голос стал тише. — Я изменился куда сильнее, чем ты можешь себе представить.

Он хищно ухмыльнулся и с обманчивой легкостью закружил меня по залу. Для зрителей мы безупречно исполняли вальс, но для меня каждый шаг был изощренной пыткой.

Вновь слышать его голос, чувствовать запах, прикосновения… и помнить, что он лжец.

— Ты и мой лучший друг. Какая трогательная пара. Почему именно он, Фэл? В столице перевелись мужчины? Или ты целенаправленно выбирала жениха из моего близкого окружения?

— Я понятия не имела, что вы знакомы. Это нелепая случайность.

— Или злая ирония судьбы.

Я до боли стиснула челюсти. Внутри поднималась бессильная ярость… Все чувства, которые я так безжалостно вытравливала из себя последние полгода, пытаясь просто выжить и спасти семью от нищеты, всколыхнулись с новой силой.

Я смотрела в черные глаза Кайдена и отчаянно проклинала судьбу. Почему она так ко мне жестока?!

— И как быстро ты вскружила Реджи голову? — Кайден безжалостно продолжал свой допрос. — Месяц? Два?

— Не твое дело.

— Разве я не вправе порадоваться за ваше счастье?

Каждая его фраза полосовала по старым ранам...

Мне хотелось наотмашь ударить по его красивому и надменному лицу.

За его издевательский тон. За ложь. За предательство… И за то, что он посмел воскреснуть именно сейчас.

— Зачем ты вернулся? — выпалила я, сузив глаза. — Почему сегодня, Кайден?

— Неужели ты не рада видеть меня в добром здравии? А ведь все эти полгода я думал о тебе каждый день.

— С наслаждением вспоминал, как ловко обвел вокруг пальца деревенскую дурочку?

Уголок его губ дрогнул в кривой усмешке, и я поспешно отвела взгляд.

Половина моей души ликовала, что он жив. А вот вторая… Она кричала от боли. Все эти месяцы я собирала себя по кусочкам, пока он позволял мне верить в свою смерть.

— Интересно, как Реджи отнесся к тому, что в его чистой, невинной невесте, вопреки всем законам нашего мира, проснулась магия еще до первой брачной ночи?

Одна фраза — и мое сердце ухнуло вниз, а страх прошиб до самых костей…

Мой выстроенный карточный домик начинал медленно рушиться…

— Не твое дело, — огрызнулась я, чувствуя, как холодеют пальцы.

— Или ты оказалась достаточно изворотливой и затащила его в постель пораньше, чтобы скрыть свою маленькую грязную тайну? — его слова хлестали, как удары плети.

Я вскинула на него полный ненависти взгляд и, изо всех сил стараясь унять предательскую дрожь в голосе, прошипела:

— Если ты явился лишь за тем, чтобы снова растоптать мою жизнь — я прокляну тебя, Кайден Торн. Слышишь? Я счастлива с Реджинальдом. И я люблю его.

Генерал скользнул по моему лицу тяжелым, изучающим взглядом, ничего не ответил и отстраненно уставился куда-то поверх моего плеча.

Я же украдкой посмотрела на жениха, танцующего с тетушкой Беатрис.

Светловолосый, открытый, и вечно улыбающийся Реджи был абсолютной противоположностью человеку, который сейчас сжимал меня в объятиях.

И именно это я ценила в Реджи больше всего. А еще он был добр, заботлив, спас меня от отчаяния и подарил надежду на будущее.

Я свято верила, что однажды смогу полюбить его. Вот только пока мое сердце, увы, упрямо молчало…

Пальцы Кайдена внезапно впились в мою талию с такой силой, что перехватило дыхание.

— Так он знает или нет, Фэл? — в его голосе слышалась ярость. — Как ты объяснила ему свой дар?

— Отвяжись от меня!

В черных омутах полыхнула неприкрытая угроза.

— Если не ответишь сейчас же, то я поцелую тебя. Прямо здесь, на глазах у всей столичной знати. И от твоей идеальной помолвки не останется и следа.

Я уже открыла рот, чтобы сказать, что он не посмеет так поступить с лучшим другом, но танец подошел к концу. Музыка замолкла.

— Я жду ответа, — процедил Кайден, даже не думая разжимать объятия.

— Иди в тьму! — бросила я, яростно вырываясь.

Но вместо того чтобы отпустить, он рывком прижал меня еще ближе к себе. И наклонившись к самому уху, вкрадчиво прошептал:

— Я уже там, милая. Уже полгода как там.

А затем его руки наконец разжались.

Получив долгожданную свободу, я торопливо сделала реверанс.

— Всего доброго, Ваша Светлость, — отчеканила холодно.

Я резко развернулась и почти бегом направилась прочь, но не успела сделать и десяти шагов, как бальный зал разорвал пронзительный, полный животного ужаса женский визг.

Все гости одновременно повернули головы к дальнему алькову.

— Святые боги… — выдохнул кто-то в толпе. — Это же тварь из Мрака!

У меня внутри все оборвалось. В последний раз я слышала о порождениях Мрака полгода назад. В тот самый проклятый день, когда генерал Кайден Торн и его отряд были объявлены погибшими.

Приподнявшись на носочки, я попыталась разглядеть сквозь толпу гостей, что же произошло.

В полумраке алькова, прямо на паркете, неестественно изогнувшись, лежала женщина.

Я не сразу поняла, что с ней… Её платье оставалось безупречным, но тело будто иссохло, кожа стала серо-белой... Словно кто-то выпил из нее не только магию, но и саму душу.

Мимолетный шок мгновенно сменился паникой.

— Чудовища Мрака добрались до столицы! — истерично закричали в толпе.

Зал превратился в растревоженный улей. Дамы в пышных платьях визжали, сбиваясь в кучи и прятались за спины кавалеров. Кто-то в ужасе рванул к выходу, кто-то отчаянно пытался найти своих жен и сестер.

— Уведите женщин! — рявкнул Реджинальд, перекрывая нарастающий хаос. — Немедленно!

Я растерянно посмотрела по сторонам, не зная, что делать. Кошмар разворачивался слишком стремительно.

— Фэл, — знакомый тихий голос прозвучал над самым ухом.

Я вздрогнула, почувствовав, как тяжелая мужская ладонь властно легла на мою талию, не давая сдвинуться с места. Кайден оказался рядом со мной в считанные секунды.

— Не двигайся, — прошептал он. — Тварь всё ещё здесь. И она смотрит прямо на тебя.

Я замерла и затаила дыхание от страха.

Кайден не смотрел на меня. Его тяжелый взгляд был прикован к тени алькова, будто он видел там то, что было недоступно остальным.

На долю секунды в его радужке полыхнул пугающий алый огонек, которого я никогда прежде не замечала.

И вдруг тяжелые занавески в нише неестественно задрожали, а пламя свечей разом погасло. Тени алькова оторвались от стен и медленно поползли по полу. Чёрная масса извивалась, словно змея, расползаясь в разные стороны и… вдруг вновь собиралась