— Добрый день, магистр Эйртон, — Джесс слегка смутилась от прозвучавшего намека, но проигнорировала его, проходя дальше и с интересом оглядываясь.

Кабинет был небольшим, но обставлен массивной добротной мебелью, строго и без излишеств.

— Присаживайся, ну и фамильяра стоит вытащить, пока у нее не случился приступ клаустрафобии — магистр указал на одно из двух кресел для посетителей, в глазах мелькнули смешинки.

— Фамильяры не болеют человеческими болезнями, — педантично отозвалась Люсинда из рюкзака.

— Да, они просто страдают от несовершенства мира, я слышал.

Джесс прошла и расположилась в предложенном кресле, оказавшемся на удивление удобным и обманчиво расслабляющим. Притихшая Люсинда была извлечена из своего убежища и с чувством собственного достоинства топталась на коленях хозяйки, устраиваясь поудобнее.

Чтобы не сидеть просто так, пока мужчина заканчивал изучать бумаги, девушка вытащила из рюкзака прихваченные с собой дела студентов, прочитанных накануне, и положила перед собой на стол.

— Итак, перейдем сразу к делу, — магистр отложил последний лист и выжидающе посмотрел на Джесс, — что ты можешь сказать по поводу изученных документов?

— Хм, немного.

— Хотелось бы услышать подробнее.

— Учитывая скудность полученной информации, могу сказать, что из всех дел вызывают вопросы лишь 7 адептов, отчисленных за первый год, и 13 — за второй. Все обладают довольно высоким магическим потенциалом, вели перспективные разработки, да и нареканий в учебе не имели… до отчисления. Значит вопрос не в успеваемости, а в прикрытии их исчезновения. Причинами такого массового исчезновения, думаю, Вы уже озадачились и, наверняка, даже список запрещенных подходящих ритуалов подготовили, как и список подозреваемых. Это один момент.

— А второй?

— А второй — все это видно сразу, лежит на поверхности и мое дилетантское мнение Вам совершенно не нужно. Значит Вам важно другое.

— И что же?

— Чтобы я делилась слухами, если попадется что-то интересное. Привлекла внимание интересом к этому вопросу, и оказалась в роли приманки, если представится такая возможность.

— Джесс, а давай переведемся в Академию Люмера… что-то мне этот вариант с запрещенными ритуалами не нравится! Я слышала, в Люмере прекрасное разностороннее образование! — подала голос Люсинда, настороженно прислушивающаяся к беседе.

— Не буду отрицать. И нет, милая Люсинда, побег в Люмер я бы не рекомендовал… тем более, что там учатся в основном оборотни. Можешь себе представить массу дополнительных неприятностей, которые могут быть с ними связаны? — продолжать магистр не стал, ожидая, что еще добавит Джесс к уже сказанному. О, ей было, что добавить! Люсинда же молча переваривала мысль о неприятностях.

— Учитывая, что я сейчас услышала интересную информацию, об исчезновении некоей дочери графа, и о скором приезде в академию какого-то ее родственника, хочу напомнить, что по нашему соглашению, если эти слухи правдивы, Вы ограждаете меня от их возможного внимания.

— Даже не сомневайтесь! — глаза магистра Эйртона опасно блеснули, — совершенно случайно я нашел прекрасный способ оградить милую графиню Равенкрофт от ее опекунов… навсегда.

— Да, и какой же?

— Посадит их в застенки инквизиции и потеряет ключи, — злодейски хихикнула Люсинда.

— Ну что Вы, все намного проще, кровожадное создание. С некоторых пор Его Величество оказался серьезно обеспокоен судьбой знатных сирот королевства.

— И что же? — Джесс почувствовала, как в ней зарождается нехорошее предчувствие, да и тон магистра был подозрительно жизнерадостным.

— Проводятся проверки, в ходе которых выясняется, что далеко не все опекуны достойно справляются с обязательствами, возложенными на них короной.

— И что, опекунов заменят? — нет, это точно не может быть так просто. Да и знакомое зло во многих случаях лучше зла неизвестного!

— Его Величество оказался настолько озабочен судьбой несчастной сиротки, оставшейся единственной наследницей рода, что волнуясь о ее светлом будущем, подписал… — мужчина сделал небольшую паузу, склоняясь чуть вперед, — разрешение на брак между герцогом Кайденом Риверном и графиней Джессикой Блейк Равенкрафт, — Джесс со все возрастающим ужасом слушала магистра Эйртона, который был удивительно спокоен. Хотя было в выражении его глаз что-то неопознаваемое.

Несколько секунд потрясенной тишины, девушка резко вскочила, и не ожидавшая такого резкого маневра Люсинда с тихим писком шлепнулась на пол.

— Но я не собираюсь… — она осеклась, пытаясь вернуть самообладание, вернулась на свое место, а Люсинда тут же заскочила обратно на колени хозяйки, — Вам не кажется, что крайне жестоко со стороны Его Величества насильно выдавать девушку за совершенно не знакомого человека! Да и герцог Риверн вряд ли будет рад подобному браку.

— Ой что делается-то, люди добрые! Средь бела дня...— тихонечко пропищала Люсинда, но осеклась под пристальным взглядом магистра:

— Такое беспокойство о незнакомых людях весьма похвально, но с решениями Его Величества не спорят, — из голоса исчезла прежняя мягкость и легкая насмешливость.

Джесс уже давно научилась моментально справляться со своими эмоциями, по крайней мере внешне они никак не отражались:

— Вы совершенно правы. Я была слишком импульсивна и резка в высказываниях. Если у Вас нет для меня заданий или поручений, я, пожалуй пойду, день был слишком насыщенный, и еще нужно зайти в библиотеку.

— Я свяжусь с Вами по артефакту связи. Всего доброго! — и магистр переключился на лежащие перед ним бумаги.

Джесс подхватила Люсинду и поспешно вышла из кабинета. В груди пекло, на глаза наворачивались злые слезы. Еще никогда она не чувствовала такую беспомощность. Она ожидала подвоха совсем с другой стороны, а оказалась, что опасаться нужно было не этого!

— Нам нужен новый план!

— Нам нужно в библиотеку! Занятия только начались, увы, к докладам нужно готовиться не только морально.

— Ты такая зануда, когда дело касается учебы! Хотя, когда дело не касается учебы, ты еще и педантична. И как я вообще тебя терплю?

— Кх-кх, — Джесс даже слов не смогла найти в ответ, зато почувствовала, как ослабевает тугой ком в горле, который мешал дышать с того момента, как она услышала о своем вероятном замужестве.

— Что кряхтишь, отпустило или, пока идем в обитель знаний, напомнить, что в наследство от любимой бабушки тебе досталась тетрадка с весьма занятными проклятиями, очень полезными в семейной жизни?

— Тц, ну какие проклятия? Просто семейные рецепты, в том числе и травяных сборов, укрепляющих здоровье. И давай не будем обсуждать семейное достояние в стенах академии, на то оно и семейное, а не общественное!

— Говорю же, зануда!

—