— Ты должна уехать, — не оборачиваясь, отчеканила Анна. — Подальше. Я все знаю. Из своей деревни ты моментально примчишься обратно и будешь заниматься чем угодно, только не романом.

«Чем угодно» означало, что Маня опять затеет детективное расследование. Должна же она узнать, кто задушил бедолагу Толяна Истомина подушкой в собственной гримерной!..

Почти на глазах сотни человек!

И Маня почти предсказала убийство!..

— Куда ты хочешь поехать?

— А?

— Я спрашиваю, куда тебе хочется поехать? Может быть, на море? В Сочи сейчас слишком жарко и многолюдно, зато в Калиниграде прекрасно. И Балтика, на мой вкус, гораздо приятней теплых морей.

— Анна Иосифовна, не выдумывайте. Никуда я сейчас не поеду, у меня… и денег нет, я почти год не пишу.

— Зато у меня есть деньги, — перебила Анна. — Итак, куда?

— Анна Иосифовна…

— Маня, я прошу тебя, не отнимай у меня время. Я и так бесконечно тобой занимаюсь! Если и я перестану работать, мы все пойдем по миру.

— Это точно…

Некая мысль грозовой молнией… нет, лучше быстрокрылой ласточкой… нет, пожалуй, падающим метеором промелькнула в писательской голове.

Это была не совсем добропорядочная мысль, пожалуй, даже постыдная, но Маня набрала воздуха и выпалила:

— Я хочу поехать в Пятигорск.

Анна, ничего не заподозрившая, живо оглянулась:

— Именно в Пятигорск? Не в Кисловодск? Там прекрасные санатории.

— Слишком жарко и многолюдно.

— Ты думаешь, в Пятигорске прохладней?.. — Анна вернулась за стол и принялась записывать. — На самом деле, это интересно. Я только три дня назад получила приглашение на открытие прелестной гостиницы. Постой, как же она называется? Одну секунду. Да, вот. Отель «Лермонтовские ванны».

— Вы бываете в Пятигорске? — поразилась Маня.

— Каждый сентябрь, — ответила Анна как ни в чем не бывало. — Российский фонд культуры проводит там превосходный форум, я никогда не пропускаю. А что тебя удивляет?

Маню удивляло в Анне… все.

Сколько лет она знала свою издательницу, столько лет удивлялась!

Вот и Пятигорск, пришедший Мане в голову только что, оказался знакомым и давно освоенным Анной местом.

Должно быть, если бы писательница выказала желание отправиться на остров Итуруп, оказалось бы, что у издательницы там давно присмотрен прелестный домик на берегу Тихого океана и есть знакомый капитан, готовый в любую минуту выйти в море, чтобы писательница смогла в свободное от работы время заняться промыслом палтуса!..

…Может, в мире и впрямь есть какая-то другая логика, не та, что у всех на виду? Может, он и впрямь устроен удобно и надежно?.. И совсем не так плохо и страшно, как кажется?

— Анна Иосифовна, — спросила Маня вкрадчиво, — вы что, в Пятигорске всех знаете?..

— Нет, только мэра, очень толковый молодой человек. А почему ты спрашиваешь?

Маня спрашивала потому, что ей решительно не хотелось встретить там каких-нибудь Анниных знакомых!

— Я ему позвоню, — продолжала Анна, — чтобы за тобой там присмотрели и ты ни в чем не нуждалась.

— Не нужно, пожалуйста! Я вас умоляю! Ну, правда! Мне всегда так неловко, когда за мной… присматривают!..

Анна нажала кнопку на переговорном устройстве:

— Леночка, поторопите чай. И запишите, пожалуйста, билет в Минеральные Воды на Марию Алексеевну Поливанову, бизнес-класс, не забудьте доплатить за собаку. Машину, чтобы встретили в аэропорту. В Пятигорске в отеле «Лермонтовские ванны» люкс с завтраком, окна на гору, а не на променад. Допустим, на послезавтра.

— Анна Иосифовна, я не успею!..

Та и ухом не повела.

— С открытой датой, мы не можем быть уверены, что Мария Алексеевна закончит книгу в какой-то определенный день. Лена, минут через двадцать соедините меня с директором отеля, а потом с мэром Пятигорска. Пока все, спасибо.

— Ничего себе, все, — пробормотала Маня и повесила голову.

Теперь, когда Пятигорск стал неотвратимой реальностью, а не быстрокрылой ласточкой, промелькнувшей у нее голове, затея показалась ей дикой.

— Там сейчас жарко и просто прекрасно, — Анна улыбалась. Она была уверена, что идеальное решение найдено. — Бери сарафаны и шляпы. И льняные костюмы. И все для минеральных ванн. В Пятигорске отпускают целебные ванны, ты как раз подлечишь свою ногу.

— Анна Иосифовна!

— Обязательно наведайся к Лермонтову. Домик совсем рядом. Я позвоню директору музея и…

— Анна Иосифовна!

— …тебе дадут лучшего экскурсовода. Его зовут Даниил, он большой дамский угодник и знаток своего дела. И, пожалуйста, не забудь передать мой поклон и привет.

— Экскурсоводу?

— Михаилу Лермонтову, — сказала Анна и улыбнулась.

— Господи, что это за место?!

Маня нащупала кнопку и опустила стекло.

В лицо ударили жаркий воздух, музыка, громкий говор, гудки машин, звуки аккордеона, запахи цветов и дыма мангалов.

— Так это и есть Цветник, — водитель посмотрел на нее в зеркало заднего вида. — Вы здесь живете!

— В Цветнике?!

— Да, по правую руку.

Маня никогда не видела таких чудес — может быть, только в фильмах пятидесятых годов прошлого века, где герои отправлялись «на воды»!

В обе стороны от вымощенной брусчаткой улицы расходился то ли бульвар, то ли парк, запруженный гуляющими в шляпах, парусиновых брюках и легких платьях. Все люди казались загорелыми и веселыми. Буйство цветов невозможно было осознать — они казались смоделированными на компьютере, ибо в реальной жизни такого просто быть не могло. С левой стороны возвышался островерхий, почти готический дом с бронзовой вывеской «Кофейня…» и какая-то греческая фамилия — Маня не успела рассмотреть, — а за ним еще один замок, голубой, летящий, тонкий!.. На лавочках сидели дамы под кружевными зонтами и мужчины, занятые шахматами и нардами, словно вокруг не было никакой толпы! Человек в белом картузе наяривал на аккордеоне «Миллион алых роз», вокруг него стояли несколько дородных теток и пели хором. Разносчик, перекрикивая песню про розы, повторял нараспев: «Моррожено! Пятигорско моррооожено! Само вкусно в мире морожено!»

Мане немедленно захотелось мороженого!

…Да, но как и где она станет жить и писать свой роман, когда вокруг… такая бурная жизнь?!

— Да мы уже приехали, — словно угадал ее мысли водитель. — Можно выходить. Вещи я принесу.

Маня начала неловко выбираться из салона.

— А куда идти?

— Во-он, видите?

Маня посмотрела, куда он показывал.

Длинное одноэтажное здание с высокими усадебными дверьми, треугольной классической крышей, выстроенное словно из итальянского яркого и веселого камня, имело два крыла и располагалось ближе к горе, движение и гомон толпы не достигали ее. На узких клумбах, обрамляющих вход, тоже буйствовали неземной красоты цветы.

«Лермонтовские ванны» — название на фронтоне набрано скромным золотом.

…Да уж.

Разумеется, Анна Иосифовна не могла не знать о существовании такого прекрасного места!..

«Объект культурного наследия» — было написано на табличке возле одной из дверей.

Впрочем, и без таблички было