Уже через секунду я снова ору. Кажется, я срываю голос от ужаса.

— Пора заканчивать представление. Забирайте свою королеву и проваливайте.

Только сейчас я замечаю Асхата и Багира, стоящих поодаль с приставленными пистолетами к вискам.

Я окончательно прекращаю понимать реальность. Почему все так? Глеб всегда боролся и побеждал. Он не сдавался, не уступал.

Все пошли вон! — звучит холодный приказ. — Пришло время отправить дьявола в ад! Помогите ему, — вырываюсь из жесткого захвата. — Сделайте, что — нибудь. Все кончено. Нам надо ехать, — голоса братьев добивают меня. Разрушают последние крупицы надежды.

— Пустите меня. Пустите. Я не оставлю его. Я хочу к нему. Я хочу быть рядом с ним, — голос дрожит от отчаяния. — Я люблю тебя... люблю..

Меня тащат к машине. Все мысли в голове сплетаются в клубок безвыходности. На краткий миг я отключаюсь. Очень темно и холодно. Я не понимаю, где я. Асхат несет меня на руках.

— Они взломают сейф. Сейчас рванёт, — кричит Долматов. — Надо быстрее сматываться.

Багир предугадал то, что случилось через мгновение. Звучит первый взрыв. Страшный и ужасающий. Беспрерывный.

— Нет! Глеб... - кричу до боли в легких. Мощные толчки сотрясают землю, поднимая в небо обломки здания.

Внутри все обрывается.

Безвозвратно.

Нет. отталкиваю мужчин и бегу в сторону яркого пламени. Красные всполохи озаряют вечернее небо.

Не получается вытолкнуть из себя воздух.

Боль поглощает, лишает кислорода. Сердце останавливается, оно больше не способно гонять кровь по венам.

Чернота пожирает Глеба.

Темнота ночи забирает его навсегда.

Мои щеки обжигают ядовитые слезы. Мне всадили нож в сердце, внутри все охвачено огнем, горячие языки жгут кожу.

Щелочь разъедает глаза.

Все кончено.

Пепел любви развеян по ветру.

earee Куда мы едем? — бормочу в бреду. В горы, — мрачно отвечает Асхат. — Ты же любишь горы?

Осознание приходит постепенно, превращая меня в тонкую материю без оболочки.

Глеба больше нет.

Мой мир разрушен до основания.

Не хочу жить без него.

Не буду.

Без него нет смысла.

Глава 36

Ульяна

Время от времени я прихожу в себя. Выплываю из забытья. Мы изредка останавливается в гостиницах и придорожных кафе. Унылый пейзаж за окном внедорожника наводит тоску и не обнадёживает. Мне все кажется, что я скоро проснусь, вынырну из беспросветной тьмы. Но увы, мой кошмарный сон бесконечен как круговорот жизни. Счастье было так близко. Понимаю, что я всё разрушила. Я не виню Егора. Нет. В том, что произошло лишь моя вина. Слезы копятся в глазах и градом катятся по лицу, отуманивая разум. Я неудержимо рыдаю.

Мужчины поочередно сменяют друг друга за рулем.

— Когда мы приедем? — шепчу осипшим голосом. Мои губы пересохли и местами потрескались.

Утыкаюсь лицом в мужское плечо. Жмусь бездомным котенком в поисках тепла.

— Завтра, — тихо отвечает Багир, протягивает бутылку воды. Делаю пару глотков. Вода стекает по подбородку и груди. Волосы прилипли к влажному лицу. Долматов убаюкивает меня, уложив голову на свои колени. Погружаюсь глубоко в рассуждения о своей жизни без Глеба и того не желая, засыпаю.

К концу пятых суток пересекаем границу южной республики.

За окном внедорожника мелькают пожелтевшие деревья и дома. Жаркое лето сменилось унылой осенью. Слезы непрерывным потоком продолжают течь по щекам. В душе пустота и бесконечная усталость.

На дороге мы абсолютно одни. Вокруг горы и многочисленные ущелья. Вскоре трасса заканчивается, и машина съезжает в лес. Дорога петляет по ущелью забираясь все выше и выше.

— Здесь я родился, — пошатываясь, переступаю порог дома в родовом ауле Тохаева. Он маленький, но очень уютный. В деревянные окна проникает солнечный свет. К нашему приезду родственники Асхата подготовили его к проживанию, купили все необходимое.

Проходит неделя. Братья не дают чувствовать себя одинокой. Стараются изо всех сил не дать мне впасть в уныние и депрессию. Боятся, что я натворю глупости. Первые несколько дней не оставляют меня даже ночью. Поочередно дежурят у кровати.

— Совсем не спала сегодня?

Багир заходит в комнату. Мотаю головой.

Не спала. Все думаю. Плачу. Размышляю о своей роковой ошибки. Прокручиваю в голове нашу последнюю встречу. Глеб уехал ранним утром. Я долго смотрела в след отьезжающего автомобиля через окно второго этажа. У меня никак не получается вспомнить, что он сказал, прощаясь. Жизнь без Норманна пустая. Дневной свет померк. Его было слишком мало в моей жизни. А теперь я вовсе одна в холодной постели.

Пойдем завтракать. Твой старший брат с утра на кухне орудует, — из коридора доносится шум. Я тут кое-что прикупил для тебя, — протягивает пакет с вещами.

В пакете обнаруживаю темно-голубой спортивный костюм, футболку и белоснежные кроссовки моего размера. Почему-то чувствую неловкость. Вещей у меня совсем немного, но попросить обновить гардероб мне банально стыдно. Я ведь и так доставляю слишком много хлопот. Костюм отлично смотрится, невероятно мягкий и приятный к телу.

Когда захожу на кухню, мужчины уже сидят за столом.

— Съесть надо всё, — Асхат кладет передо мной горячие лепешки и стакан какао. Он суетится у маленькой плиты, достает из духовки творожную запеканку.

— Пахнет вкусно, но я не хочу, — забавно наблюдать за суровым мужчиной, старательно готовящим еду.

Долматов быстро разрезает запеканку на куски, и выкладывает их на тарелку. Сдабривает мою порцию сметаной.

Через не хочу, — заставляет сделать глоток горячего напитка. — Ты похудела. Кожа да кости.

Бледная. Если сама не будешь есть, мы с Тохой насильно начнем кормить. С нами шутки плохи.

Привяжем к стулу и Тебе надо показаться врачу, — встревоженно говорит Асхат. Не надо. Я здорова. Это не обсуждается. У тебя нет других вариантов, — вторит ему Багир. — Не смей думать о плохом. Вся жизнь впереди.

Без него жизни нет, — хриплю еле-еле. Ульяна, — гладит меня по волосам, — ты должна научиться жить без Глеба. Смириться с потерей. Надо признать и преодолеть утрату. Не стоит в себе замыкаться. Мы боимся за тебя. Не знаю, как у Тохаева, но со мной такая хрень впервые в жизни. Я еще никогда за бабу не переживал.

Если ты нам взаправду сестра, то должна слушаться.

— Поддерживаю, — Тоха вкладывает в мою руку вилку. Голос его вполне серьёзен. Я понимаю, что он не шутит.

— Всё будет хорошо, девочка, — уверяет меня. — Мы тебя не оставим.

Я верю им. Мои братья не обманут, не дадут в обиду.

— Спасибо, — стараюсь быть благодарной, в первую очередь за то, что они рядом.

На следующий день Долматов привозит меня в дорогую частую клинику. Меня тщательно осматривают несколько специалистов. Врачи делают