Он смотрит поверх моего плеча, мы оба тяжело дышим и не можем отвести взгляд, пока он наполняет меня. То, как его руки скользят по моему телу, как его татуировки кажутся ещё темнее в тени, — всё это делает меня ещё более влажной. Моя грудь пылает от жара, а соски так сильно покалывают, что я тянусь к ним и нежно сжимаю их большим и указательным пальцами.

— Видишь? Посмотри на себя. Ты ещё будешь говорить, что не жаждешь этого?

— Может, это ты жаждешь этого.

Наши взгляды встречаются в зеркале. Тёмное на тёмном.

Он поднимает меня и снова опускает. Я всхлипываю, отказываясь признаваться ему в этом вслух. Отказаться от этой последней крупицы власти чертовски сложно.

Он тихо посмеивается над моим молчанием и кусает меня за плечо, а затем смазывает укус восхитительным движением языка.

— Отчаянно хочу раз и навсегда заполнить тугую маленькую киску моей жены?

Я вдыхаю воздух, когда он снова движется. Выходит. Толкается.

— Зачем мне вообще это отрицать? Тем более, что я обещал тебе больше никаких секретов? — Темп между нами ускоряется. Его толчки становятся быстрее. Подушечки моих пальцев пощипывают сильнее. Его мягкие губы и колючая щетина на сгибе моей шеи заставляют меня извиваться у него на коленях, так что я практически подпрыгиваю на нём.

— Я мечтал о том, чтобы нагнуть тебя с того самого дня, как ты вошла в мой дом, Тэбби. Так что да, я бы сказал, что я отчаянно этого хочу.

— Чёрт. — От человека, который до этого вообще ничего мне не говорил, это признание звучит как удар кувалдой. По всему моему телу разливается тепло, а подколенные сухожилия напрягаются.

Его ладонь скользит по моей груди, пальцы с поразительной точностью находят мой клитор. Он водит ими по клитору, пока мы двигаемся в унисон.

— Но, думаю, больше всего я хочу увидеть, как ты кончаешь. Прямо здесь, на моём члене, где я могу наблюдать за тобой.

Один взгляд в зеркало — и его пронзительный взгляд пронзает меня. Я выгляжу совершенно распутной. Дикой в его объятиях. Его пальцы ласкают мой клитор. Его член наполняет меня. И его слова сводят меня с ума.

Я кончаю бурно и быстро, с хриплым криком, от которого меня бросает вперёд. Жар разливается по всем конечностям, и всё моё тело пульсирует. По коже пробегает дрожь, а сердце бьётся в такт его сердцу.

Я слишком обдолбана, чтобы держать глаза открытыми, и не смотрюсь в зеркало. Но он смотрит.

Я слышу его хриплое: «Чертовски красивая», — прямо перед тем, как его хватка становится жестче. Он трахает меня с безрассудной страстью, а моя киска продолжает сжиматься вокруг него.

Через несколько секунд он присоединяется ко мне. Его семя изливается в меня, и я принимаю его, наслаждаясь каждым толчком его члена.

Он поднимает меня, не выходя из меня, прижимает спиной к себе и упирается лбом мне в плечо, пока мы оба пытаемся отдышаться.

И я могу думать только о том, что отчаянно нуждаюсь в этом. Потому что я определённо хочу повторить.

Глава 35

РИС

Я просыпаюсь в том же подвале, где просыпался много раз за последние пару месяцев, но сегодня всё по-другому.

Меня окружают цвета, текстуры и продуманные детали.

Клео свернулась калачиком у моих ног.

А Табита прижимается ко мне — обнажённая — и кладёт руку мне на грудь.

Не уверен, что когда-либо открывал глаза и чувствовал себя таким счастливым. Итак, я дома. Как будто я мог бы просто лежать здесь весь день, впитывая это.

Даже после всей той грусти и правды, которыми мы поделились прошлой ночью, я чувствую, что с моих плеч как будто спало бремя. Тяжесть мира сегодня не такая тяжелая.

Я всегда держал себя в ежовых рукавицах. Но у меня никогда не было Табиты. На моей стороне была такая сильная и преданная женщина. Я наблюдал за ней с момента нашей первой встречи. Она была заботливой и всегда оберегала свою семью. Мне это казалось таким непривычным, как будто я наблюдал за этим со стороны, но сам никогда не испытывал ничего подобного.

Сегодня утром я уже не так уверен, что был прав. Сегодня утром мне кажется, что я, возможно, уже всё понял и просто осознаю это.

Я вижу, что моя неуклюжая попытка оградить её от правды могла обернуться катастрофой. Но этого не произошло, потому что она — это она. Когда дело касается людей, которых она любит, она не сдаётся.

Любовь.

Я смотрю на неё сверху вниз и задаюсь вопросом, так ли это на самом деле. Это теплое, радостное чувство, когда я смотрю на неё, сменяется холодным, подавленным страхом, когда мне приходится уходить.

Я чувствовала это с Майло, но не так, как сейчас. Не так, когда больно дышать и я не могу ни на чём сосредоточиться, потому что вижу только её.

Табите понравилось бы это шоу.

Табита приготовила бы блюдо получше.

Чёрт, я вижу другую женщину в красивом пальто и думаю, что мне стоит купить такое для Тэбби. В этом пальто она будет чертовски хороша.

Я не могу даже ступить на ринг, не задаваясь вопросом, смотрит ли она.

Начинается ли любовь с одержимости? Потому что я одержим.

Одержим своей женой.

Она шевелится, прижимаясь ко мне, и я смотрю на неё. Глаза всё ещё опухшие от слёз, но губы расслаблены и слегка приоткрыты, пока она отдыхает.

Я ничего не могу с собой поделать. Я вытягиваю шею и прижимаюсь губами к её волосам, покрывая поцелуями шелковистые пряди, и тут замечаю, что они спутаны. Доказательство того, что она вышла из холодного душа и сразу легла в мою постель. Ко мне.

Я медленно провожу пальцами по её волосам, аккуратно распутывая узелки, пока не могу свободно пропускать пряди сквозь пальцы. Затем