Более того, этот разговор у нас происходил не в первый раз, просто я надеялся, что какие-то детали по Покрову всплывут после окончательного выздоровления и восстановления памяти. Надежда умирает последней. Умирает вот примерно сейчас.

— Ты же не управляешь тем, как у тебя кровь разносит кислород, а? Или как желудок переваривает пищу! Или как…

— Я тебя ни в чём не обвиняю, честное слово. Просто мы застряли и не знаем, что делать.

«Застряли» — это мягко сказано. В противном случае не случилось бы и этого разговора, в процессе которого охрана моего тела осталась на спутницах. Часовня была буквально в двух шагах, рукой подать, но одновременно с этим — абсолютно недостижима. И это в тот момент, когда ржавая орда хлынула на штурм очищенной зоны. Пока что защитники держали удар, но с каждой упущенной минутой ситуация могла измениться в худшую сторону.

Полночь, не слезая с подлокотника, протянула руку и сочувственно погладила меня по голове.

— Не переживай, скоро рассветёт. Двери закроются, вся эта мелочь ржавая сама возьмёт и застрянет!

— А к ночи отстрянет, — устало сказал я. — И к ним прибавятся те, что сейчас ворочаются в саркофагах. Уже не такие ржавые, но всё ещё с промытыми мозгами.

Теперь заметно приуныли мы оба. К фактору угрозы гостям, гвардейцам и не привязанным к замку слугам, добавился ещё один — огромная утечка энергии при массовом пробуждении дуллаханов. Сейчас они только нервно дремали в своих каменных гробах, но время было отнюдь не на нашей стороне.

— Я правда не могу убрать барьер, — тихо сказала она. — Даже ослабить не могу, уже пыталась. Может, драконьим огнём его?

Я отрицательно качнул головой.

Мне уже приходил в голову такой вариант — ослабить Покров вокруг часовни и телепортироваться туда, как в башню Вечности. Но даже если притащить Аву или Яна в эту дыру, самому отправиться к главному порталу и совместить процессы, результатом будет лишь моё присутствие в часовне. Только моё, без кого-либо ещё, а подробности ритуала знала одна Далия. Допустим, получу инструкцию, но ошибусь в деталях — и не усыплю безголовых, а накачаю их халявной энергией. И всё это потребует времени, слишком много времени, что иронично для замка, который время замедляет.

К слову, как бы мне ни было приятно сидеть на воображаемом троне, пока меня гладила по голове манифестация собственного замка, нужно было возвращаться. Я лишь хотел задать напоследок один вопрос.

— Зачем ты вообще накрыла часовню Покровом?

Барьер вокруг Полуночи, равно как и других вечных замков, сотворил, настроил и запустил Мастер. Барьер вокруг башни Вечности был необходим, чтобы изолировать непредсказуемую временную аномалию — как выяснилось, скорее он защищал её от внешнего мира, чем наоборот. Но небольшой кусок залов избранных для проведения ритуалов как будто не нуждался в столь радикальных мерах. Мало того, что Полночь отделила его и запихнула в самую глубокую… дыру, так ещё и Покров?

Дело давнее, конечно. Шансы на то, что она помнит этот конкретный момент, близки к нулю.

— Ты никому не расскажешь?

Я удивлённо повернул голову, посмотрев Полуночи прямо в глаза — всё такие же изумительно-чёрные, с отблесками далёких звёзд. Она смотрела ясно и строго, ожидая ответа.

— Не расскажу. Обещаю.

— В общем… место это нехорошее. Оно не только для ритуалов с дуллаханами, понимаешь?

— Не совсем, — осторожно сказал я. — А для чего ещё?

— Да для чего угодно! Если знаешь, как колдовать, можно столько всего во мне поменять оттуда — жуть! Сильнее только из сердца, но к сердцу пройти надо, а сюда…

Я непонимающе моргнул. С одной стороны, можно понять, почему Полночь не торопилась делиться подобной информацией, с другой — всё ещё неясно, как одно вязалось с другим.

— Ну чего непонятного? — вздохнула она. — Там приносили жертвы, много жертв! И добровольных, и не очень, напитывая место силой. Оно силу проводит, конечно, но по чуть-чуть и себе оставляет. Глазом моргнуть не успеешь, за какие-то три-четыре тысячи лет накопила столько, что так просто уже не избавиться! Перенести могу, стереть — нет!

Картина начала вырисовываться. Ритуальная часовня изначально возникла отдельно от залов избранных, а вовсе не как неотъемлемая часть, просто именно в них потом использовалась чаще всего. Основная масса хозяев и не подозревала о том, какие возможности открывает это умеренно непримечательное место, но кто-то да взялся бы экспериментировать. И выяснил бы чрезвычайно интересные вещи.

Сердце позволяло влиять на вечный замок напрямую, в том числе уничтожить его — при очень специфическом сочетании факторов. Тронный зал служил для ритуалов и иных магических сеансов в гармонии с Полуночью, с её одобрения и поддержки. А вот часовня стала местом, позволяющим пропихивать обходные решения, навязать хозяйскую волю в обход сознания замка. Эдакий бэкдор в операционной системе, который можно было перекрыть только очень прямолинейным и грубыми методами — это и произошло.

Интересней всего, что сегодня Полночь в самом деле не могла отменить своё решение, принятое несколько тысячелетий назад. Тогда она принимала его сознательно, а вот поддерживала уже подсознательно — так, что с годами то трансформировалось в автоматический процесс. Может, если бы я дал ей хотя бы пару недель на концентрацию, Покров удалось бы нейтрализовать, но опять же — всё упиралось во время.

— Хорошо хоть Бертрам был не в курсе, — пробормотал я. — Он бы тут дел натворил…

— Он подозревал, но найти не смог. Не говори никому, ладно? И уж точно не записывай!

Я ещё раз пообещал, что не расскажу. Затем закрыл глаза в иллюзорном мире и открыл в мире реальном.

Только для того, чтобы увидеть ржавого дуллахана, занёсшего у меня над головой обломок алебарды.

— Пошёл вон!! — донёсся гневный рык со стороны, и безголового снесла в сторону масса из мускулов и рыже-серой шерсти.

Почти весь сухой участок зала был заполнен врагами — в основном, валяющимися на земле, но около четверти ещё держалось на ногах. Как ждали, сволочи, пока я уйду на сеанс связи, чтобы начать напирать! Мой небольшой отряд стоял намертво, на заранее определённых позициях. Кроме единичного алебардщика, прорваться не смог никто, хотя не сказать, что не пытались. Шестеро бойцов Далии, она сама и Луна бились врукопашную, Кулина в форме мега-слайма прикрывала Лаахизу, а та в свою очередь поднимала павшие тела в ржавых латах и возвращала их в бой на нашей стороне.