— Так пару домов по соседству приобретите, — посоветовал Олег. — В чем же дело?

— «Приобретите», — проворчала старая ведьма. — Если бы все так легко обстояло… Ладно, о чем говорить хотел?

— «Ярость Чернобога» в Москве нарисовалась, — прожевав кусок хлеба, произнес Ровнин. — Он же «белый волк». Как вам новость?

— Так вот оно что! — воскликнула Марфа. — Вот, значит, откуда эти трупы разодранные, о которых все лясы точат! Теперь понятно. Я-то на кое-кого другого грешила, а это белый вожак.

— Белый вожак? — переспросил Олег, который, естественно, не пропустил мимо ушей словосочетание «на другого грешила», но счел разумным проговорить с хозяйкой дома данный момент попозже.

— Ну, мы так его называем, — пояснила глава ковена, — а сами оборотни его проклятием Луны кличут или великим вожаком. В зависимости от того, кто как к Чернобогу и роду человечьему относится. А вожак — потому что мало кто из молодых волкодлаков способен его зову противостоять. Он позвал — они побежали и служить ему начали. Звериное нутро у мохнатых всегда людское переборет, особенно у самок.

— Ну да, слышал я о таком, — подтвердил Ровнин.

— Только мне что за печаль? — продолжила Марфа. — Ну народился этот зверь и народился, так не в первый раз, не в последний. Нам, ведьмам, с ним делить нечего. Любви у нас с оборотнями нет, но и вражды тоже. И сразу тебе скажу, Олег, — мы в эту драку не полезем. Даже не проси.

— И не собираюсь, — кивнул Ровнин, который наворачивал щи. — Просто на этот раз ситуация может вырулить так, что вы сами к нам за помощью придете.

— Ой ли? — недоверчиво прищурилась ведьма.

— Да так и есть. Я отчасти зачем приехал? Хочу вас предупредить о неприятностях. В теории — возможных, но на деле, думаю, к тому все и идет. Беда в том, что на этот раз белый волк не в одиночку народ гробит. Советница у него есть. А может, даже и помощница. И зовут ее…

— Ты о Яне? — сдвинула брови Марфа Петровна. — Слушай, я все понимаю, девка она непростая, с характером, только чтобы так? Да нет!

— Я тоже сначала думал, что нет, а вот потом начал случившееся раскапывать, и по всему выходит, что да. — Олег облизал ложку, после вытер коркой хлеба дно опустевшей миски и сыто вздохнул. — Ох, сейчас бы еще часочка три вздремнуть! Но нет на это времени, так что просто чайку попью.

— Пить пей, да дело разумей, — сурово глянула на него ведьма и подставила большую чашку под носик самовара. — Рассказывай давай!

Таить от нее ничего Олег не стал, потому на самом деле поведал историю почти целиком, опуская лишь детали, которые его собеседнице просто были ни к чему.

— Вот и выходит, что Яна ваша… Ваша-ваша, ее принадлежность к ковену, где вы старшая, пока является непреложным фактом. Так вот, прибилась ваша Яна к оборотню и, возможно, пока крутит им так, как считает нужным. То есть сначала она помогла парню отомстить тем, кто его за человека все это время не считал, а в обмен попросит ей ответную услугу отказать. И мы полагаем, что он ей не откажет.

— Да еще наверняка с ним и переспала, — недовольно добавила Марфа Петровна, — чтобы покрепче к себе привязать.

— Я тоже подобную версию высказал, — хлюпнул чаем оперативник. — Эффективный инструмент, особенно с таким типом. А может, и зелье какое в ход пошло.

— Даже не сомневайся, так и есть. Но зелье — точно нет, они волкодлакам что мертвому припарки. Не берут наши снадобья оборотней, природа у них такая. Нет, но вот какая же дрянь? Ведь как с родной обходилась, столько всего прощала!

— Первая мишень, конечно, я. — Олег достал из кармана сигареты и пододвинул поближе пепельницу. — Очень Яна на меня зла. Да и утырка этого я шуганул от души, потому тут двойной счет. Но вот кто следующий — вопрос. И, думается мне, Марфа Петровна, что это вы.

— А с чего у тебя такие мысли?

— Так кто еще? Яна сейчас в загоне диком. Да и в бешенстве таком же, к гадалке не ходи. Потому враг один для нее я, потому что сестрицу силы лишил. А вы — враг номер два, потому что не прикрыли, не отбили, и меня, вместо того чтобы наказать, поддержали. Да мало ли что она напридумывала? Было бы желание, а накрутить женщина себя всегда накрутит. А тут еще стремление отомстить с возможностью совпало, что случается не так часто.

— Может, все и так, — вздохнула старая ведьма. — Эх, кабы знать… Удавила бы их обеих давно, да и все. Сколько возни из-за двух провинциальных дур — слов нет!

— Что сестрицу не удавили — хорошо, — возразил ей Ровнин. — Я отчасти из-за нее сюда и приехал.

— Так зря! — развела руки в стороны Марфа. — Тебе же еще вчера было сказано — выслала я эту дрянь сопливую из Москвы. Или ты думаешь, я в таких мелочах врать стану?

— Не-не, даже не сомневался, что все так, — заверил ее Олег. — Ни она, ни та парочка, которая у Абрагима скандал устроила, после таких подвигов вам на самом деле ни к чему. Но телефон-то никто не отменял. Мне надо, чтобы вы у Ники вытянули информацию о том, где Яна сейчас находится. Уверен, есть какое-то место, которое она приготовила на тот случай, если схорониться нужно будет. У каждой ведьмы такое имеется, вам ли не знать? А у тех, что поматерее, и не одно. У вас, поди, с десяток, причем по всей стране.

— Поболе, — с улыбкой ответила глава ковена. — Давно живу.

— Вот. И голову даю на отсечение, что оборотень там же с ней кантуется. У него-то укромного уголка, где днем можно после ночных подвигов отсидеться, нет. Ну не в лесу же ему прятаться? Да и не приспособлен он для подобной жизни, когда в человеческом облике находится. Про Навь я и не говорю, тем более что он, скорее всего, еще туда ни разу и не сходил.

— Как в Навь наведается, куда сильнее станет, — помрачнела