об этом знают. И если слухи верны — долго он не протянет. После него трон займет… кто-то да займет. И этот новый Император может начать чистку. Зарен может оказаться первым в списке. Если только… Если только он не станет незаменимым. Он создает проблему…

Арчи поднял голову и закончил за меня:

— И сам ее решает?

— Да. Сектанты получили от него какие-то магические знания. Для них это — целое событие. Начинают действовать. Возникает угроза. Возможно, даже катастрофа. И тогда появляется Зарен. Спасает город. Демонстрирует силу. Супергерой такой. И новый Император уже не может просто взять и убрать его.

— Хорошая версия, — кивнул Арчи.

— Но есть и другая. Зарен уже получил силу через черную книгу. С помощью сектантов он может ее… тестировать. Зачем рисковать собой, когда есть такие идиоты-фанатики?

— Звучит жутко, но… в стиле Зарена. Сектанты — идеальные подопытные. Эксперимент…

— Именно.

— И если все пойдет не так — всегда можно вмешаться.

— Или просто дать секте погибнуть. Но есть еще и третий вариант.

Арчи внимательно глянул на меня.

— И какой же?

— Зарена отстранили от Архива. Что, если он готовит переворот… — тихо сказал я. — Ведь не даром волны магических эманаций проявились именно в Архиве.

Арчи медленно сел.

— Сомнительно. Зарен конечно псих, но не на столько. Устраивать переворот… Скорее соломку стелит. Он серый кардинал, а не революционер.

Ответить коту я не успел — послышался шум. Шаги. Мы навострили уши, ожидая самого худшего. Шаги становились все ближе и затихли прямо у двери. Лязгнул замок. Щелк. Дверь со скрипом распахнулась.

— Вот и настал твой звездный час! — ехидно прошипел здоровяк на пороге. — Пришло время послужить своей кровью во имя великого дела!

Он зычно рассмеялся. Мне же сейчас было совсем не до смеха.

Глава 20

Меня выволокли из камеры двое — тот самый здоровяк, что лыбился у двери, и еще один, поменьше, с бегающими глазами и нервными, цепкими пальцами. Арчи попытался было вырваться следом, но дверь захлопнулась у него перед носом. Кот заорал так, что, наверное, его было слышно даже на верхних этажах башни, но сектанты даже ухом не повели.

— Не дергайся, — бросил здоровяк, чувствуя, как я напрягаюсь.

Я его не послушал.

Результат был мгновенным: кто-то из них — я не понял, кто именно, — коротко взмахнул рукой, и в грудь ударило так, будто меня протаранил грузовик. Магия — грубая, жесткая, — едва не вырубила сознание. Меня согнуло пополам, из легких вышибло воздух, перед глазами поплыли багровые круги.

— Я же сказал: не дергайся, — повторил здоровяк без всякой эмоции.

Меня подхватили под руки и потащили дальше. Ноги не слушались, волочились по каменному полу, набивая синяки. Сознание так и норовило и норовило уплыть куда-то в теплую, безопасную темноту, но я цеплялся за реальность из последних сил. Нет, сейчас нельзя отрубиться. Только не сейчас.

Коридоры под водонапорной башней оказались длиннее, чем я думал. Мы шли мимо таких же низких сводов, мимо колонн, мимо старых кирпичных арок, сложенных еще в прошлом веке, а то и раньше. Где-то в стенах были вмурованы ржавые кольца — для факелов, что ли? Сейчас они не использовались — коридоры освещали редкие магические светильники, тусклые, с мертвенным зеленоватым оттенком.

В одном месте я заметил ответвление, уходящее куда-то вниз, в еще более глубокую темноту. Оттуда тянуло холодом и сыростью.

— Туда лучше не соваться, — перехватил мой взгляд тот, второй, нервный. Было видно, что сектант любит поболтать. — Там старый коллектор. Магический фон там такой, что и за сутки не выберешься.

— Заткнись, — бросил здоровяк. — Не распускай язык при жертве.

— Какая разница? — нервный дернул плечом. — Все равно он…

— Заткнись, я сказал.

Они замолчали. Я попытался запомнить дорогу — повороты, ответвления, характерные отметины на стенах, — но магический удар все еще отдавался в голове глухой пульсацией, и мысли путались.

Наконец мы вышли в большой зал.

Не тот, где я видел сектантов в первый раз. Другой — больше, выше, с настоящим алтарем в центре. Алтарь был вырублен из цельного куска черного камня, отполированного до зеркального блеска. По краям его тянулись желобки.

«Для стока крови», — понял я.

Однако не это заставило меня ужаснуться. В центре зала, прямо над алтарем, в воздухе висел…

Портал!

Сгусток пульсирующей тьмы, из глубины которой иногда доносились странные звуки, от которых волосы на затылке вставали дыбом.

Они открыли портал! Но как? Зарен? Да, видимо Зарен дал им необходимые заклятия. Но зачем? Ответ предстояло выяснить.

Вокруг алтаря стояли сектанты. Те же, что и в прошлый раз, только теперь их было больше. Человек пятнадцать, не меньше. Все в длинных черных одеждах, с капюшонами, низко надвинутыми на лица. В руках у некоторых — свечи. У некоторых — ножи. У некоторых — странные амулеты, поблескивающие в полумраке.

Главарь — высокий, сухой, с бесцветными глазами — ждал у алтаря. Рядом с ним на низком столике лежали инструменты: ножи с узкими лезвиями, чаши, ампулы, стеклянные палочки для перемешивания.

Меня подвели к алтарю.

— Положите, — велел главарь.

Меня грубо развернули и толкнули. Я упал на холодный камень, больно ударившись коленями и локтями. Кто-то навалился сверху, прижимая лопатками к алтарю. Кто-то схватил за руки, вытягивая их вдоль тела.

Я дернулся — и снова получил магический удар. На этот раз слабее, предупредительный. Из глаз посыпались искры.

— Не тратьте силы, — спокойно сказал главарь. — Жертва еще понадобится.

— Он буйный, — буркнул здоровяк.

— Все буйные в начале. — Главарь подошел ближе, наклонился, вглядываясь в мое лицо бесцветными рыбьими глазами. — Ничего. Ритуал усмирит. Жертва должна увидеть Врата. Таков порядок.

Он выпрямился и сделал знак рукой.

Из темноты вышли двое. В руках у них были какие-то странные приспособления — подставки с зажимами, похожие на те, что используют в больницах для капельниц. Их установили по обе стороны от алтаря.

— Сейчас я введу тебе раствор, — произнес главарь тоном, будто объяснял ученикам очередной урок. — Он очистит каналы, сделает тебя более восприимчивым к контуру. Ты увидишь Врата. Ты почувствуешь их. А когда придет время — ты отдашь свою кровь, чтобы они открылись.

— Зачем? — не смог сдержаться я. — Зачем вам это?

— Чтобы