будто искажённый жаром, — но не настолько, чтобы мы могли позволить себе вдоволь поспорить. Так что…

Он удивил меня во второй раз за эту минуту.

Сначала — прыгнул за мной в окно.

А теперь… Он притянул меня к себе.

Резким движением Кастер схватил меня за талию, прижал к себе так, что я почувствовала всё — твёрдые мышцы под его рубашкой, бешеный ритм его сердца, жажду в его дыхании.

И поцеловал.

Не просто прикоснулся губами — впился, как голодный зверь, как безумец, как человек, который знает, что это его последний шанс.

Губы Кастера были горячими, почти обжигающими, его язык вторгся в мой рот с такой дерзкой уверенностью, будто он имел на это право. А я… я была настолько обескуражена, что даже не думала сопротивляться. Да и вряд ли смогла бы.

Это было подобно удару молнии, яркой вспышке среди ночи, свежему глотку воздуха в знойный день. Этот поцелуй выжигал всё внутри меня. Там, где секунду назад бушевала ярость, теперь полыхало что-то другое. Сильнее.

Жар, разливающийся под кожей, стал невыносимым, будто моя кровь превратилась в расплавленный металл.

— Расправь свои крылья, Лина, — с трудом отрываясь от моих губ, прошептал Кастер.

Я не успела ответить. Потому что в тот же моё тело будто разлетелось на части. Боль пронзила меня, острая, ослепительная, но почти тут же она сменилась ликованием, будто что-то, долго спавшее, наконец проснулось.

Я закричала. Но это был уже не человеческий крик. Это был победоносный рёв дракона.

Моя кожа лопнула, уступая место чешуе, кости перестроились, становясь крепче, длиннее, мощнее. И когда я открыла глаза — мир изменился.

Я видела всё. Каждую деталь. Далёкие огни гавани, мерцающие, как звёзды на небе, тени облаков, скользящие по круглому лику Луны, даже пылинки, кружащиеся в ночном воздухе, будто танцующие звёзды.

И Кастера, который смотрел на меня с непередаваемой гордостью и восхищением. Никогда ещё ни один мужчина в мире не смотрел на меня таким взглядом.

— С новым днём рождением, Лина, — прошептал он.

А я… я расправила крылья.

Глава 49

Быть драконом — это чудесно. Фантастически. Неописуемо.

Крылья расправились за моей спиной с шелестом, похожим на звук разрываемого шёлка.

Огромные, перепончатые, пронизанные жилами, будто витражи из тёмного стекла. Чёрные с багровым. Я чувствовала их каждой клеточкой своего нового тела — они были частью меня, как руки, ноги или нос.

Я взмахнула — и мир подо мной вздрогнул.

Воздух запел в ушах, подхватывая моё тело. Я больше не падала. Я летела.

— Ну как, нравится? — раздался голос Кастера откуда-то сверху.

Он что на мне сидит⁈ Я повертела головой на длинной шее, чтобы убедиться.

Да, так и есть. И да, это очень странно ТАК изгибать шею. Я могу видеть, что у меня позади находится!

А покосилась на мужчину и… резко наклонилась вбок.

Не то чтобы я мечтала прям убить его, но… заслужил, что ещё сказать⁈

Кастер, совершенно не дрогнув ни на секунду, наклонился вместе со мной и усидел.

— Ну ладно тебе, не злись, Лина, — добродушно улыбнулся Кастер. — Я тебе сейчас всё расскажу, и ты, я уверен, поймёшь и простишь меня. Да и выбора-то у нас особо нет — хочешь или не хочешь, но будешь ты моей женой, а я твоим мужем.

Я хотела на него рыкнуть, чтобы слезал немедленно, но вместо слов из горла вырвался низкий рокот — звук, от которого я сама вздрогнула.

Это у меня теперь такой голос⁈

— Не пугайся, Лина, — рассмеялся мужчина, — Ничего, привыкнешь и научишься говорить. А я помогу тебе освоиться. Это — задача мужа.

— Смор… смотр… смотреть, как жен-а-а-а-а пр-р-р-рыгает из окна, это тож-ж-ж-же з-з-з-з-задача мужа⁈ Да и мы в р-р-р-разводе, ты мне не муж! — к концу фразы я уже даже вполне разборчиво говорила.

— Муж я тебе, муж, — ворчливо ответил Кастер. — Потому что для истинной пары драконов нет понятия развода, это невозможно.

— Но нас развели! В суде! — возразила я. — На котором ты, между прочим, соврал о цвете кристалла!

— А ещё я там сказал, что люблю тебя, потому что знал, что полюблю, — улыбнулся мужчина. — Поэтому кристалл был белым, потому что нам предназначено быть вместе богами. Такое встречается настолько редко, что разводы между такими парами запрещены под страхом смертной казни. Так что я скрыл от судьи цвет кристалла ради тебя.

— Это ты так говоришь, — с подозрением спросила я. — Откуда я знаю, какие у вас тут на самом деле законы?

— Разве ты не чувствуешь ЭТО теперь, когда твоя ипостась пробудилась?

Всё и вправду вокруг изменилось.

Зрение стало острее — я видела крыс в подворотнях, трещины на стенах домов, тени, ползущие по крышам.

Запахи стали резче и били в ноздри накатывающими волнами: дым из труб, солёный ветер с моря, страх прохожих, заметивших тень в небе.

Ощущения стали ярче, чётче: я чувствовала, как ветер «щекочет» чешую, чувствовала едва заметную тяжесть Кастера и как он обхватил мои бока ногами.

Мне было приятно, тепло от него. И спокойно, что он рядом.

А ещё я чувствовала огонь. Он клокотал внутри. Мне казалось, он наполняет меня и переливается под чешуёй, как расплавленная лава. Я чувствовала, как он пульсирует в горле, готовый вырваться наружу.

— Не сейчас, не надо, ты же можешь контролировать себя, да, Лина? — Кастер внезапно погладил меня по спине. — Только не чихай пока — спалишь полгорода.

Я правда чуть не чихнула — от смеха. Вот же придурочный дракон и шутки у него придурочные!

А ещё из странного, он больше меня не раздражал меня так, как раньше. Нет, безусловно, я злилась, но то, каким образом он «это» всё со мной провернул, однако…

Почему-то я знала, что он говорит правду про белый цвет. Правда знала. Сердцем, что ли, чувствовала?

Не было большой той чёрной злости, которая меня раньше охватывала при виде его. Мне не хотелось подвергать каждое его слово проверке, хотя я и продолжала делать это на автомате.

Мне было так… легко. Свободно. Только сейчас я поняла, что злилась не только на него, но и на всех постоянно и часто без повода.

Почему я «наехала» на Ульяру? Ну да, она тоже не верх любезности была, но всё же. Я же могла не