Эцалькуалистли, блюдо из маиса и фасоли, 6-й месяц солнечного календаря ацтеков. «Кодекс Товара».

John Carter Brown Library / Wikimedia Commons

Миф о Солнцах показывает исторический путь народов науа: человек постепенно совершенствовался, находя всё лучшие источники пищи, пока не открыл кукурузу, что привело к оседлому образу жизни и осознанию своего божественного происхождения. Согласно верованиям древних мексиканцев, мир создан богами для человека, а человек — для поддержания богов. Этапы космогонического процесса, называемые Солнцами, — это циклы разрушения и обновления, в которых появляются новые растения, животные и люди. Это совершенствование человека, лежащее в основе всего процесса, обусловлено, в свою очередь, необходимостью иметь лучшее из созданий, способное обеспечить существование богов.

Глава 3. Исторические мифы ацтеков

Этногенетический миф

Итак, мы рассмотрели мифологические сюжеты, связанные с созданием и устройством Вселенной, сотворением человека и тварного мира, рассказали о месте человека в мире и его связи с богами.

Как мы увидели, самые древние мифы выступали зеркалом, в котором отражалось становление картины мира у каждого конкретного народа. При этом, вне зависимости от географической точки, определенные элементы восприятия окружающего мира были общими для всех людей. Для ранних времен такой оптикой был антропоцентризм и связанный с ним феномен — антропоморфизм. Иными словами, древний человек представлял самого себя как центр мира и объект для подражания в окружающем мире. Это, кстати, объясняет, почему все объекты — как реальные, так и сверхъестественные — в мифологических представлениях наделяются человеческими качествами: имеют руки, ноги, чувства, совершают поступки и т. д.[71]

Однако в этой главе мы обратимся к другой категории мифов — этногенетическим, повествующим о происхождении конкретной этнической группы (в нашем случае мешиков, или ацтеков). Они обладают наиболее яркой спецификой и вариативностью содержания, придерживаясь при этом довольно строгой структуры, которую мы рассмотрим ниже. Также часто этот тип мифов имеет ясный и практичный функционал: попытку отстоять исторические права на те или иные территории.

Древняя прародина — легендарные «Семь пещер»

Исторические легенды каждого народа — источник первостепенной важности, поскольку, во-первых, они сохранили те сведения и факты, которые передавались в устной традиции, начиная с самых ранних времен (верхнего палеолита), а во-вторых, были сакральными для каждого племени. Знать их полагалось отнюдь не каждому желающему, а только посвященным: сведения по истории входили в необходимый минимум знаний будущего полноправного члена племени при инициации[72].

Такого рода мифы — о происхождении народов — как в Старом, так и в Новом Свете имеют схожую структуру: история обычно начинается с ухода с некой прародины, за которым следует повествование о различных бедствиях и приключениях во время странствий до тех пор, пока племя не находит себе новое место жительства.

Во время странствий действительно могло случаться разное: процесс миграции предполагал преодоление враждебных земель других племен, которые часто оказывали вооруженное сопротивление непрошеным гостям. При этом группа должна была обеспечить сохранность детей и женщин, которых они вели за собой. Указанные риски свидетельствуют о том, что племя, покидавшее свою территорию, должно было иметь для этого очень серьезные причины[73].

Таким образом, сам поход, возникновение в этот период новых вождей и героев становились отправной точкой для создания новой легенды и новой исторической традиции, которая постепенно выталкивала из коллективной памяти сведения о древней прародине. Из предыдущих исторических легенд могли сохраниться только нейтральные сведения, не противоречащие новым идеологическим установкам.

Можно было бы ожидать, что легенды, повествующие о новой родине, содержат наиболее подробные и достоверные сведения. Однако это не всегда соответствует действительности. Заняв подходящую территорию (часто в результате насильственного захвата), племя, измотанное долгими скитаниями, стремилось всеми силами сохранить ее. В исторических легендах обычно отсутствует упоминание о том, что на захваченных землях проживали люди. В лучшем случае описываются враждебные и глупые великаны, свирепые карлики, людоеды и прочие мифические существа[74].

Несмотря на языковое и культурное разнообразие племен и народов Мезоамерики, в различных версиях этногенетических легенд подчеркивается их универсальное происхождение. Такой общей древней прародиной считалась пещера.

Действительно, пещеры имели большое практическое значение для древних людей, поскольку долго использовались ими в качестве жилища. Однако, по мнению Ю. В. Кнорозова, под термином «пещера» в мифах и легендах могут пониматься различные объекты. Иногда речь шла о реальной пещере, которая считалась местом выхода прародителей, и к ней относились как к святыне; в других случаях под пещерой подразумевались долина или ущелье, где, согласно преданиям, обитало племя[75]. Так, легендарной прародиной различных мезоамериканских племен выступали «семь пещер» в их различных вариациях: прародина тольтеков[76] так и называлась — «Семь пещер», у киче она была «Семью ущельями», а у майя Юкатана — «Семью покинутыми домами». Связь пещеры с местом обитания предков объясняет, почему пещера считалась древней прародиной для всех индейцев Мезоамерики.

Строительный блок с гербом Чолулы. Мексика, нач. XVI в.

The Metropolitan Museum of Art

В XVII в. в своем труде «Индейская монархия» испанский историк фрай Хуан де Торквемада отметил огромное значение этого места как родины всех народов Мезоамерики, которые давали ему различные названия. Народы науа именовали это священное место Чикомосток. Майя называли его Тулан Вукуб’ Пек или Вукуб’ Сиван, что переводится как «Тула, Семь пещер», и подробно описывали в своих великих книгах — «Пополь-Вух» и «Чилам-Балам». Миштеки изображали это место в различных кодексах, а тараски упоминали его в своих письменных и художественных произведениях.

Несмотря на обилие и высокую точность описаний и изображений, Чикомосток по-прежнему остается загадкой. Вопросы вызывают как само существование этого места, так и его точное расположение, а также достоверность событий, которые, согласно легендам, происходили в его подземных и символических «утробных» пространствах.

Ю. В. Кнорозов полагал, что географическое расположение Чикомостока следует искать в районе Меса-Верде (национальный парк в Колорадо, США).

«Тольтекско-чичимекская история», рукопись XVI в., написанная на языке науатль и богато иллюстрированная, возможно, дает нам один из самых живописных образов мезоамериканской прародины: пустынная гора, покрытая валунами и кактусами, в недрах которой находятся семь пещер овальной формы, похожие на семь утроб, откуда рождаются семь различных групп чичимекских народов. В сопровождающем тексте это подземное пространство называется осиным гнездом; указывается, что его обитатели умели только жужжать, пока двое вождей-жрецов, пришедшие из великого города Чолула, не вывели их из пещерного жилища[77]. Г. Г. Ершова отмечает связь мирового древа, служащего своеобразной моделью мира для мезоамериканских народов, и концепции пещеры-прародины. Поэтому в изображениях Чикомостока прослеживается форма дерева, у которого ствол становится входом, а лепестки — по принятому определению —