— Я в бешенстве, — призналась Маня. — Не спрашивай только ни о чем. Найди мне быстро лучшую ветеринарную клинику в Пятигорске. Или в Кисловодске, тут до него близко.

— Так.

— Быстрее, Володя!

— Улица Гоголя, двадцать четыре. Круглосуточно, дорого, все услуги. Называется «Помощь другу». Запомнила?

— Гоголя, двадцать четыре — это далеко? — спросила Маня у девушки, швырнув телефон в рюкзак. — Ты знаешь где?

— Тут… рядом совсем… — пролепетала девушка.

Манин вид ее пугал.

— Вставай, и быстро бежим! Дай сюда… эту твою собаку!

Маня решительно запихала под футболку завернутое в шелк тельце и выволокла из-под скамейки Вольку.

— Бегом!..

Бежать пришлось опять вверх. Маня вся обливалась потом, дышала пересохшим ртом и ежесекундно проверяла, живо ли еще существо.

Оно пока держалось.

В клинику «Помощь другу» Маня ввалилась, чуть не выбив стеклянную дверь.

— Дама, вы что, с ума сошли?!

— Нам срочно нужна помощь, — громко заговорила Маня, наступая на медсестру, которая в испуге поднялась из-за письменного стола и попятилась. — У нас собака умирает, вот прямо сейчас! Нам нужен самый лучший врач!.. Вы слышите?! Где он?!

— Я самый лучший врач, и я все слышу, — из-за двери показался высокий дядька в зеленой робе и шапочке. — Что за истерики? Что у вас случилось?

— Вот! — Маня высоко, до лифчика, задрала футболку и бережно вытащила существо. — Она умирает от истощения. Ее заморили какие-то садисты. Вроде бы уже поздно и ничего сделать нельзя, но вдруг можно?

Высокий посмотрел на Маню поверх очков, а потом перевел взгляд на сверток, вынул его у Мани из рук, положил на сестринский стол, развернул и дернул головой.

Вид у него сделался неприязненный.

— Лена, грелку, термоодеяло, глюкозы ноль пять, самую тонкую иглу, физраствор обычную дозу, выбривайте все лапы, не знаю, как я там буду вены искать! В процедурную на первый стол.

Медсестра подхватила существо и унесла, оглядываясь на Маню.

— Не знаю, — сказал доктор с отвращением. Судя по всему, он был уверен, что собаку заморила именно Маня! — Вряд ли. И дорого это все.

— У меня тьма денег, — Маня тяжело опустилась на стул, схватилась за левую ногу и с силой втянула в себя воздух, так стало больно. — Об этом вообще не думайте.

— Вы ее так довели? С позволения сказать, собаку?

— Мы не знаем кто, — соврала Маня очень твердо. — Мы ее такой подобрали.

— Ну-ну.

И ушел в глубину клиники.

Стало тихо, и словно от тишины проснулись запахи — Маня почувствовала, как тянет хлоркой, спиртом и еще чем-то больничным, неприятным, тревожным.

— У меня денег нет совсем, — призналась девушка. — А мама сказала, не даст.

— Как тебя зовут?

— Лера.

— А собаку?

— Лидо! — И девушка вдруг улыбнулась: — Мне показалось, что это такое веселое имя!.. Ей год всего, она совсем молодая.

— Да, — согласилась Маня. — Стало быть, Лидочка. Имя веселое, собака молодая.

В коридоре показался высокий доктор.

— А я попал, — сказал он хвастливо. — Я нашел вену и попал, и даже катетер встал как надо. Ай да Пушкин, ай да сукин сын!..

Подошел и спросил у Мани:

— Что у вас с ногой? Упали?

— Все в порядке с моей ногой, — заторопилась Маня. — Я давно повредила, а потом еще была травма, когда я с велосипеда упала. Травма на травме не очень хорошо, но связки срослись, так что ничего страшного.

— Ясно, ясно, — любезно согласился доктор. — Лена, даме льда на колено. Дама, посидите десять минут с ледяным компрессом.

— Мне не нужно, спасибо…

— Мне нужно! — рявкнул доктор. — Кто здесь врач? Вы или Пушкин?!

И опять скрылся.

Пришла медсестра, подала Мане плоскую резиновую подушку со льдом.

— Приложите к колену и терпите сколько сможете.

— Лена! — взревел издалека доктор, и медсестра умчалась.

Маня пристроила подушку на ногу и огляделась по сторонам.

— Странно, что никого нет. В ветклиниках всегда толпа — собаки, коты, попугаи, куры всякие, хомяки. Свиньи тоже. Может, это какая-то… плохая клиника? Сюда никто не ходит?..

— Весь город сюда ходит! — объявил, вновь появляясь из коридора, высокий доктор. — И сейчас у меня прием, между прочим, а я с вами должен валандаться! А меня ждут!..

— Где ждут? — не поняла Маня.

— Вы со служебного входа вбежали, — подала голос вернувшаяся медсестра. — У нас прием с той стороны, дверь из сада. А тут, видите, написано «Служебный вход»?

— Я не заметила.

— Да где уж вам было заметить! — Доктор фыркнул, напомнив Мане старого князя Васильчикова из «временного континуума». — Вы лучше скажите, откуда взялся этот… заморыш. Я наряд вызову, пусть уголовное дело заводят. Издевательства над животными у нас законом запрещены!

Лера открыла было рот, но Маня не дала ей ничего сказать.

— Мы нашли… на скамейке, где памятник Ленину, только что, — бойко и правдиво соврала она. — У меня от холода коленка ничего не чувствует.

— Это просто прекрасно, — похвалил доктор. — Вашей коленке противопоказаны жесткие нагрузки, ее нужно серьезно лечить, а кто будет лечить? Пушкин?

Маня моргнула.

— А вторая собачка как себя чувствует? Ей помощь не нужна?

Волька терпеть не мог ветеринарных клиник и людей в зеленых робах и шапочках, поэтому сидел рядом с хозяйкой очень прямо, строгий и готовый ко всему.

— Вижу, вижу, — сказал ему доктор. — Ты молодцом.

— Василий Иванович, у нас там… очередь огромная, и все по записи, и все к вам.

— Да, — словно спохватился доктор. — Значит, собака остается в стационаре. Мы постараемся спасти, но не знаю, не знаю. Хотя она молодая еще, почти щенок, может, и выкарабкается.

— Ей год, — пискнула Лера.

Доктор не обратил на девушку никакого внимания.

— Будем для начала лить поддерживающие препараты, ну, физраствор, разумеется, потом обезвоживание у нее почти критическое. Дама, я вас где-то видел. Это возможно?

— Возможно, — согласилась Маня, у которой при слове «выкарабкается» немного отлегло от сердца. — Я писательница, иногда выступаю в разных… программах.

— Точно! — громко и радостно воскликнула медсестра. — Вы Покровская! Марина Покровская! Я, когда маленькая была, ваши детективы обожала! Мне мама давала!..

— Я обязательно подпишу вашей маме книжку, — пообещала Маня. — И мы, наверное, должны заплатить, да?

— Это уж тоооочно!.. И кое-что подкупить из препаратов, чего у нас нет, я сейчас напишу. Вы купите и завтра принесете, сегодня не нужно ничего, только капельница.

Доктор боком присел за сестринский стол и принялся что-то коряво писать на бланке.

— Вот с этим в ветеринарную аптеку. Завтра сначала позвоните, мало ли что.

— Она не умрет? Лидо? — вдруг спросила Лера. — Может быть, Лидо все-таки не умрет?

— Собачка вам сама на лавочке сказала, как ее зовут? — осведомился доктор. — Возле памятника Ленину?..

…И вот