Она наблюдает за мной, удивленная тем, как внезапно иссякло моё терпение. Её губы изгибаются, и она хлопает ресницами, поддразнивая меня. Это напоминает мне о той улыбке, которой она меня одарила в первый день нашей встречи. Тогда она использовала свою внешность как оружие, и сегодня ничего не изменилось. Она точно знает, что со мной делает.

— Ты в порядке? Ты выглядишь очень расстроенным.

— Табита, убери эту ухмылку с лица, или я тебя трахну.

Она улыбается ещё шире и проводит пальцем по поясу моих джинсов.

— Может, ты просто устал?

Я мягко отталкиваю её, и она опирается на локти. Кажется, ей нравится такое развитие событий.

— Надоело слушать, как ты болтаешь, когда я бы предпочёл, чтобы ты давилась моим членом. — Я запускаю пальцы в её шорты и грубо стягиваю их, постанывая, когда вижу гладкую кожу на её животе и идеальную маленькую киску.

Она пахнет жасмином и выглядит как ужин. Я перекидываю её хлипкие шорты через плечо.

— Может, тебе нужно перекусить? — Боже, её это совсем не смущает. Она просто продолжает сопротивляться, и мне это чертовски нравится.

— Табита, на что, чёрт возьми, это похоже? А теперь заткнись и ложись на спину.

Она понимающе хихикает и скрещивает ноги, чтобы я не подобрался к ней.

— Хм. У меня есть условия. — Она отводит взгляд. — Надень маску, Дикая Сторона.

— Что?

Она протягивает руку и засовывает палец в сетчатый боковой карман моей сумки, куда я в спешке засунул маску, торопясь в ближайший аэропорт. Я моргаю. Это было чертовски опрометчиво с моей стороны. Любой мог это заметить. Мог бы и узнать меня. Я всегда надеваю толстовку с капюшоном, чтобы скрыть татуировки, но маска бы меня точно выдала. Хотя мне это даже в голову не пришло. Я мог думать только о том, как вернусь домой к Табите.

Она вытаскивает его и проводит большим пальцем по коже.

— Ты когда-нибудь трахал кого-то в этом?

Я сглатываю. Я никогда не совмещал две свои жизни. До неё.

— Нет.

Её улыбка — это чистый секс, она чувственно проводит языком по нижней губе. Это одна из самых возбуждающих вещей в отношениях с Табитой. Она любит секс и не стесняется его хотеть.

— Хорошо. Я могу быть первой. — Она протягивает её мне, в её темных глазах пляшет предвкушение.

— Ты тебя всегда был фетиш на масках, Тэбби?

Она облизывает нижнюю губу.

— Только после тебя.

Я рассматриваю маску, ту часть себя, которую я всегда прятал. Резко покачав головой, я беру её и натягиваю на лицо. Я облизываю губы и смотрю на Табиту, которая прикусывает свою пухлую нижнюю губу.

— Первый и последний раз, детка, — хриплю я. — Потому что я не собираюсь трахать никого, кроме своей жены, до конца своих дней.

Она сглатывает, и вид у неё уже не такой дерзкий, как мгновение назад. Сжав её майку в кулаке, я притягиваю её к себе, сажаю на кухонный стол и опускаюсь к ней лицом.

Наши взгляды встретились, её дыхание обжигает мою челюсть.

— На колени, Тэбби. Я передумал. Сначала я оттрахаю тебя в рот. А потом вылижу твою киску.

— Чёрт, — бормочет она, соскальзывая со стола и нетерпеливо опускаясь на пол, пока я срываю с себя рубашку и отбрасываю её в сторону.

Она хватается за пояс моих джинсов, расстёгивает пуговицу и с силой тянет, чтобы убрать ткань с дороги. Она делает это лихорадочно и неуклюже, потому что не может перестать смотреть на меня. Её взгляд скользит по моей маске, пока я стою над ней, позволяя ей самой стянуть с меня штаны.

Когда они оказываются у меня на коленях, она бросает их и быстро стягивает с меня боксеры. Мой член стоит по стойке смирно, покачиваясь у её губ, которые она облизывает, наконец переключив внимание на него.

Её пальцы впиваются в мои бёдра.

— Чёрт. Прошла уже целую неделя, а я и забыла, какой ты большой.

Я прижимаюсь ближе, чувствуя, как моя головка упирается ей в рот.

— Ты справишься.

Она высовывает язык и слизывает жемчужину предэякулята, выступающую на головке. Я сжимаю челюсти, наблюдая, как она смакует её и прикусывает нижнюю губу.

Одна сторона её рта приподнимается, когда она бросает на меня страстный взгляд и снова дразнит меня.

— Слишком большой. Я подавлюсь.

Я мрачно усмехаюсь, чувствуя, как мой член твердеет от этой игры. Я сжимаю её волосы в кулаке.

— Тогда подавись им, Тэбби.

Её рот приоткрывается, когда я делаю толчок. Она заглатывает всего на несколько сантиметров, но это божественно. При следующем толчке я проникаю глубже, наслаждаясь тем, как она заглатывает мой член, и тем, как она постанывает. От этого по моей спине пробегает волна жара.

— Да, детка. — Я провожу рукой по её голове, привлекая её взгляд. Чёрная маска закрывает мне обзор. — Вот так.

Её щёки впадают, когда она заглатывает меня ещё глубже. Её язык извивается, а губы сжимаются так сильно, что у меня перед глазами всё плывёт. Она выглядит растрёпанной, голодной и чертовски сексуальной. Я стягиваю с её плеч тонкие бретельки и смотрю, как майка падает на талию. Она не останавливается, с каждым разом заглатывая меня всё глубже, даже несмотря на то, что у неё слезятся глаза.

Мои пальцы снова скользят по её шелковистым волосам, и я хвалю её.

— Ты такая чертовски красивая. Соси мой член так, будто от этого зависит твоя жизнь.

Её ресницы трепещут, взгляд становится жарче, она отстраняется с влажным звуком и шепчет: «Да», — прежде чем поднять мой член и взять мои яйца в рот. Я смотрю, как она сжимает ноги, пытаясь расслабиться. Потому что, если я хоть немного знаю Табиту, ей это тоже нравится. Так же, как мне нравится проводить время, уткнувшись головой ей между ног.

Я задыхаюсь, когда она втягивает меня в себя, обхватив рукой.

— Боже правый,