настроить оборудование для снимков поверхности Земли. Каждый день ему приходилось вести съёмку в определённые промежутки времени, поэтому на парня легла серьёзная ответственность.

— Вы уже закончили? — поинтересовалась Алёна, когда мы подготовили оборудование и сделали несколько контрольных снимков.

— Можно сказать, что да, — неуверенно ответил Коляда.

— В таком случае, заканчивайте с фотографиями и давайте готовиться к испытаниям. У нас сегодня запланирован первый тест системы защиты от радиационного излучения в открытом космосе.

Глава 16

Космические будни

Сложно передать ощущения, которые испытываешь при первом выходе в открытый космос. В голове гудит целый рой мыслей. Что, если герметичность скафандра будет нарушена? Успею я добраться обратно до станции? А вдруг шлюз не сработает, и мы не сможем вовремя вернуться обратно? Усилием воли приходится выбрасывать эти мысли из головы и делать свою работу. Да, космос для сильных духом людей, не подверженных паническим настроениям.

— Готов? — поинтересовался Денис, бросив на меня взволнованный взгляд.

Я уже справился с защитным костюмом и возился с дроидом-помощником, который призван заметно упростить работы за пределами орбитальной станции. Он несёт на себе целый ряд инструментов, а также может выполнять сам некоторые манипуляции.

— Можем выходить!

Вообще Захарова была против того, чтобы первый выход в открытый космос делали оба новичка. Девушка хотела пойти с одним из нас, а на следующий день с другим, но мы её успокоили. В этой задаче нет ничего такого, что бы требовало значительного опыта полётов. Правда, мы всё равно заставили поволноваться диспетчера, который курировал работу с Земли.

— Центр, у нас проблемы! Страховочный трос Коляды оторвался, и он летит в открытый космос. Нужно что-то делать! — произнёс я и навёл камеру на скафандр, который медленно удалялся от станции, вращаясь вокруг своей оси.

— Постарайтесь дотянуться до него! — дрожащим от волнения голосом последовал совет диспетчера.

— Серьёзно? Вы длину моего троса видели? Между нами расстояние метров в сорок, при всём желании я до него не смогу дотянуться!

— Отправьте дрона-помощника «Десницу-2В»! — последовал незамедлительный ответ. А этот парень на другом конце линии молодец, не запаниковал, а принялся оперативно искать варианты решения проблемы.

— «Десница» остался на станции, мы работаем без него, — соврал я. — Пока я смотаюсь за дроидом, произойдёт что угодно.

— Оставайтесь на линии, сейчас мы согласуем спасательную операцию.

— Ага, куда ж я отсюда денусь, — отозвался я.

Через пару секунд в эфире раздался голос Золотухина:

— Чудинов, зачем вы старыми скафандрами в космосе разбрасываетесь? Можно ведь отправить его в утиль.

Вот хитрый лис! Вмиг раскрыл наш план. Чтобы разыграть диспетчера мы с Денисом протащили с собой ещё один скафандр. Он был достаточно старым и оказался давно списан, потому как не годился для использования, но для нашего розыгрыша новый и не требовался.

В принципе, нет ничего страшного в том, что старый скафандр выбросили в космос. За счёт приданного импульса и притяжения планеты, в скором времени он попадёт в атмосферу Земли и сгорит. А вот хранить это всё хламьё на станции точно нет никакой возможности, иначе скоро там и развернуться будет негде.

Да, с точки зрения чистоты экологии нас могут осудить, но что тогда говорить о тоннах космического мусора, который вываливается на орбиту всеми странами-участниками космической программы? Скафандр — это лишь малая и самая безобидная часть.

— Так не интересно, — отозвался я с наигранной обидой.

— Чудинов, пока вы вернётесь на Землю, у нас половина диспетчеров либо разбежится, либо поседеет. Оставьте хоть кого-то, чтобы курировали вашу посадку.

— Да ладно, чем сильнее закалять сталь, тем крепче будет. Дёня, помаши рукой, чтобы в Центре не волновались.

Я перевёл объектив камеры на Коляду, который возился с дроидом-помощником и через него настраивал оборудование для защиты от радиационного излучения.

— Всё в порядке, — успокоил Золотухина Денис. — Мы почти закончили, минут через пять запустим машинку и приступим к испытаниям.

Запуск системы прошёл с первого раза. И хорошо, потому как мы проторчали с наладкой почти четыре часа. Правда, из-за сильного эмоционального напряжения и вовлечённости в рабочий процесс мы и сами не заметили как быстро пролетело время. Часто в таких сложных системах бывают проволочки, но нам повезло обойтись без заминок. Замерили уровень радиационного воздействия, отметили существенное снижение и приступили к следующему этапу работы.

— Алён, тут одна солнечная батарея ещё функционирует, — доложил Денис. — Вижу повреждения и трещины на ней, но в принципе она рабочая.

— Я вижу, — отозвалась девушка, которая находилась на борту станции и следила за приборами. — Но её всё равно нужно менять — не просто же так нам прислали новую. К тому же, выработка этой батареи идёт только на шестьдесят четыре процента. Несмотря на кажущуюся целостность, из-за столкновения многие элементы просто вышли из строя.

Первым делом мы заменили ту батарею, которая была полностью уничтожена. К счастью, из посадочного места торчал достаточно крупный кусок, за который легко было ухватиться. При поддержке «Десницы» мы быстренько сняли старую батарею и принялись за установку новой.

— Три часа и двадцать семь минут! — восторженно произнесла девушка, когда мы закончили. — Это новый рекорд по замене такого элемента.

— Мы ещё не такое умеем! — довольно отозвался Коляда.

— Особенно, когда под рукой «Десница», — поправил я друга. — Иначе мы провозились бы вдвое больше времени.

— Давайте на базу! — распорядилась Захарова. — Вы работаете больше семи часов, осталось меньше часа положенного времени.

— Так мы ещё успеваем демонтировать старую батарею! — заметил Денис.

— И сократить энерговыработку? Пусть сегодня хоть на шестьдесят четыре процента, но поработает, — приняла решение командир экспедиции. — Если хотите выработать время до конца, лучше начните менять обшивку.

— Сделаем! — пообещал Денис.

Суть работы заключалась в том, чтобы покрыть часть модулей станции новой антирадиационной обшивкой и сравнить насколько она эффективна. Процесс достаточно длительный и трудоёмкий, который потребует от нас много времени в открытом космосе. За сорок минут мы не сделали и десятой части от общего объёма.

— Ладно, шутники, завтра в открытый космос выходим мы с Чудиновым, — заявила Захарова, когда мы вернулись на базу.

— Я что-то не так сделал? — насторожился Денис.

— Всё в порядке, просто не стоит так много времени проводить в космосе одному человеку.

— А мне,