Эта мысль мгновенно стряхнула с него сон. «Мэдок пообещал сэру Паламону, что тот примет участие в бит­ве, которая покроет его вечной славой. Неужели настал час этой битвы?»

В душу Рэндала закралось подозрение, что так оно и есть. Но он очень устал. Было уже поздно, а сегодня ему пришлось немало поколдовать. Он лег на тюфяк и рассла­бился, как учили в Школе. Вскоре пришел сон, но он был наполнен сновидениями — обрывочные, противоречи­вые образы клубились вокруг юноши, погруженного в тя­желую дремоту. Он понимал, что спит, но не мог ухватить ни одно ускользающее видение, не мог и проснуться.

Вдруг его ослепила яркая белая вспышка молнии. Рэндал испуганно огляделся и обнаружил, что стоит посреди сумрачной гулкой пещеры, освещенной только трепещущим пламенем факелов. Факелы эти колыха­лись в руках у длинной процессии мужчин и женщин, следующих за гробом. Погребальные дроги везли чье-то неподвижное тело.

«Кто же умер?» — заинтересовался Рэндал. Но выяс­нить ничего не успел — картина переменилась, и он по­нял, что погребальная процессия провожает его самого. Он лежал на дощатых дрогах, в окружении охапок цве­тов, видел свет факелов и чувствовал сбивчивый ритм шагов.

Рэндал посмотрел направо и увидел Лиз. Девушка шла рядом с дрогами, неся в руках вдребезги разбитую лютню. По ее лицу текли слезы. Она склонилась и загля­нула Рэндалу в глаза.

«Кого она оплакивает — меня или лютню?» — поду­мал он.

— Я не... — начал Рэндал, но закончить не успел. На лицо ему, отрезая от света и звуков, перекрывая дыха­ние, опустился саван.

Он забарахтался, выпутываясь из савана, — и обнару­жил, что сражается с собственной простыней на посте­ли. Узкое окно каморки, через которое пробивался блед­ный свет зари, казалось сероватой щелью в черной стене замка.

Рэндал сел, содрогаясь от приснившегося кошмара. «Все было будто наяву, — думал он. — Как во всех других сновидениях, которые приходят непрошеными и оказы­ваются вещими. — Он встал, нашарил рубаху и мантию подмастерья-волшебника. — Надо с кем-нибудь погово­рить об этом».

Почти весь замок был погружен в сон. Рэндал вышел из каморки в главный зал. Ему пришлось пробираться

среди спящих, закутанных в плащи или одеяла. Пять лет назад, когда Рэндал покинул зал, чтобы найти мастера Мэдока и попроситься к нему в ученики, мальчик оты­скал его у окна в главной башне. Теперь Рэндал решил направиться туда же.

Но лестница была пуста, а из окна виднелись только поля, окутанные туманом. На вершине башни он обна­ружил не волшебника, а своего двоюродного брата. Сэр Уолтер стоял, облокотившись о высокий парапет, и смо­трел на туман, скрывающий окрестности Дуна: плотная серая пелена, такая плотная, что под ней ничего нельзя было разглядеть, тянулась насколько хватало глаз, и у горизонта смыкалась с угрюмым серым небом. Услышав шаги Рэндала, Уолтер обернулся к нему.

— Тоже не спится? — сочувственно проронил он.

— Сон дурной приснился, — ответил Рэндал.

Он подошел к старшему брату и остановился, глядя в туман. Где-то в дымке скрывался магический круг, который он нарисовал вокруг замка, а мастер Мэдок привел в действие. Юноша чувствовал, как их окуты­вает его защитная сила, хотя сам круг оставался неви­димым.

— Сон дурной, — повторил Уолтер. Его голос звучал невесело. — Примерно такой же, какой тебе снился на­кануне того дня, когда меня ранили в Таттинхеме?

— И такой же, и не такой же, — ответил Рэндал. — Я видел во сне себя самого... Мне кажется, я все-таки подведу вас — или сделаю что-то не так, или не сделаю чего-то нужного... точно не знаю. Но мои сны тем или иным путем сбываются, и сейчас мне страшно.

Уолтер коротко рассмеялся.

— Так чем же вы, волшебники, отличаетесь от обыч­ных людей?

— Я боюсь не за себя, — со вздохом ответил Рэндал. — Слишком многое поставлено на карту — корона, коро­левство, а может быть, судьба всего мира. И я оказался прямо посреди этой борьбы. Я, подмастерье-волшеб­ник, который в школьные годы и свечу-то не мог зажечь после двух лет учебы! Откуда же мне знать, правильно я поступаю или нет!

— Не знаю, что тебе и ответить, — проговорил Уолтер, помолчав минуту. — Могу только повторить совет, кото­рый отец дал мне в тот день, когда я покинул замок Дун, чтобы участвовать в турнирах: «Будь верен своему слову, не навлекай позора на тех, кто учил тебя». Хороший со­вет для рыцаря. Но для волшебника... Не знаю. Прости, Рэнди.

— Не извиняйся, — ответил Рэндал. — Не за что.

Они с Уолтером еще долго стояли бок о бок, в молча­нии прислонившись к стене и глядя вдаль. Занимался рассвет, кое-где под лучами восходящего солнца туман медленно рассеивался. А когда он совсем исчез, откры­лась страшная картина: все холмы и равнины вокруг Ду­на были усеяны разноцветными знаменами и палатка­ми. К стенам замка пришла армия Хьюго де ла Корра.

Глава 7

Магические врата

Уолтер устало оттолкнулся от парапета.

— Пора надевать доспехи и вооружаться.

Рэндал вздохнул.

— Если увидишь лорда Элайна, скажи ему, что маги­ческий круг пока еще держит защиту.

— Откуда ты знаешь?

— Я бы почувствовал, если бы он распался, — ответил волшебник. — Кроме того, сам видишь, даже туман сна­ружи не вползает через границу.

Уолтер направился вниз по лестнице. Рэндал остался на башне, глядя на вражеский лагерь. Часовые на стенах замка уже тревожно перекликались; издалека, с поля за стенами, доносились громкие крики и рев горнов. За спиной у Рэндала послышались шаги; юноша обернул­ся и увидел своего дядю и мастера Мэдока.

— Как только встанет солнце, де ла Корр пришлет ге­рольда, — говорил лорд Элайн волшебнику. — Я могу и подождать.

— Что вы ему ответите? — поинтересовался Рэндал.

— Только то, о чем он и без того догадывается, — от­ветил лорд Элайн. — Что замок Дун не присягнет ему в верности и не сдастся. — Он подошел к парапету и об­локотился о камни, точно так же, как Уолтер всего минуту назад. — По крайней мере, формальности будут со­блюдены.

Мастер Мэдок тронул Рэндала за плечо.

— Рэндал, малыш... нам нужно поговорить с тобой. Пойдем вниз.

Озадаченный юноша спустился вслед за мастером-волшебником по винтовой лестнице. Мэдок остановил­ся у двери в светелку. Возле двери стоял сэр Паламон в полном боевом облачении, с мечом на поясе.

— Откройте