— Не помню, — отрезал я, давая понять, что не собираюсь вдаваться в подробности.

Хольц помолчал, смотря на меня. Он явно собирался что-то спросить, но решил не напирать.

— Понятно, — наконец произнёс тренер. — Раз тебе стало получше, подойдём поближе.

Его ладонь мягко подтолкнула меня вперёд. Преодолевая внутреннее сопротивление, я заставил себя сделать один шаг, затем другой.

Багровые глаза зверя сузились, а из его груди вновь покатилась низкая, вибрирующая волна рыка.

На третьем шаге ноги отказались идти дальше. Я ощутил, как из глубины сознания вновь начала подкатывать удушливая волна паники.

— Хватит, — произнёс я.

— Хорошо, — согласился тренер.

Между мной и зверем оставалось около полуметра. От колоссальной туши исходил жар, словно у него была лихорадочная температура.

Хольц отпустил моё плечо, отступил чуть в сторону и присел на каменный пол, скрестив ноги. Достав из кармана корм, он развернул тряпицу и бросил порцию.

Шарик прокатился по камню и замер у лап зверя. Тот мгновенно напрягся, но через секунду его ноздри дрогнули, и массивная голова медленно опустилась. Я наблюдал, как в багровых глазах чудовища, за густой пеленой ярости, на миг что-то поменялось.

Зверь приоткрыл пасть и аккуратно взял шарик зубами.

В подвале раздалось чавканье. Впервые с того момента, как я переступил порог, в подземелье стало относительно тихо.

Хольц смотрел на зверя так, как смотрят на тяжелобольного ребёнка, который наконец-то заснул.

— Его зовут Велгар, — тихо произнес тренер, не поворачиваясь ко мне.

Я лишь кивнул. Тело понемногу возвращалось в норму, мышцы расслаблялись.

Тренер устроился поудобнее и, продолжая смотреть на зверя, заговорил спокойным голосом, словно он тысячу раз прокручивал эти воспоминания в голове.

— Когда-то он был одним из сильнейших зверей А-класса в столице.

Старик глубоко вздохнул.

— Тогда я был молодым и глупым. Все вокруг называли меня гением, и я… Поверил в это, — он горько усмехнулся. — Тридцать два года назад мы с Велгаром решили, что нам всё по плечу, и спустились слишком глубоко в Лес.

Я слушал, не перебивая.

— Но мы наткнулись на нечто… Необъяснимое. Скажу честно, парень, я до сих пор не знаю, что это было, так как почти сразу отключился. Велгар выволок меня на поверхность, а в себя я пришёл лишь через неделю.

Хольц провёл ладонью по щетине.

— Когда открыл глаза, первым увидел друга, лежавшего рядом с койкой. Однако, когда он посмотрел на меня… не узнал во мне хозяина.

Он помолчал.

— Это длилось лишь несколько секунд, и я поначалу убеждал себя, что мне просто показалось. Однако это стало началом конца… С каждым днём провалы в его памяти усугублялись. Всё происходило постепенно: сегодня он ластился, завтра рычал, как на чужака, послезавтра снова признавал во мне хозяина. А потом стёрлось всё. Сначала он забыл команды, потом распорядок дня, а следом и меня. Я метался в панике, водил его к целителям, которые соглашались его осмотреть, но никто не смог помочь.

Велгар дожевал корм, и в одно мгновение его багровые глаза вновь вспыхнули. Туша опять рванулась вперёд, цепи загрохотали, из-под когтей брызнули искры, и рёв ударил в стены.

Я вновь почувствовал, как тело начало каменеть, но в этот раз заставил себя не пытаться закрыть глаза или сделать шаг назад, а упрямо считать вдохи.

Хольц даже не повернул головы.

— А потом он перестал есть, стареть… и быть собой. Я едва успел купить этот дом и приковать его здесь, в подвале. Буквально через несколько дней Велгар полностью обезумел.

Тренер замолчал и посмотрел в багровые глаза.

— Тридцать два года, Эйден, он не умирает, а я… Больше не могу смотреть, как зверь страдает!

Я молчал.

Хольц перевел на меня взгляд, в котором не было ни просьбы, ни требования — только усталость, почти за треть века, превратившая его взор в спокойствие.

— Каждый день я спускаюсь к своему другу, смотрю ему в глаза и мне кажется, что он где-то глубоко внутри до сих пор меня помнит.

Зверь замер над пустым местом, где только что лежал шарик, а безжизненные багровые глаза посмотрели на меня.

— А недавно… Я дал ему твой корм, — медленно произнёс Хольц. — И впервые за тридцать два года он что-то съел, и будто на мгновение вновь стал собой…

Я посмотрел на закованную в цепи тушу, и в груди заныло.

— Кто-нибудь осматривал его после того, как… Он стал таким? — спросил я.

— Все целители столицы, которые хоть что-то из себя представляют, — отозвался старик.

— И?..

— У всех один ответ — убейте его, это будет милосердием, — грустно усмехнулся тренер.

— А… — я замялся, но всё же решился озвучить внезапную мысль. — Мои родители?

Тренер медленно повернул голову и посмотрел в мои глаза.

— Договориться с Моррисами оказалось… куда труднее, чем я предполагал, — наконец произнёс он. — У них была очередь на долгие годы вперёд, в которой стояли влиятельные люди со зверями А-класса со всей империи… — он ненадолго замолчал. — Однако я всё-таки смог найти аргументы и уговорил Лиама посмотреть Велгара.

— И?

— Твой отец пообещал, что займётся им сразу после возвращения из очередного похода. Упомянул, что у него есть догадка, но…

Тренер опустил голову.

— Больше их никто не видел.

— Вот оно как, — тихо сказал я.

Мы замолчали. Слышалось лишь прерывистое дыхание Велгара, и тихое потрескивание фитиля в лампе.

Я медленно опустился на корточки и внимательно уставился на зверя.

Передо мной высилась огромная туша, поднимающаяся и опускающаяся в такт дыханию. Кончики когтей у зверя сточились от бесконечного царапания по камню, один клык в нижней челюсти оказался сколот наполовину, а на правом боку под шерстью проглядывалась широкая впадина — видимо, след старой травмы.

Подойти ближе нельзя — тело не позволит. Да и сделай я этот шаг, Велгар разорвал бы меня в клочья раньше, чем ладонь коснулась бы его шерсти.

Провести полноценный осмотр невозможно, значит придётся действовать иначе, как бы мне этого ни хотелось.

— Система, — прошептал я. — Помоги.

Глава 20Р

Я ждал ответа Системы, считая удары сердца. Раз, два, три. Велгар по-прежнему буравил меня багровыми глазами, а из его пасти свисала тягучая нить слюны. Хольц все так же сидел в стороне, скрестив ноги, и молчал.

«Неужели Система здесь бессильна…», — подумал я.

Семь, восемь, девять.

— Эйден, — тихо позвал Хольц.

— Подожди, — буркнул я.

Двенадцать, тринадцать.

По виску стекла капля пота. Может я пытаюсь заглянуть за грань дозволенного, и сейчас Система решает, стоит ли мне отвечать⁈

Четырнадцать. Пятнад… Наконец перед глазами развернулось сообщение.

[Существо: Сумрачный разоритель]

[Класс: A]

[Ранг: