странное… — неуверенно отозвалась Роза, — Шоколадно-ореховый мусс с мясом кревекряка, экстрактом грибыка и соком лесных ягод с добавлением цитрусов. Если честно, я даже не подозреваю как может сочетаться шоколад и кабубр…

— На самом деле, очень даже хорошо, — отрешенно сказала я, — Особенно, если взять горький шоколад, который отлично справляется с объединением сложных вкусов. Так что его природная терпкость отлично будет гармонировать с сильным ароматом кабубра, не давая тому подавить все остальные вкусы. Вдобавок, его будет замечательно оттенять цитрусы и ягоды. На самом деле, очень хороший выбор…

Не говоря уже о том, что кулинар противника решился замешать в мусс мясо кревекряка. В нашем мире тоже хватает рецептов десертов, в которых используется нежное куриное мясо с грудки. Благодаря своей нежной текстуре и мягкому вкусу, оно замечательно сочетается с молочными десертами. Теми же пудингами и муссами. Взять хотя бы рецепты турецких пудингов с куриным мясом, которые пришли к нам еще из времен Османской империи.

Но неужели десерт Лиры вообще ничего не смог противопоставить этому сложному блюду? В конце концов, у блюда противников точно такая же слабая сторона, как и у моего кабубра — очень сильный вкус. Что для десерта уже гораздо более опасно. Так что блюдо Лиры как раз за счет своей легкости и нежности должно было выделиться…

Вашу Машу!

Я даже глаза зажмурила от внезапного осознания.

Ведь дело далеко не в одном вкусе!

По правилам поединка, десерт должен создавать так называемую преемственность блюд — начиная от закуски и заканчивая основным. Только вот, если смотреть под этим углом, у десерта, которое приготовила Лира, преемственность сохраняется разве что со вторым блюдом из грибыка и очень слабая связь, благодаря древесным ноткам корицы, — с блюдом из кабубра.

Тогда как у соперников блюдо получилось куда более сбалансированным. Даже если учесть, что мясо кревекряка скорее всего хорошо выварили, чтобы избавиться от легкого рыбного аромата, преемственность с закуской неоспорима. Далее шел экстракт грибыка, который наверняка выварили из бульона и замешали в темный шоколад, чтобы создать определенное послевкусие. Ну и в завершение — лесные ягоды с цитрусовым ароматом. Отличное сочетание с мясом кабубра, что сегодня продемонстрировал Бруно Абаккио. Кажется, для своего блюда он как раз такое вино и выбрал.

Так что, если оценивать с точки зрения преемственности, тут видна безоговорочная победа наших соперников.

С этим даже спорить бессмысленно.

Бедная… бедная Лира.

Я покачала головой и снова открыла глаза.

— И что теперь?

— А теперь, они решают, что делать, — пожала плечами Каролина, — Счет два-два, так что сейчас обсуждаются любые варианты.

Я приподнялась на цыпочках, чтобы выглянуть из-за плеча Каролины и посмотреть что творится на сцене.

А там бордовый от напряжения Кристоф вовсю спорил с судьями.

— Но ведь можно устроить зрительское голосование! — поднял он голос.

— Нельзя! — холодно отозвался Витольд, — Вы знаете, чем отличаются обычные зрители от судей? Тем, что как бы тяжело не было, но судьи оценивают блюда беспристрастно, не обращая внимания на то, что за человек его приготовил и как оно выглядит. Вы можете дать гарантию, что зрители выберут победителя объективно?

Зрители зашлись неодобрительным гулом, а бордовое лицо Кристофа приобрело темно-свекольный оттенок.

— Тогда предложите хоть один вариант сами! — не выдержал наш учредитель.

И в этот самый момент у меня в голове созрел план.

Д аэто же лучший шанс, чтобы покончить со всеми нашими проблемами! В том числе и с выходками Ульриха!

А потому, прежде чем Витольд или кто-то из девушек-судей что-либо ответили Кристофу, я кинулась на сцену.

— Тиана, ты куда! — вскрикнула за моей спиной Каролина, тщетно попытавшись схватить меня за руку.

Но я неукротимо неслась к судьям.

— У меня… — выдохнула я, — У меня есть идея!

Когда я остановилась возле судейского столика, на мены вытаращились все. Зрительский зал, сами судьи, Кристоф и Лира, которая до этого момента стояла уронив голову в пол, с ее противником — низеньким мужчиной с тонкими усиками.

— И какая же у вас идея? — все так же отрешенно вскинул бровь Витольд.

— Позвольте провести нам финальный поединок. Однако, пусть со мной сразится сам владелец “Королевского блюдопада”, господин Ульрих Вебер!

Судьи впечатленно переглянулись, а Кристоф даже растерянно крякнул.

— Если сам господин Вебер согласится на это, то я не вижу никаких причин отвергать это предложение, — наконец отозвался Витольд.

— Да, мы тоже так считаем, — синхронно кивнули Эрина и Эмбер.

— Фу-у-ух, — с явным облегчением выдохнул Кристоф, — Ну наконец-то мы пришли хоть к какому-то решению. Впрочем, для начала мы еще должны будем узнать мнение самого господина Вебера.

После этих слов в зале повисла просто гробовая тишина. Все, включая меня, напряженно вглядывались за кулисы команды Ульриха, ожидая с той стороны хоть какого-то движения.

Мне показалось, что секунды превратились в вечность, прежде чем занавес дрогнул и в центр зала вышел сам Ульрих.

Он кинул полный обжигающей ненависти взгляд на меня и отозвался:

— При всем уважении, господа судьи, я не против еще одного раунда. Однако, я не вижу причин выступать в нем. Мое время стоит гораздо больше, чтобы я так беспечно растрачивал его. Особенно на поединок с той, кто учился готовить по кулинарной книге, написанной недоучкой, который даже не смог закончить столичную академию.

Вот ведь гад! Опять за свое! Причем, на этот раз даже не стесняется унижать меня при полном зале народу!

Я хотела было ответить, но в этот момент, меня совершенно неожиданно перебила Эрина.

— Как один из деканов упомянутой вами, господин Вебер, столичной кулинарной академии, я хочу вам сказать, что ваши речи позорят академию во много раз больше тех студентов, которые не смогли из нее выпуститься! У каждого из них своя жизни и свои причины прервать обучение, это не только недостаточный уровень знаний, но и другие обстоятельсва! Поэтому я призываю вас больше не оскверня…

— Хватит, госпожа Бауэр, — метнул в Эмбер тяжелый взгляд Витольд, от которого девушка моментально замолчала.

— Прошу прощения, я тоже позволила себе лишнего, — выдохнула она.

— При всем при этом, я не могу не согласиться со словами госпожи Бауэр. Унижать кого бы то ни было из-за недостатка знаний или умений, это недостойное повара поведение. Тем более здесь, на поле битвы, где каждая сторона сражается не языками, а уникальным сочетанием ингредиентов, что предстают перед нами в невообразимых видах и формах. Так что, если вы хотите что-то сказать вашему противнику, сделайте это на языке блюда.

По лицу Ульриха пробежала такая брезгливость и раздражение, будто его только что окунули в зловонную лужу.