торговую улицу. Магазинчики бижутерии, закусочные… и подпольная интернет-кафешка, куда пускали без паспорта.

Кафе пряталось за чёрным входом маленькой столовой. На второй этаж — и толкай стеклянную дверь.

Сюй Шэн был там завсегдатаем.

Чжан Фэн не жил в общежитии. Когда он примчался с рюкзаком и парочкой пацанов, Сюй Шэн уже оккупировал самый дальний комп. Сидел в наушниках, поджав одну ногу и поставив её на край кресла, и смотрел кино.

— Это чё, сюжета нет вообще, — Чжан Фэн оплатил время, швырнул рюкзак на пол и, пока компьютер грузился, заглянул к Сюй Шэну. Ничего не понял и глянул на заголовок: — «…BBC: Сила искусства». Блин, документалка?

Сюй Шэн одной рукой таскал мышкой ползунок.

Чжан Фэн задал вопрос души:— Ты в кафе пришёл это смотреть? Может, сразу «Вести» включишь?

— «Вести» в семь, ещё не начались, — невозмутимо ответил Сюй Шэн. Он закрыл документалку. — Шучу. Заходи в игру.

Они резались несколько раундов. В середине Чжан Фэну позвонила мать:— Ты охренел, сколько времени, где тебя носит?!

Чжан Фэн врал не краснея:— Я с одноклассником задачи разбираю…

Мать ему, конечно, не поверила. Чжан Фэн в отчаянии уставился на Сюй Шэна.

Сюй Шэн, не отрываясь от клавиатуры, подыграл:— Задача, в общем, простая.

Чжан Фэн замахал глазами: «Гони ещё — не останавливайся!»

Сюй Шэн:— «Дано:» — двоеточие.

Чжан Фэн: «…»

— И? — Чжан Фэн ждал продолжения. — Добавь ещё что-нибудь.

Сюй Шэн:— Можно переходить к следующей задаче.

«…………»

К счастью, мать Чжан Фэна через трубку не слышала конкретики:— Ну, разобрались — и дуй домой. Я твои любимые свиные рёбрышки в соевом соусе сделала.

Чжан Фэну деваться было некуда. Закинув рюкзак на плечо, он мысленно выл: «К кому я за помощью обратился?! Даже админ этой кафешки разбирается в школьной программе лучше, чем тип рядом со мной!»

Чжан Фэн повесил трубку:— Шеф, вы задачи объясняете — прямо как по нотам!

Сюй Шэн, зачистив линию крипов:— Не за что.

— Я погнал, — сказал Чжан Фэн перед уходом. — Ты тоже не засиживайся. Только начало года — попадёшься — не поздоровится.

Сюй Шэн открутил крышку бутылки с водой и хмыкнул — крайне небрежно.

— Вали, — сказал Сюй Шэн. — Меня не поймают.

Он просидел в кафе дотемна. Документалка BBC подходила к концу, стало скучно. Он откинул голову, снял наушники и собрался купить чего-нибудь поесть на ресепшене.

В ассортименте — только лапша быстрого приготовления да куриные ножки с куриными лапками. Сюй Шэн глянул — аппетита не возникло. Взял только мятную жвачку с полки.

Развернул одну подушечку, сунул в рот и вышел на лестничную клетку проветриться.

Не прошёл и двух шагов — из закутка, где свален хлам, донеслось: «Бух!»

— И это все деньги?— Это на завтрак. Правда больше нет… — голос мальчишеский, заискивающий.— Бух! — снова звук опрокидываемых вещей.— Я же сказал: не соберёшь двести юаней[4] — не обижайся, — голос того, кто пинал хлам, грубый и хриплый. — По морде захотел?

Такие подпольные кафе — зона повышенного риска. Разношёрстная публика. Ничего удивительного, что такое случается.

Сюй Шэн раздавил подушечку жвачки зубами. Прислонился к стене, послушал немного, разгрыз леденец окончательно и лениво побрёл в сторону завала.

Вокруг коробок стояли четверо. Волосы — классический социальный жёлтый, не при мешковатой одежде. Не из Шестой школы, судя по виду. А тот, кого обступили, — в серо-голубой форме, заметной издалека.

— Простите, отпустите… Завтра… завтра обязательно отдам…

Четвёрка жёлтых пересчитала мятые купюры, переглянулась и заржала:— Завтра? Завтра будет уже другая сумма.

Долго они не смеялись — потому что того, кто держал деньги, похлопали по плечу.

— Это кто?!

— Неважно, кто я такой, — Сюй Шэн подошёл и по-свойски положил руку ему на плечо, словно старые друзья. Слова, однако, прозвучали иначе: — Вы слишком шумные.

Жёлтый, сжимавший деньги, обернулся и замер.

Честно говоря, несмотря на дурную славу, внешность Сюй Шэна привлекала в школе немало взглядов. Чёрная футболка, тёмно-синие джинсы, серёжка.

Помимо всего этого, на серьёзного ученика не похожего, у Сюй Шэна были резкие, острые черты лица, чуть приподнятые уголки глаз. Взгляд беззаботный, но с прищуром, в котором пряталась диковатость. Кто ни посмотрит — сразу ясно: перед ним тот самый плохой парень, который вечно получает взыскания.

И, что самое главное, на вымогателя он походил больше, чем они.

— Ты… — Жёлтый с деньгами стушевался под его напором. — Ты тоже пришёл деньги отжимать?

Сюй Шэн усмехнулся:— Можно и так сказать.

Он убрал руку с плеча жёлтого, размял запястье и беззаботно спросил:— Сколько вы с него уже поимели? Сами отдадите, или мне руку приложить?

Жёлтый: «…»

Четвёрка смылась.

Им было лет по шестнадцать-семнадцать, не больше. Пришли по мелочи попугать — выбрали того, кто послабее. Наткнулись на того, кто твёрже их самих, — и гонор как ветром сдуло.

Побросали на пол всё, что было в карманах, брякнули: «Прости, братан[5], не знали, что это твоя территория», — и скатились по лестнице вниз.

Сюй Шэн нагнулся, собрал с пола разбросанные деньги, сложил стопочкой и присел на корточки.

Парень в форме Шестой школы всё ещё сидел на земле и мелко дрожал. Увидев, что Сюй Шэн присел рядом, его первой реакцией было:— У меня правда больше нет денег… Честно… T_T

Сюй Шэн: «…»

Я что, настолько похож на вымогателя?

Он ничего не сказал. Просто сунул деньги парню в руку, поднялся и, уже толкая дверь кафе, бросил:— В такое место больше не ходи.

Сюй Шэн проторчал в кафе почти до девяти вечера.

Снаружи уже чернела ночь. Фонари вдоль дороги уходили вдаль.

Школа закрывалась в половину седьмого. Общага работала до десяти — но если не попадёшь на территорию, то хоть до утра не закрывай — без толку.

Сюй Шэн обогнул школу к задним воротам.

Задние ворота примыкали к общежитию и были постоянно заперты. Ржавая калитка перетянута толстой цепью. Вся стена огораживала мужское общежитие. Ближайшая секция — десятиклассники.

Он наступил на камень под стеной, подтянулся и перелез. Парень высокий, перемахивал без усилий. Спина выгнулась дугой, он отпустил руки, свесил одну ногу, готовясь спрыгнуть —

И увидел, как навстречу идёт человек.

Высокий. На плече висит рюкзак. Рукава формы закатаны до локтя. Тот самый серо-голубой костюм, чей фасон, говорят, занимает одно из последних мест в рейтинге формы по району, — но на нём почему-то