class="p1">— Ты это, целитель… прости, что мы тут как стая медоедов налетели, — произнёс Корвин младший. — Просто понимаешь, когда твоему зверю плохо, а ты ничего сделать не можешь…

— Понимаю, — мягко перебил я.

Дарен спрятал мешочек под куртку, прижал локтем и толкнул дверь. Келлен последовал за ним, но на пороге задержался, обернулся и кашлянул.

— Слушай, тут такое дело… — он понизил голос. Старший косо глянул на брата, но тот продолжил. — Господин Кринст снова про тебя спрашивал.

Я приподнял бровь.

— Зикариус?

— Он самый, — Келлен почесал бороду. — Этот человек… ну… скажем так, не любит ждать. И настойчиво просил нас узнать при встрече, когда у тебя появится свободная минутка.

— Ну, сейчас со временем беда, — я пожал плечами. — Весь в делах, но как руки дойдут, обязательно загляну.

Братья переглянулись.

— Ладно, — сказал Дарен. — Доброго вечера, целитель.

— Доброго, — ответил я.

Келлен хлопнул брата по плечу, и они двинулись прочь. Я запер створку, задвинул засов и замер у косяка, прислушиваясь к их удаляющимся шагам.

— Зикариус, Зикариус, — пробормотал я. — Нетерпеливый ты человек.

Когда серьёзные люди так настойчиво ищут встречи, они всегда находят способ её добиться. Вопрос только в том, что ему от меня нужно на самом деле…

С этими мыслями я заглянул к дяде и обнаружил, что он уже спал. Взяв пустые миски, направился к колодцу. Солнце уже скрылось за крышами, превратив небо над головой в пестрое полотно.

Брумиш дремал на пороге загона, опустив тяжёлую голову на передние лапы. Услышав мои шаги, он приоткрыл один глаз, лениво проверил, не угрожаю ли я мирозданию, и вновь закрыл. Крох расположился у колодца с таким важным видом, будто на нём держалась оборона всей лавки.

Люмин обнюхивал стебель сонного куста и время от времени поднимал на меня вопросительный взгляд, мол, хозяин, может, это всё-таки морковка?

— Не морковка, — сказал я, не поворачиваясь.

Зайцелоп фыркнул и вновь принялся обнюхивать его, на всякий случай.

Вымыв посуду, я решил наконец-то заняться созданием нового узла. Отнес миски на кухню, вытер руки о тряпку и, подойдя к грядкам, опустился на колени перед первым узлом. Положив ладонь на землю, почувствовал пульсирующее тепло и на несколько секунд прикрыл глаза.

Поднявшись, отошел на три шага влево — настолько, чтобы радиус будущего узла слегка соприкасался краем с имеющимся, присел и вновь закрыл глаза.

Магические каналы отозвались гулом. В этот раз я хотя бы знал, чего ожидать, и планировал добраться до кровати на ногах.

Я выдохнул и позволил мане свободно изливаться, не пытаясь придать форму. Энергия скопилась в ладонях, начала разлететься в стороны, но вернулась и дрогнула. Тело помнило: в прошлый раз получилось, когда я перестал бороться.

Магический сгусток собирался медленно. Сначала был рыхлым, расплывчатым, но постепенно сравнялся по плотности с первым узлом. Когда я почувствовал лёгкое головокружение, открыл глаза, и увидел перед собой мягко мерцающий в полутьме сгусток.

— Ты получился быстрее первого, — шепнул я.

Люмин взглянул на меня с выражением «с кем ты там разговариваешь?». Я промолчал.

Осторожно, как в прошлый раз, повёл сгусток вниз. Он проник в почву, опустился и замер на той же глубине, что и первый.

И тут начиналось самое интересное.

Я медленно направил его к первому. Стоило радиусам соприкоснуться, как старый узел дрогнул. Справа налево прокатилась тёплая волна, отозвалась во втором сгустке, вернулась обратно и запульсировала в общем ритме. Я ясно почувствовал, как у первого узла будто сняли с плеч половину груза. Он… расправился, что ли. Стал шире, спокойнее, ровнее.

Я не успел толком осознать, что произошло, как Система вывела сообщение:

[Создан неустойчивый магический узел]

[Тип: Усиление роста]

[Радиус действия: 3 м]

[Эффекты: Ускорение роста растений на 20 %, увеличение плодородности почвы на 20 %, повышение устойчивости к болезням на 20 %]

[Стабильность: 70 %]

[Обнаружен эффект: Синергия узлов]

[Описание: При сопряжении узлы стабилизируют друг друга. Расход маны на поддержание снижен на 25 %. Общая плодородность участка +5 %]

[Рекомендация: Продолжайте масштабирование сети. Соблюдайте недельный интервал между созданиями узлов]

Я уставился на сообщение.

— Синергия, — пробормотал я. — Ничего себе…

Губы расползлись в улыбке. Значит, чем больше я создам узлов, тем меньше нагрузки придётся на каждый. Если довести их число до пяти-шести, то получится что-то вроде магической оранжереи, способной существовать почти без моего участия. Перспективно, хоть и верится с трудом.

Однако, как бы то ни было, у меня получилось сделать ещё один шаг вперёд!

Люмин, почуяв изменение, поднял уши, подошёл и осторожно ткнулся носом в землю. Понюхал и посмотрел на меня так, будто я устроил тайный праздник без него.

Протянув руку к ушастому, я погладил его по макушке, и в этот момент меня настигла слабость. Голова потяжелела, в висках заныло, а ноги словно стали чужими.

Я уперся ладонями в землю и попробовал встать, но подняться получилось только со второй попытки. Выпрямившись, немного постоял, чтобы голова успокоилась.

Брумиш на пороге загона приоткрыл глаза. Крох подошел, взглянул на меня с укором: «ну что, опять?» и устроился у ног, прижавшись боком к лодыжке.

— Всё в порядке, мохнатый, — прошептал я. — Просто немного устал.

Я медленно добрёл до спальни, на ходу стянул рубаху, бросил её на табурет и рухнул на постель.

Люмин запрыгнул следом и улегся под боком, а через мгновение в ногах свернулся Крох.

— Команда, вы прелесть, — пробормотал я в подушку и тут же провалился в сон.

Меня разбудила тёплая полоса света, которая пробилась сквозь щель в ставне и легла поперёк лица.

Я зажмурился, потянулся и какое-то время лежал, прислушиваясь к телу. В висках не стучало, дыхание было ровным, в каналах ощущалась полнота.

Люмина рядом не было. Видимо, ушастый отправился по делам государственной важности, например, проверять, не выросло ли за ночь чего-нибудь вкусного. Крох тоже куда-то делся.

Я сел, потер лицо ладонями, накинул рубаху и направился во двор.

На табурете, прислонившись затылком к стене, сидел Ларк в одной рубахе. Его глаза были прикрыты, лицо грело утреннее солнце, а на лбу выступила лёгкая испарина. Рядом лежал Брумиш, прижавшись боком к сапогу хозяина.

— Ты как сюда выбрался? — прошептал я.

Ларк приоткрыл один глаз.

— Доброе утро, племяш, — хрипло отозвался он. — На своих двоих, как ещё.

— Я мог бы помочь.

— Хватит уже со мной нянчится, чай не маленький.

Я присел на корточки и погладил бронебруса по голове. Брумиш лишь повёл ухом, мол, не отвлекай.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил я, поднимаясь.

— Как старый сапог, который вытащили из болота, отмыли и поставили сушиться, — Ларк прищурился на солнце.

Я хмыкнул, пошёл