тёмные волосы обрамляют лицо. Взгляд расслабленный, на губах играет мягкая улыбка.

А Марина? Она как узнала? Ведь я же… Ведь я не рассказывал ей ничего. Или рассказывал? Уже сам сомневаюсь.

По стеночке, тихо иду в направлении спальни. У двери замираю. И вижу, чуть выглянув внутрь…

Маринка сидит на постели с ногами. И пишет что-то усердно в альбом. Она… голая! Абсолютно. Даже без трусиков, кажется. Перед ней открыт ноутбук. Я пытаюсь увидеть пространство вокруг неё. Вроде бы там никого постороннего. Значит, звук из компьютера? Они с Лидой по видеосвязи общаются? Может, она знала Лиду до этого? Может, они всё подстроили, чтобы проверить меня?

Захожу, и решительным шагом иду к ней. Маринка пугается. Взгляд у неё не злорадный. Обычный такой.