осторожность и что-то еще, что-то глубокое и древнее, как сама эта земля. Узнавание, что ли. Словно он бывал и раньше в подобных местах.

— Алекс, — прошептала Мари. — Смотри. Вон там. — Она указала рукой куда-то вбок. — Вон те деревья.

Я взглянул и предельно насторожился.

Деревья впереди были другими. Они стояли реже, давая друг другу больше пространства, и каждое из них было… странным. Стволы показались мне полупрозрачными, словно янтарь или матовое стекло. Через толщу древесной плоти струился свет. Мягкий, бирюзовый, пульсирующий в медленном, гипнотическом ритме. Словно каждое дерево было гигантской живой лампой с бьющейся внутри сердцевиной.

Я спешился. Снег стоял рядом, продолжая принюхиваться.

— Роща Светящихся Деревьев, — тихо произнесла Майя, и в ее голосе проскользнуло нечто, похожее на благоговение. — Подобные образования упоминаются в архивных записях эпохи Искажений. Чрезвычайно редкое явление. Деревья симбиотически связаны с кристаллическими структурами через корневую систему и питаются зет-энергией. Их древесина обладает уникальными свойствами: она максимально огнестойка и может резонировать с различными энергопотоками.

Дальше мы пошли пешком. Волки неотступно следовали за нами. Тропы как таковой не было, но идти оказалось довольно легко. Земля под ногами была ровной, покрытой серебристым ковром мягкого мха, а деревья стояли достаточно далеко друг от друга. Между стволами плавали крошечные светящиеся точки, которые при ближайшем рассмотрении оказались какими-то мелкими насекомыми. Они не садились на нас, а просто кружились в воздухе, словно лениво падающие снежинки.

Михаил шел рядом со мной, накинув шлем и сняв автомат с предохранителя. Его красные визоры сканировали окружающую обстановку, перемещаясь от дерева к дереву.

— Хрень какая-то. Слишком уж все спокойно, — процедил он сквозь зубы. — И это мне нифига не нравится.

— Мне тоже, — нахмурился я. — Но Мари права. Энергия здесь течет иначе, чем в пещере. Там было стоячее болото, а здесь настоящая река.

— Охренительная метафора, — проворчал он. — А в реках, к твоему сведению, водятся свиглы.

Я усмехнулся, но спорить не стал.

Минут десять мы осторожно продвигались, все глубже уходя в рощу. Свет вокруг усиливался, а деревья становились все крупнее. Воздух ощутимо вибрировал, донося до нас низкий, едва слышимый ритмичный пульс.

— Зэн-фон: две тысячи сто единиц, — отрапортовала Майя. — Источник прямо перед нами, примерно в ста метрах.

А через полминуты мы вышли на поляну. И, порядком охреневшие, остановились.

В центре, метрах в тридцати от нас, стоял кристалл.

Даже не так. Он не просто стоял. Он рос, жил и дышал.

Этот красавец возвышался над поляной, как исполинский обелиск высотой в человеческий рост, может, даже немного выше, метра под два с лишним. Его грани выглядели неправильными и органичными, словно он не кристаллизовался, а именно вырос из земли, как чудовищный зуб какого-то подземного чудовища. Бирюзовый свет в его сердцевине медленно и мощно пульсировал, испуская тот самый ритм, который я чувствовал последние несколько минут.

Сердце.

Это было первое слово, которое пришло мне в голову, и я понял, что оно абсолютно точное. Кристалл был сердцем этой рощи. В буквальном смысле этого слова.

От его основания во все стороны расходились толстые, узловатые прожилки, своеобразные энергетические каналы, излучающие точно такой же бирюзовый свет. Они ветвились, как кровеносная система, местами уходили в почву, а потом появлялись вновь и тянулись к основаниям ближайших деревьев, врастая в них. Я проследил взглядом одну из таких прожилок. Она шла к ближайшему прозрачному стволу и исчезала в нем, растворялась в древесине, наполняя ее сиянием. Кристалл питал деревья. Деревья, вполне возможно, питали в ответ кристалл. Замкнутая экосистема, идеальный симбиоз.

А на этих прожилках, словно грибы на мицелии, росли небольшие кристаллы. Десятки. Уж точно не менее пятидесяти. Они были разных размеров, от кулака до футбольного мяча. Кристаллы плотно сидели на энергетических каналах, как виноградины на лозе, и каждый мерцал в такт пульсу маточного кристалла, но с едва заметной задержкой. Волна света зарождалась в центральном Ядре, расходилась по прожилкам и поочередно вспыхивала в периферийных кристаллах. Вся поляна словно бы дышала.

Никто из нас не произнес ни слова. Секунд десять мы просто стояли и смотрели.

Маша первая нарушила тишину. Сначала послышался ее изумленный вздох. Я покосился на нее и заметил, как заблестели ее глаза.

— Это… — она нервно сглотнула. — Алекс, это невероятно. Энергия здесь… Она поет. Я не знаю, как по-другому сказать. Она именно поет.

— Сколько? — хрипло спросил Михаил. Его глаза были прикованы к кристаллам, и в них боролись два чувства: алчность и настороженность. — Сколько все это стоит?

Я задал Майе тот же самый вопрос.

— Маточный кристалл: оценка невозможна. Объект уникальный, рыночная стоимость не определена. Ориентировочно: от пятисот тысяч до нескольких миллионов фунтов по курсу Содружества. Вторичные кристаллы: в зависимости от размера, от трех до двадцати тысяч за единицу.

У меня перехватило дыхание. Двадцать тысяч за кристалл! Да даже если взять нижнюю границу в три тысячи и помножить на количество кристаллов — это было гораздо больше, чем я мог бы заработать за месяц непрерывной охоты на монстров. Это была та сумма, которая могла бы конвертировать наше положение из отчаянного в устойчивое.

— Алекс, — голос Майи прозвучал предупреждающе. — Обращаю внимание: вся поляна находится в состоянии хрупкого энергетического равновесия. Маточный кристалл является несущим элементом экосистемы. Любое грубое вмешательство: попытка извлечь Ядро или массовый сбор периферийных кристаллов с высокой вероятностью приведет к катастрофическому выбросу энергии. Мощность потенциального выброса критическая, а в радиусе поляны вообще летальная.

— Я и не собирался трогать большой, — ответил я, а потом добавил уже для всех: — Мы возьмем немного периферийных кристаллов. Самых дальних от центра. И сделаем это предельно аккуратно.

Михаил оторвал взгляд от поляны и посмотрел на меня.

— Ты уверен, что это безопасно?

— Нет. Не уверен. Именно поэтому будем действовать осторожно и по плану.

Я отступил от края поляны и подозвал всех поближе.

— Значит, так, — спокойно произнес я. — Маша, твоя задача — контроль энергопотоков. Когда я буду срезать кристалл, в прожилке произойдет разрыв. Энергия хлынет в обе стороны, и если ее не перенаправить, она ударит в Ядро. Как оно отреагирует, я не могу точно сказать, но будем рассматривать самый хреновый вариант: тотальное обнуление всего живого в радиусе поляны. Так что ты должна успокоить место среза, замедлить поток и дать порезу быстро затянуться.

Маша кивнула. Сосредоточенно и без