Он отстраняется и поднимает руку, чтобы провести пальцами по краешкам моих губ.

— Этот гребаный рот, Скайлар.

— Тебе нравится? — Я высовываю язык, подстрекая его.

— Если бы я рассказал тебе обо всем, что мечтал сделать с этим ртом, ты бы окрасилась в самый красивый розовый цвет.

Я прикусываю нижнюю линию его челюсти и начинаю массировать его член.

— Тогда тебе лучше сказать мне об этом при свете дня, чтобы быть уверенным, что я это сделаю.

Его пальцы скользят по моей спине, и мой лифчик распахивается между плеч. Я поворачиваю бедра.

Ощущение его тела переполняет меня, давление, с которым я прижимаюсь к нему через одежду, заставляет танцевать каждое нервное окончание. Я чувствую, как он становится еще толще и длиннее подо мной, и задыхаюсь от этого ощущения.

— Думаю, сегодня вечером мне придётся довольствоваться тем, что я буду нащупывать дорогу, а завтра я трахну тебя в рот, — голос Уэста царапает мою кожу, а его руки поднимаются, чтобы обхватить мою грудь. Они так идеально помещаются в его больших ладонях. Может, они и были созданы для меня, но кажется, что они были созданы для него.

— Чёрт, — бормочу я, когда он опускает голову и его щетинистое лицо скользит по моим ключицам, исследуя губами, зубами, языком. Он пробует мою кожу на вкус, словно я его любимое лакомство, и я хочу, чтобы он никогда не останавливался.

Его большие пальцы поглаживают мои уже затвердевшие соски, прежде чем он начинает их теребить, дразня меня. Я откидываю голову назад, закрыв глаза, и позволяю ему играть со мной.

— Я собираюсь трахнуть и их тоже, красотка.

— Да?

Я сжимаю бедра и нетерпеливо ёрзаю на нём, слушая, как его дыхание становится прерывистым. Движение лодки только усиливает трение, и я так жажду его прикосновений. Я выгибаю спину, предлагая себя ему. У него такие большие, шершавые и теплые ладони. Я так сильно хочу увидеть, как они смотрятся на мне прямо сейчас. Посмотреть, как он исследует меня. Никогда еще такое простое прикосновение не возбуждало меня так сильно.

— Да, черт возьми. Но сначала... — Он поворачивается, поворачивая нас. — Я...

Но когда мы поворачиваемся, то же самое делает и лодка.

Кажется, что все происходит в замедленной съемке. Он переносит свой вес, чтобы исправить это. Я теряю равновесие.

И вместо того, чтобы отпустить меня и спастись от холодной воды…

Он идёт со мной.

Глава 21

Уэст

Я не отпускаю Скайлар. Мой мозг работает на пределе. На мгновение я испытываю стресс. Если эта девушка не умеет заправлять постель, то умеет ли она плавать?

Через несколько секунд мы вместе выныриваем под прикрытием каноэ. Она гребет так же уверенно, как и я. Она так же сильно промокла, как и я.

— Ты… — как раз в тот момент, когда я собираюсь спросить, всё ли с ней в порядке, она заливается смехом.

Это глубокий грудной смех, усиленный деревянным куполом над головой. В темноте я не вижу её, но чувствую, как двигаются её руки.

На мгновение я замираю. Замираю, потому что мне кажется, что я никогда не слышал, как она смеётся — не так, как сейчас. Это что-то новое. Без тени смущения. Здесь, в этом темном, уединенном пространстве, она кажется немного более самостоятельной, чем за его пределами.

У меня такое чувство, что после сегодняшнего вечера я знаю ее лучше, чем имею на это право. И это не имеет никакого отношения к тому, что мои руки были на ее теле, а ее ноги обвивали мою талию.

Нет смысла это отрицать.

Мне нравится компания Скайлар.

— Только мы, — хрипит она, барахтаясь в воде. — Это могло случиться только с нами.

— Если бы ты не терлась о мой член, как нетерпеливая маленькая...

— Ты тот, кто поднял меня и испортил мой массаж.

Я не могу удержаться от смеха.

— Было чертовски жарко, пока это продолжалось, не так ли?

Она соглашается без колебаний.

— Было чертовски жарко.

— Я рад, что ты умеешь плавать.

Она смеется надо мной.

— Я рада, что ты умеешь плавать. Представляешь, если бы мне пришлось тащить твою тяжелую задницу к берегу? Давай убираться отсюда.

С этими словами она делает глубокий вдох и вылезает из-под каноэ. Я следую за ней, и когда мы выныриваем на поверхность, ночь вокруг кажется совершенно светлой по сравнению с затемненным укрытием, из которого мы вышли.

— У меня есть лодка. Тебе просто нужно добраться до берега.

Снова усмехается. Она подплывает к другой стороне каноэ.

— Будет проще, если мы сделаем это вместе.

Я сглатываю, изо всех сил стараясь не задумываться над этим предложением. Я многое делаю в одиночку и стараюсь не думать о том, как было бы здорово, если бы рядом был кто-то. Вместо этого я сосредотачиваюсь на сложностях, которые это повлечёт за собой.

Со Скайлар сложности не кажутся такими уж сложными.

Мы не разговариваем, переворачивая каноэ обратно; мы работаем в унисон, даже не прилагая усилий. Плывем обратно к берегу, мокрая одежда тяжело свисает с наших конечностей.

Судя по воцарившемуся тяжелому молчанию, я, возможно, растерзал Скайлар Стоун в первый и последний раз за этот вечер. Я ощупал ее всю, и теперь она изо всех сил пытается застегнуть лифчик.

— Вот, дай мне. — Я обхожу каноэ на берегу и жестом показываю ей, чтобы она отвернулась от меня.

Ее широко раскрытые глаза встречаются с моими, и она медленно отворачивается, перекинув волосы через плечо. Я провожу рукой по ее спине, начиная с талии джинсовых шорт, пальцы проникают под плотную ткань футболки.

Ее тело вздрагивает, когда мои пальцы скользят вверх по позвоночнику. Но мы оба знаем, что на улице не холодно.

— Ты не обязан этого делать.

Она собирается отойти, но