плата за такой огромный кусок земли. Я спорить не стала. Решила, что такой щедрый покупатель — это настоящее чудо для нас. Я сказала ему, что мы покинем дом через два дня. Вещей немного, поэтому соберёмся быстро.

— Дальше, — прошептала я.

В тот день я едва понимала, что происходит. Вернулась с поля боя, с пустотой в душе и дымом в лёгких. Подписала бумаги, даже не взглянув на покупателя, и вышла. Мне было всё равно.

Я тогда не хотела ничего — ни дома, ни будущего.

— А он сказал, — продолжила тётушка, нервно обмахиваясь веером, — что нам нет нужды вывозить вещи. А потом протянул мне другую бумагу. Дарственную. На твоё имя, Фелиция.

— Что?

— Дарственную, — повторила она тише. — С того момента ты являлась полноправной хозяйкой в одном лице. Барон сказал, что документ неоспорим, что ни один кредитор твоего отца не сможет отобрать дом. Так как это подарок, а не наследство.

Я прижала ладонь к губам, чувствуя, как очертания комнаты начинают медленно расплываться.

— Но почему? — мой голос дрогнул.

— Не знаю, — всплеснула руками тётушка. — Барон Вейлор просто сказал, что действует «по поручению высокопоставленного лица». Я решила, что, возможно, это кто-то из знакомых вашего отца решил нам помочь. Или… — она на миг запнулась, — сам ваш отец. Я подумала, может он всё-таки жив и хочет таким образом исправить то, что натворил. Просто у него не хватило духу посмотреть в глаза взрослым дочерям.

— И вы не пытались узнать, кто это был?

— Конечно, пыталась! — горячо воскликнула она. — Но барон стоял как стена. Не сказал ни слова!

Я отвернулась к окну. Очень тяжело было принять тот факт, что мою жизнь перекроили без спроса.

— И вы узнали, что за этим стоял генерал Торн только сегодня?

— Да! — вскрикнула нервно тётя. — Когда он вошёл в дом и заговорил с такой уверенностью, будто имение принадлежит нам до сих пор, я всё поняла.

Я вцепилась пальцами в подоконник, чувствуя, как внутри начинают кровоточить старые раны, и сквозь пелену слёз уставилась в окно.

Кайден не знал, что я не в курсе.

Это читалось по его глазам.

В памяти внезапно вспыхнула фраза, брошенная им в саду, когда он настаивал рассказать Реджи о магии.

«Если дело снова в деньгах…»

Снова.

Тогда, за эмоциями, я не придала значения одному маленькому слову, изменившему весь смысл.

Кайден, вероятно, тогда посчитал, что мне оказалось мало его денег.

Зачем он это сделал? Зачем назвал меня обнищавший деревенской девчонкой, если сам обеспечил мне безбедное будущее?!

Ведь покупатель объявился до той самой ночи… А сделка состоялась, когда Кайден был не в состоянии её контролировать. Когда я думала, что он погиб!

Он опять продумал все наперед или же… не планировал исчезать?

Но почему тогда он позволил мне поверить, что я для него ничего не значу? Почему не пришёл и выбрал молчание? Прошло полгода!

Я не понимала его. Ни его поступков, ни поведения… Но где-то в глубине души мне впервые захотелось с ним поговорить. Чтобы узнать правду. Вот только получу ли я ответы?

Теперь я иначе воспринимала его недавний визит. Кайден явился сюда с личным приглашением лишь затем, чтобы я не отклонила его предложение. Не испугалась вернуться в прошлое. К истокам.

— Зачем ему это? — тихо спросила Луиза.— К чему этот благородный поступок?

Вивиан неуверенно прошептала:

— А вдруг он просто захотел помочь, как сосед? Увидел, в каком мы бедственном положении.

Я нервно закусила губу, понимая, что Ви пытается отвести подозрения.

— Помочь? — в голосе Луизы сквозило недоверие. — Он просто мог об этом сказать. Пришёл бы и сказал. А не устраивал этот фарс с дарственными, чеками и посредниками.

— Чтобы тетушка сразу же похвасталась об этом всем своим подругам? — фыркнула Ви.— Напоминаю, генерал Торн скрывал свое истинное лицо под личиной обычного солдата!

— Я никому и ничего никогда не рассказываю! — возмутилась тетушка.

— Вы отлично умеете хранить свои секреты, но только не чужие, тётя Беатрис! — вспылила я, поворачиваясь к ней. — Вы сказали, что мой брак — это наш единственный шанс! Вы хоть понимаете, в какие рамки вы меня поставили? Вы знаете, что я чувствовала, когда вокруг меня крутились старики с плотоядными взглядами, но толстыми кошельками? Вы лишили меня выбора! Это жестоко!

— Что ты знаешь о жестокости, девочка?! — закричала тетушка, ударив по столу сложенным веером. — Мой муж умер, и я осталась одна в молодом возрасте! Без крыши над головой и без гроша в кармане! Со слабой целительской магией, которая ничем не могла мне помочь!

Я замолчала, чувствуя, как по щекам потекли слезы.

В гостиной повисла тишина.

— Я не могла поступить иначе, Фелиция, — тяжело вздохнула тётушка и обреченно всплеснула руками. — Вы — вся моя жизнь. Я хотела, чтобы вы жили лучше, чем я. Чтобы никогда и ни в чем не нуждались. А красивый и молодой муж, но без головы на плечах и крепкой финансовой опоры — это, увы, не гарантия безопасности.

— Я понимаю, — ответила тихо, вытирая ладошкой выступившие слезы, и отвернулась обратно к окну.

Я не лгала. Как бы я не злилась на тетушку за эту выходку, но я как никто знала, как тяжело ей пришлось. Жаль только, что она не осознавала, что не все в нашем мире измеряется деньгами.

За моей спиной раздались тихие шаги, и до моего обоняния донесся сладкий аромат духов тетушки. А затем она ласково коснулась моего плеча и осторожно развернула меня к себе.

— Но, знаешь, всё ведь вышло к лучшему, Фелиция, — ее губы тронула легкая улыбка. — У нас теперь есть не только дом, но и положение. А скоро, надеюсь, у тебя появится и муж… Ведь такой жених, как Реджинальд, мечта для любой девушки.

— Вы хотели отдать меня замуж за старика… — напомнила тихо я.

— Но не отдала же! — воскликнула она и крепко меня обняла. — Мы нашли тебе очень достойного жениха. Реджинальд Эллингтон — великолепная партия. Судьба благоволит к тебе, Фелиция… Любая женщина хотела бы оказаться на твоем месте. Так ведь?

Я промолчала и просто крепко обняла ее в ответ.

Но мысленно пожелала, чтобы никакая женщина никогда не оказалась на