Его волосы мокрым кнутом лежали на плече, с них, как и с его одежды, капала вода. Плаща не было, как и доспехов, только простое чёрное одеяние воина.

— Мы... живы? — задала я вопрос, не узнавая собственный голос. Хриплый и сиплый, он походил скорее на карканье придушенной вороны, страдающей от лихорадки.

Генерал поджал губы, и я поняла, насколько глупыми были произнесенные слова. Но смущаться не осталось сил: я всё ещё сосредотачивалась на дыхании, чувствуя, как воздух с трудом проникает в моё тело.

— Как видишь, мы спаслись, — он старался выглядеть непоколебимым, но я немного оправилась и теперь подметила, как взволнованно он обшаривает глазами он моё лицо, шею, грудь.

Покраснев и опустив ресницы, я с большим опозданием заметила, что одежда от заплыва и воды распахнулась. Пояс потерялся, а верхняя накидка почему-то удержалась на мне, но плечи всё равно оказались обнаженными.

Я вспыхнула, и потянула на себя тяжелую, неприятную, промокшую ткань. На самом деле хотелось откинуть её, но мне стоило прикрыться от взгляда мужчины, если желала хотя бы в своих глазах сохранить немного достоинства.

— Ты можешь встать? — Яо Веймин поднялся на ноги. — Нам нужно немного углубиться в лес, чтобы быть незаметными со стороны реки. Пойдём вдоль… Рано или поздно выйдем к деревне или даже городу, почти все предпочитают селиться ближе к воде.

Я кивнула, хотела спросить, где мы, но быстро сообразила, что генералу неоткуда этого знать.

— Я сейчас встану, — пообещала я, но на самом деле даже ног ещё не чувствовала. Они ощущались будто чужими, и движения дались мне с огромным трудом.

Ледяная дрожь, сотрясавшая мое тело, казалось, никогда не прекратится. Каждый порыв ветра заставлял меня сжиматься от мучительного холода. Я сидела на холодных камнях, бессильно опустив голову и пытаясь хоть как-то совладать с телом.

Яо Веймин, выжимавший плащ, насторожился. Его взгляд, острый и оценивающий, скользнул по моей тщедушной, трясущейся фигуре. На его лице мелькнуло что-то похожее на раздражение, смешанное с досадой.

— Довольно это терпеть, — отрывисто бросил он. — Сними с себя эти мокрые тряпки. Надень это. Быстро, пока не замерзла насмерть, — его голос не допускал возражений.

Он швырнул мне плащ, который выкручивал до этого, и который точно был суше, чем вся одежда, паклей свисавшая с меня, а потом отвернулся. Принялся что-то бурчать себе под нос.

Я уловила лишь обрывки: «...идиотка... самоубийственная авантюра... хоть бы Дашен поторопился... как ей дурости хватило».

Обижаться было бы глупо, во всем он прав, я себя порядочно переоценила. Да и занимали меня сейчас не обиды, а более приземленные вопросы.

Сердце бешено заколотилось в груди, и на смену холоду пришел жар смущения. Раздеваться? Здесь? При нем? Пусть даже он и не смотрит... Но он так строго приказал, да здравый смысл подсказывает, что Яо прав.

Дрожащими от холода и стыда пальцами я принялась расстегивать застежки на своем верхнем халате. Ткань с противным чавкающим звуком отлипала от кожи. Я чувствовала движения генерала, остановившегося всего в нескольких шагах от меня, и мне казалось, что он слышит каждый мой сбивчивый вздох.

Наконец, я стянула с себя промокшие верхние одежды, оставаясь лишь в тонкой рубашке без рукавов и легкой нижней юбке, которые тоже были влажными, но не так ужасно холодны. Я поспешно, почти панически, накинула его плащ.

Я с трудом застегнула массивную пряжку у горла, укутавшись в него, как в кокон. Ткань была холодной, но через мгновение я почувствовала, как остаточное тепло тела господина Веймина начинает согревать меня.

— Готова, — прошептала я, и голос мой все еще дрожал.

Он обернулся, его взгляд скользнул по мне, с головы до ног, оценивающе и быстро. Кивнул, удовлетворенный.

— Хорошо. Теперь слушай меня внимательно. Мы останемся у границы, будем двигаться через лес, параллельно дороге. Нам нужно видеть ее, но не показываться себя. Тебе надо молчать и во всем меня слушаться.

Я уставилась на него в недоумении. Не то чтобы я собиралась ему противоречить, но его наставления насторожили.

— Но... но почему? Враги же повсюду! Нам нужно бежать, скрыться, найти помощь!

— Помощь сама найдет нас, — ответил он с ледяным спокойствием. — За нами придет Кэ Дашен. Он прочешет каждый ли вдоль реки. Если мы уйдем вглубь, он может нас потерять. А если выйдем на дорогу — нас схватят первые же патрули Чжоу. Наше спасение — быть рядом, оставаясь невидимыми. Я не впервые оказываюсь в подобной переделке, госпожа Шэнь. Делайте, как вам говорят, и, возможно, мы выживем.

Мне ничего не оставалось, как послушно кивнуть. Его авторитет и уверенность были неоспоримы. К тому же я оценила его желание меня не обидеть и не испугать. Задав свои глупые вопросы, я отчетливо видела, как он борется с желанием закатить глаза и взорваться.

Я покорно поплелась за ним, увязая в подлеске, цепляясь плащом за ветки и корни. Мы шли не разговаривая. Я сосредоточилась на том, чтобы не отставать, и следила за положением солнца, медленно клонящегося к западу. Он, наверное, думал о том, какая страшная помеха ему досталась.

Как ни странно, я не жалела о содеянном, о своем приезде сюда. Не появись я, мертвых воинов из Цянь было бы гораздо больше.

Прошло около двух часов этого изматывающего молчаливого пути, когда сквозь деревья показались очертания строения. Это был заброшенный, полуразрушенный домик, непонятно кому принадлежавший. Может, до войны здесь останавливались охотники?

Крыша местами провалилась, стены почернели от времени и влаги, но одна стена и часть кровли еще держались. Яо Веймин замедлил шаг, внимательно осмотрел поляну вокруг и сам дом, прислушиваясь к тишине.

— Здесь, — тихо проговорил он. — Остановимся на ночь здесь. Это будет наше укрытие, отсюда видна дорога, и я услышу, если кто-то окажется рядом. До реки тоже близко.

Он не спрашивал моего мнения, а я ничего не сказала. Кивнула для приличия и отвернулась, думая, стоит ли поискать хворост?

Повинуясь внезапному порыву быть полезной, я сделала шаг к густому подлеску у края поляны, где валялось несколько сухих веток. Рука уже потянулась к ним, но резкий, как удар хлыста, голос остановил меня.

— Не двигайся. Сиди у стены и не отсвечивай, — прозвучало за моей спиной. Я обернулась и встретила взгляд Яо Веймина. Его глаза сузились, в них читалось явное раздражение, смешанное с усталостью. — Я сам обо всем позабочусь. Твоя задача — не