— Могу я пойти с ва…

— Конечно же нет! — хмыкнула царица. — Некоторые политические вопросы я предпочитаю решать лично. Если я не вернусь через час, тревогу не поднимать.

— А если через два?..

— Тогда тоже не поднимай. Значит, переговоры прошли еще более успешно.

Нефер закатила глаза и села на стул. Бороться с царицей было бесполезно. Проще было дождаться, как та вернется, и уже потом тихонько паниковать.

* * *

Коридоры Кремля ночью выглядели совсем иначе, чем днем. Свет люстр был приглушен до тусклого золотистого свечения, тени ложились длинными полосами на мраморный пол, каждый шаг отдавался гулким эхом. На каждом углу стояли гвардейцы, неподвижные как мебель. На Клеопатру они не реагировали, а только провожали взглядами.

Она знала, где находятся покои Кузнецова. Рафик, бедолага, был слишком услужлив и слишком разговорчив, так что расположение всех делегаций она выяснила еще за ужином: между вторым блюдом и десертом.

На повороте к восточному крылу Клеопатра замедлила шаг. Навстречу ей из бокового коридора вышел невысокий мужчина с тонкими чертами лица. Его она узнала. Это был один из помощников австралийского короля. Она видела его за ужином, он был среди прислуги Ричарда VI и совсем не выделялся. Разве что двигался слишком тихо… даже для слуги.

Они остановились в нескольких шагах друг от друга.

— Добрый вечер, — Клеопатра улыбнулась. — Или уже доброй ночи?

— Доброй ночи, ваше величество, — помощник чуть поклонился. Голос был ровный, спокойный. — Вам не спится?

— Решила подышать свежим воздухом. В покоях душновато.

Она не стала уточнять, что свежий воздух находится в противоположном направлении, а идет она вглубь здания. Помощник тоже не стал это уточнять.

— Понимаю, — кивнул он. — Я сам иду за водой для господина. Его величество Ричард привык пить перед сном теплую воду с лимоном. Русские лимоны ему не нравятся, но выбирать не приходится.

— Мы, правители, весьма капризны, — согласилась Клеопатра.

— Именно так.

Они разошлись. Клеопатра пошла дальше, а помощник свернул в боковой коридор, ведущий к лестнице вниз. Она оглянулась, но он уже исчез за углом.

Странно… Кухни Кремля располагались в другом крыле. Она знала это точно, потому что Нефер дважды ходила туда за травяным чаем и оба раза жаловалась на сложную планировку. А этот помощник шел куда-то вниз, в подвальные этажи.

Впрочем, чужие слуги и их ночные маршруты Клеопатру не касались. У нее были дела поважнее.

* * *

Покои Кузнецова располагались за тяжелой дубовой дверью с бронзовыми ручками в виде львов. Перед дверью должен был стоять, как минимум, один гвардеец, но коридор был пуст.

Клеопатра на мгновение задумалась, потом решила, что отсутствие охраны это знак судьбы. Ну, или знак того, что Кузнецов не считает нужным держать лишних людей. Тоже вариант.

Он был силен, даже очень. Хоть она и говорила с ним с позиции силы, но с каждым разом внутренне сомневалась, что хорошей мыслью было объявлять ему войну. После общения с королем Франции уж точно…

Она проверила дверь. Не заперто. Вот это самоуверенность! Хотя, если вспомнить, что этот парень победил объединенную армию Северной Европы и нарезал монету на пятьдесят частей какой-то железкой, которая больше подошла бы в качестве колуна для дров… Может, ему и правда не нужна охрана.

Клеопатра тихо приоткрыла дверь и скользнула внутрь. Комната была большой, с высокими потолками и тяжелыми бордовыми шторами, скрывающими окна. Сквозь них пробивался тонкий лунный луч и падал на кровать, где кто-то лежал. Под одеялом угадывался силуэт — голова на подушке, одеяло чуть сбилось. Он не двигался, и такому спокойному сну Клеопатра только позавидовала.

Она подошла ближе. Сердце застучало чуть быстрее, чем обычно. Царица аккуратно присела на край кровати, провела рукой по одеялу и…

Под пальцами было мягко. Так не должно быть! Она сжала пальцы, и они провалились в ткань.

Клеопатра замерла. Потом медленно подняла одеяло.

Подушки. Три штуки, сложенные в форме человека и накрытые одеялом! На верхней лежала какая-то свернутая тряпка, издали похожая на волосы.

Его здесь не было. Может, и не было всю ночь!

Клеопатра встала, поправила халат и глубоко вдохнула. Потом еще раз вдохнула и еще. Это было необходимо, чтобы не запустить подушкой в стену.

Клеопатра Египетская не швыряется подушками. Клеопатра Египетская сохраняет достоинство в любой ситуации.

Даже когда ее обманул набор постельных принадлежностей.

Она развернулась и вышла из комнаты, тихо закрыв за собой дверь. Шаги ее были быстрыми и четкими. Каблуки стучали по мрамору громче, чем по дороге сюда. Это можно было списать на плохую акустику.

* * *

В углу комнаты на диванчике сидела голубоволосая девушка в темно-синем костюме с большим вырезом на груди. Она болтала ногами и наблюдала за тем, как Клеопатра выходит из комнаты. На потолке притаилась черная деталька.

Когда дверь закрылась, Лора запрокинула голову и рассмеялась. Потом поправила очки в тонкой оправе, достала из ниоткуда блокнотик, который существовал только в ее коде, и сделала пометку.

«Клеопатра Египетская. Попытка номер один. Результат: три подушки и разочарование.»

Она перечитала запись, подумала секунду и дописала снизу:

«Наглая особа. Завышенное ЧСВ. Возможно нимфоманка…»

Лора спрыгнула с подоконника, прошлась по комнате и остановилась у кровати. Посмотрела на подушки. Наклонила голову.

— Дура, хоть бы поправила за собой, — и погладила верхнюю. — И тряпку распустила… Вот овца.

Открыла блокнот и записала в него:

«И сиськи у нее маленькие!»

За окном по крыше Кремля едва слышно прошуршали шаги. Болванчик мигнул красным огоньком, передавая данные Михаилу, который все это время сидел в вентиляционной шахте и наблюдал за восточным крылом, куда пятнадцать минут назад зашел помощник Ричарда VI.

О ночной гостье он не знал. Лора решила, что ему необязательно знать. Некоторые вещи лучше оставить между девочками.

Глава 13

Разговор на равных с сильнейшими…

Кремль.

Малый кабинет Императора.

09:30.

Кабинет Петра Петровича на втором этаже восточного крыла был небольшим и обставленным так скромно, что любой принял бы его за комнату секретаря. Письменный стол, два кресла, книжный шкаф до потолка, портрет какого-то генерала с пышными бакенбардами на стене. Никакой позолоты и хрусталя, даже ковра на полу не было.

Когда я вошел, царь сидел за столом с чашкой крепкого кофе. Спал он, судя по всему, еще меньше, чем я. Рафик стоял у двери с неизменной папкой под мышкой.

— Доброе утро, Михаил, — Петр указал на кресло напротив. — Чай? Кофе?

— Кофе, если можно, — я сел и почувствовал, как ноют колени. Три часа в